Крапленая обойма - Сергей Зверев

Майор Довлатов появился через пять минут. Крепкий, под метр восемьдесят ростом, совершенно седой, хотя ему даже сорока не стукнуло. Он решительно пожал мне руку и кивком предложил выйти на улицу.

– Ну, что там стряслось у тебя? – буркнул хмуро он, доставая из форменного кителя пачку «Беломора». Прикурив папироску и пустив струю сизого табачного дыма в мою сторону, нетерпеливо передвинул мундштук из одного уголка рта в другой.

– Мне нужно найти одного человека, – признался я.

Довлатов понимающе кивнул:

– Бизнес, вижу, у тебя не умирает?

– Пока живет.

– Меня возьмешь к себе, если уволят?

– Можешь не сомневаться. Тогда уж точно откроем детективное агентство.

Майор грустно усмехнулся. Видимо, он не очень верил в такую перспективу.

Я достал снимок и протянул его майору.

– Мне сказали, он когда-то служил в спецназе. Правда, не знаю, когда и где. Но, может, ты чем поможешь?

Лицо у майора при виде человека на фотографии несколько омрачилось. Он быстро возвратил мне снимок. Я понял, Довлатову что-то известно о нужном мне субъекте.

– Зачем тебе этот человек? – отведя глаза в сторону, спросил майор.

– Попросили найти, вот я и ищу.

– Я бы посоветовал тебе отказаться от этой затеи.

Мне что-то стало не очень хорошо от его предупреждения. Довлатов обычно словами не разбрасывался.

– Ты его знаешь?

– Он служил у нас, – подтвердил майор. – Они пришли примерно через год после тебя.

– Они?

– Их было трое. Все из Чечни. Обожженные войной, обозленные на всех и вся. В общем, тертые ребята, которые не верили ни во что и не боялись никого и ничего. Вместе служили в Чечне, вместе оформились и к нам в спецназ.

– Почему ушли?

– Знаешь, как о некоторых говорят? Они сначала стреляют, а потом разбираются.

– Эти тоже так поступали?

– Нет. Они просто стреляли. И не разбирались. Потому как считали себя правыми. Всегда.

– Сильные ребята.

– Да, крепкие. Но с израненными душами, которые так и не смогли залечить.

– Слишком перегнули палку?

– В одном заведении вместе с преступниками расстреляли и нескольких безвинных людей. Их едва не посадили. Но кое-как мы это дело спустили на тормозах, плюс боевое прошлое. Короче, просто уволили – и все.

– Что с ними стало дальше?

– Не знаю, – пожал плечами Довлатов.

– А этот? – я помахал снимком.

– Его звали Корш. Сокращенно от фамилии Коршунов.

– Где его можно найти?

Довлатов вновь пожал плечами.

Я взглянул на снимок и задал очередной вопрос:

– А где мог этот Корш в форме сняться?

– Кто его знает. Но форма наша. Нашей группы. Значит, снимался он еще во время службы у нас.

– Его квартира уже больше трех недель пустует. Родители живут на Украине. Может, у него какая-нибудь дачка есть?

– Мне и о его квартире не было известно.

Я нахмурился. Сведений было, что называется, с гулькин нос. И с чего начать поиски требуемого объекта, по-прежнему оставалось вопросом.

– А у Корша не было какой-нибудь характерной привычки? – попытался я подойти с другого конца к разрешению своей задачи.

– Привычки? – Довлатов бросил окурок в сторону и саркастически ухмыльнулся. – Кроме как убивать – никакой.

– Вот не везет! – в сердцах воскликнул я.

Майор развел руки в стороны – дескать, извини, браток, – и неожиданно так с распростертыми руками и застыл. А затем быстренько принял прежний вид.

– Что-то не так? – заинтересованно посмотрел я на Довлатова. Почуял, что тот вспомнил нечто. И, видимо, совсем не второстепенное.

– Не знаю даже, привычка это или нет... – неуверенно произнес Довлатов.

– Ну, ну, – подначивал его я, словно звал на подвиг.

– Корш был с густой шевелюрой. Короткой, но очень густой.

– И что же? – не понял я вначале.

– Он каждую неделю ходил в парикмахерскую и делал укладку. Очень уж гордился своими волосами.

– В одну и ту же парикмахерскую? – с надеждой осведомился я.

– Да. Салон на Старом Арбате.

Это уже было что-то. Обычно люди своих привычек не меняют. А если меняют, то делают это весьма неохотно.

– Может, и вся троица такая была? – с некоторой усмешкой спросил я.

– Нет, – серьезно, не замечая моей иронии, проговорил майор. – Только Корш.

Я некоторое время простоял в задумчивости, а затем поблагодарил:

– Ну что ж. Спасибо и на этом.

Довлатов протянул мне для прощания руку:

– Обращайся, если что.

– Ты тоже. Если надумаешь уволиться.

Майор хмыкнул и заспешил назад в управление. Я же отправился к «БМВ». Армен сидел за рулем и слушал музыку. Слава богу, что он не вздумал выпрыгивать из машины и лезть знакомиться с Довлатовым. Я бы наверняка упал в глазах своего бывшего командира, заметь майор с каким джигитом мне приходится работать.

– Все нормално, да? – поинтересовался Армен, как только я занял переднее сиденье.

– Можно сказать и так. Давай теперь на Старый Арбат.

3

Салон-парикмахерская была небольшой, на четыре кресла. И в тот момент, когда я появился там, заняты были лишь два.

Две бальзаковского возраста женщины в белых халатах обслуживали двоих среднего возраста мужчин. В одном из свободных кресел сидела неприметная девушка, также в белом халате, по которому я заключил, что она служащая данного заведения. Девушка усердно работала пилочкой, приводя в порядок ногти на руках. Увидев меня, она прервала свое занятие, с интересом на меня посмотрела и осведомилась, одарив меня лучезарной улыбкой:

– Хотите постричься?

– Пожалуй, – нехотя бросил я, глянув на себя в зеркало.

Вообще-то подстригался я совсем недавно, но ради дела можно было проделать эту процедуру еще раз.

Девушка выпорхнула из кресла:

– Садитесь.

Я устроился поудобнее.

После стрижки я щедро вознаградил девушку улыбкой и купюрой, добавив широким жестом:

– Сдачи не надо.

Девушка растаяла.

– Приходите еще, – нежно пропела она.

– А вы давно тут работаете? – как о ничего не значащем спросил я.

– Очень давно.