Выбор альтернатора - Александр Трошин

— Древние маги строили лаборатории как можно глубже, чтобы при неудаче эксперимента можно было спасти хоть какое-то оборудование, — пояснил генерал.

— Внизу лаборатория? — заинтересовался я.

— Была когда-то, — кивнул Гхиар, — еще до строительства Солонара. Сейчас там… Впрочем, сам увидишь.

Ну почему никто и никогда не хочет ничего сказать прямо?! Почему я вечно должен терзаться догадками?! Свинство какое-то!

— Говоришь, если событию суждено случиться, то его нельзя остановить? — коварно щурясь, спросил генерал.

— Если это ключевое событие истории, то да, — подтвердил я.

— Гибель нескольких миллионов людей — ключевое событие? — осведомился он.

— Полагаю, да, — удивился я, не врубаясь, куда он клонит. — А что?

— Сейчас поймешь, — генерал кивнул вниз.

Я увидел мелькающие огни. Судя по громким и невнятным выкрикам, там кипела какая-то работа… И тут пред нами начало вырастать ЭТО!

Нечто громоздкое и грандиозное, окруженное бесчисленным количеством труб разного диаметра и окутанное великим множеством толстых силовых кабелей, по которым время от времени пробегали разряды… Тьма одетых лишь в набедренные повязки людей ловко ползала по этому нечто, прикручивая и откручивая что-то, отсоединяя и присоединяя кабели, выполняя прочие непонятные действия… От удивительного нечто несло глубочайшей старостью и невиданной мощью.

— Что это?

С замиранием сердца я глядел на металлическое чудовище.

— Гибель Лоренгарда, — улыбнулся генерал, отечески поглаживая ржавый болт. — Наш последний — самый мощный! — реактор… Его похоронили здесь века назад мои далекие предки — отключили, поскольку испугались его силы. Пришлось возрождать… Не один год потребовался — не так-то легко облучать торий нейтронами. Но мы справились! Теперь он накопил достаточно мощности. Маги перенесут его к границам Лоренгарда… Понимаешь, о чем речь?

Я с ужасом кивнул, представив себе последствия взрыва такой махины.

— Уверены, что получится? Ведь его можно потерять без всякой пользы! — попытался я поколебать маньяка.

— Уверен. Мы испытали более слабые реакторы на мелких городах — вроде Герда — все получилось!.. Даже если что-то пойдет не так, как запланировано, все равно: стоит ему оказаться на месте все население проклятой крепости вымрет за несколько лет!.. Я ждал своего часа десятилетия, так что потерплю еще год-другой.

Фанатичный маньяк!..

— Конечно, — согласился я. — А зачем вы мне все это рассказали?

— Зачем?.. Ха-ха-ха! — загремел его ледяной смех.

— Ты утверждал, что ничего в истории изменить нельзя, — отсмеявшись, продолжил он. — Так вот, сейчас я буду писать историю! Только я решу, чему быть! Лоренгард падет от моей руки, и этого никто не в силах изменить! Я против тебя! Против тебя и времени!.. Можешь убраться в свое настоящее. А хочешь — вернись в Лоренгард и собери против меня армию. Ты волен сделать, что пожелаешь: я отпускаю тебя и не буду чинить препятствий. Ты и я! — Он ткнул толстым пальцем мне в солнечное сплетение. — Кто из нас сильнее?.. Утром реактор будет у стен Лоренгарда! — торжествующе уведомил он. — У тебя еще есть время помешать!

Генерал запрыгнул на приемник, и мы стремительно понеслись вверх.

Мысли путались… Реальность казалась реальной все меньше и меньше… Придумать такой план в сраные супердревние века?! Да еще и воплотить его?! Немыслимо! Но факты были налицо… Причем изменить что-либо я и в самом деле был бессилен.

Махнуть на капсуле в Лоренгард и предупредить о надвигающейся катастрофе?..

Бесполезно… Пусть даже часть жителей спасется, но большинство — такие, как упрямый Перри или Максуэлл Тейлор, которому за пределами крепости просто не выжить, — останутся в городе и примут смерть вместе с ним.

Вернуться домой и оттуда попытаться что-то предпринять?..

Тем более бесполезно… Меня сразу арестуют за использование капсулы в личных целях. Даже если и нет — любое воздействие на прошлое запрещено! Сколь бы отечески ни относился ко мне шеф, он ни за что не нарушит инструкцию! Стоит лишь предложить ему подобное — и меня сразу отстранят от дел, личный код доступа моментально сотрут, и я действительно не смогу воспользоваться к-капсулой!..

Мысли крутились бешеным вихрем, и ни одна из них не подавала даже крохотной надежды…

Мы вышли на террасу.

— Иди, — кивнул генерал на капсулу, презрительно поворачиваясь ко мне спиной.

Стражники расступились. Понурив голову, я шагнул вперед. Беда, да и только! Тут же запнулся и распластался на разогретых солнцем каменных плитах…

5

— НЕТ!!! — проорал я, с силой тыча кулаком в красные медные плиты, покрывавшие поверхность земли; слезы отчаяния выступили в глазу. — ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!!

Мгновение назад я стоял в двух шагах от капсулы, мог дотянуться до нее рукой — и вдруг очутился… Где? Понятия не имею!

— Кто ты?! — беззвучно спросил я невидимого шутника, забросившего меня сюда. — Чего хочешь?!

Место действительно было странным… Изящные медные башни-шпили подпирали своими вершинами далекие мертвые облака. Высоко в серовато-красном небе тянулись огромные черные полосы. Едва ли не в половину неба темно-бурый солнечный диск пульсировал, словно живой. Давящее безмолвие царило вокруг.

— Чертовщина… — всхлипнул я. — Ведь просто оступился…

За спиной раздался шорох, и я подпрыгнул от неожиданности, разворачиваясь.

Ко мне подъехал странный гусеничный транспорт, на удивление тихо шурша гусеницами по медным плитам. Дверь распахнулась. Я отскочил назад, сжав кулаки. Однако просторная кабина, оборудованная мягким диваном, была совершенно пуста. Испытывая полное безразличие ко всему, что должно произойти, я влез в нее.

Дверь с легким щелчком захлопнулась, и агрегат зашуршал вперед. В большом окне проносились мимо все те же великолепные, но совершенно однотипные шпили. И никого живого…

Минут через пятнадцать транспорт остановился перед ничем не примечательной башней. Я выбрался на волю.

— И что теперь? — спросил железную гусеницу.

Она захлопнула дверь и уползла, оставив меня в одиночестве.

Так хотелось кинуть вслед какой-нибудь завалящий камень, но медные плиты были стерильно чисты: не то что камня — пылинки на них не найдешь!

Засада…

С негромким шипением в башне открылась дверь. Пожав плечами, я вошел внутрь, слегка поморщившись от пахнувшего в лицо затхлого воздуха. За спиной дверь закрылась, а передо мной открылась другая, приглашая в заурядную кабинку лифта.

Да, отвык я от скоростных передвижений за время своих странствий, точно… Когда лифт остановился, мой последний обед гордо лежал на полу в полупереваренном виде. Неприятное зрелище…