Пристрели их, майор! - Сергей Зверев

Арсений сделал две глубокие затяжки и снова забычковал окурок. Спрятал его обратно в пачку.

— Вот и все мое наслаждение, — резюмировал он. — А это мы до следующего раза оставим…

— Какое ж в этом удовольствие? Так и не проймет.

— А иначе я по три пачки в день выкуриваю. Только покурю, через десять минут уже невмоготу. Снова тянет. Я бы, если честно, плюнул на все, да и!.. Да печень не выдерживает…

Машина следователей тем временем въехала во двор одной из многоэтажек по улице Старолитейщиков. Узкий дворик был перегорожен двумя патрульно-постовыми «газиками». Панкратов с капитаном вышли из «Волги».

Прямо перед крыльцом третьего подъезда стоял черный джип «Тойота» с тонированными стеклами. Передняя дверца со стороны водителя была настежь распахнута. Около джипа работали оперативники.

— Майор Панкратов, Управление ФСБ, — представился Арсений сотруднику в милицейской форме, заполнявшему на капоте «Тойоты» протокол.

— Лейтенант Буланов… Производим опись места происшествия.

Панкратов заглянул внутрь автомобиля. Скалюков смотрел из-за спины майора. На водительском сиденье лицом вниз, привалившись к рулю, все еще сидел расстрелянный террористами водитель Густава Кеплера. Голова убитого была залита кровью. Руки безжизненно свисали вдоль туловища.

— Это водитель джипа, — лейтенант указал рукой на труп. — В ящике на дверце машины были обнаружены документы на имя Гельмана Руслана…

— Гильзы нашли? — Панкратов внимательно осмотрел входные отверстия на стекле и обшивке дверцы.

— Да, вот она.

Оперативник показал майору запакованную в полиэтиленовый пакет отстрелянную гильзу.

— На-ка, посмотри, — Панкратов протянул пакетик капитану. — Что скажешь, Олег?

Скалюков лениво пожал плечами.

— Девятимиллиметровый. «ПМ».

— Если высота гильзы восемнадцать — это патрон Макарова, — сказал майор. — Тогда это ноль второй ОЦ «Кипарис». Калибра девять миллиметров. С глушителем скорее всего.

— Не пойму. Тут не написано. Может, и девятнадцать… Не вижу…

Лейтенант, составлявший протокол, с интересом наблюдал за диалогом специалистов.

— Стекло прошибло, как фанеру. Выстрелы произведены с расстояния два-три метра, — поспешил он вставить свой комментарий.

— Вижу-вижу, — проговорил Арсений. Он вернул гильзу лейтенанту, а сам обошел джип вокруг. — Олег, ты видишь, стреляли со стороны двора. Значит, на водительской дверце выходные отверстия…

Лейтенант наклонился, чтобы рассмотреть дверцу «Тойоты».

— Похоже, что так…

— Возможно, это двадцать второй ОЦ. Он помощней «Кипариса». А свидетели есть? — Панкратов вернулся к водительскому месту.

— Да, есть. Соседка видела, как из квартиры выходили двое… Там, наверху, еще один труп. Женщина…

Панкратов поднял взгляд на оперативника.

— Да-да, — заверил его лейтенант. — Также с огнестрельными. Но там девятимиллиметровый «макаров». Совершенно точно… Один выстрел в голову. Тело уже вывезли. Соседи сверху слышали шум, спустились и обнаружили труп. Они и показали на соседку из сорок четвертой. Женщина через глазок вроде видела кавказца…

— Понятно, — кивнул Панкратов. — Я здесь закончил. Можете убирать труп, когда вам надо будет.

— Соседка в сорок четвертой, — сказал в спину удаляющемуся в подъезд майору лейтенант.

Панкратов поднялся на пятый этаж. Квартира с номером сорок четыре располагалась прямо напротив двери, где работала следственно-оперативная бригада. Двери в обе квартиры были распахнуты настежь. Чуть выше на лестничной клетке стояли двое мужчин. Оба были в домашних тапочках и майках.

Панкратов заглянул в квартиру. Ему навстречу вышла молодая полная женщина.

— Вы соседка? — спросил Панкратов.

— Да. Я.

— Управление Федеральной службы безопасности. Майор Панкратов. Вы можете рассказать, что произошло?

— Да. В соседней квартире, где Лизаня жила, шум был. Я-то к глазку и подошла…

— Так. И что вы там увидели?

— Мужчин. Двух. Я всех-то лица не рассмотрела… А одного… Первого я прямо как вот сейчас вижу. Черный. С бородой. Нос вот такой, — соседка показала изогнутую дугу у себя над переносицей. — Горбатый, как у орла клюв. И на губе шрам вроде.

— Вы их когда заметили? — поинтересовался майор.

— А вот, когда шум-то услышала, я сразу к глазку. Дверь-то у Лизы открыта была… Я и давай смотреть. А там боже ж ты мой!.. Смотрю, кто-то от нее выходит. У меня глазок-то высоко, и не видно, кто. Я на цыпочки, — женщина наглядно изобразила, как она это проделала. — И заметила. Тот, которого я описала. У него еще пистолет в руках был… Представляете? Длинный такой… И он толкал перед собой Густава Марковича… Это Лизкин хахаль… Я про него как-то забыла вам сказать. Он к ней каждый день приезжал… А тут…

— Так, — Панкратов нахмурился. Информация о похищении Густава Кеплера уже имелась в управлении. — А за ними, говорите, еще кто-то шел? Второй?

— Да, за ним еще один. Но он-то, когда первый прошел, отвернулся. Дверь закрыть, значица. А потом, как-то спиной, спиной, и на лестницу. А его-то и не рассмотрела.

— Хорошо. А еще можете что-то вспомнить о том, первом, лицо которого вам удалось разглядеть? — настаивал Панкратов.

— Да я вроде все вам рассказала…

— А во что они были одеты?

— Они были в костюмах, — женщина наморщила лоб, припоминая. — В спортивных. На том кавказце «Адидас» был. Синий. У моего мужа такой… Я поэтому сразу и запомнила. А еще на макушке шапочка была. Вроде горшка такого. Как у евреев бывает…

— Как у евреев? — удивленно переспросил из-за спины старшего Скалюков.

Майор обернулся.

— Да, радикальные исламисты тоже носят головные уборы наподобие кипы, — задумчиво произнес он.

* * *

Грозный. Железнодорожный вокзал

Муса сошел с поезда в Грозном.

У здания вокзала его уже встречала машина, посланная Гамзало. Водитель был из местных. Расадулаев часто прибегал к такой конспирации. Чтобы случайно не привлечь к себе внимание федеральных органов, он брал в подельники калымщиков из местного мирного населения.

Чеченец сам отыскал Мусу на перроне среди приезжих.

— Мой автомобиль ждет тебя у главного входа. Я отвезу тебя в Урус-Мартан, — спокойно проинформировал Мусу встречающий.

Муса внимательно посмотрел на чеченца. Молодой человек среднего роста, крупные черты лица. Правильный нос, четкие контуры губ, миндалевидные, немного раскосые глаза и решительный холодный взгляд.

— Астамир, — представился молодой человек.