Мемуары Мойши - Хельга Графф

В течение последующих двух недель никто на нас не выходил, кроме озверевшего от жажды денег Витьки Кондрашова, который, стеная, злясь, угрожая и шантажируя нас, снова пытался получить наличные.

– Сдохли они там все, что ли? – очень грубо отреагировал на молчание Левка, и в ответ на его выпад позвонил один из наших партнеров Александр.

Он сообщил, что в Вене проживает его кузен, который может познакомить нас с нужными людьми. Черт побери, как все дороги ведут в Рим, так наши только в Вену! Ну что же, надо попробовать. Нарядив супруга в клетчатый костюм от Кардена, я отправила Леву обратно в Вену, где его должен был встретить Сашин кузен Гриша. Сама осталась дома, поскольку с наличными стало уже туговато. Этот чёртов Виктуар дорого нам обходится, а не принес еще ни копейки прибыли! Следовало подумать, куда устроиться, чтобы поддержать спустившиеся колготки.

Если ты желаешь работать, то в Германии, как показала практика, работу найти можно всегда. Не сильно интеллектуальную и денежную, но вполне надежную и стабильную, как например, уборщик, мусорщик… нет, эта вонючая деятельность, можно сказать, блатная и очень хорошо оплачивается, еще продавец и… и… всё! Остальные специальности требуют приличного знания немецкого языка и каких-то навыков. Можно, конечно, развозить рекламу на тележке и торговать газетами в людных местах, но такая работа сдельная и приносит копейки, вернее, слезы.

Распрощавшись с мужем, временно устроилась на работу в дешевенький магазин, где футболку можно купить за одну, две марки, а флакон духов за девяносто девять пфеннигов.

Трудилась я не на кассе, что естественно, а на складе, сортируя товар, и в торговом зале, развешивая на вешалки одежду. Зарплате, очень далекой от мечты, трудно было даже выйти на старт соревнований с зарплатами развратной медсестры и няни пожилых младенцев! А что делать? Временные сложности. Несмотря ни на что, я всё ещё надеялась, что мы сможем заработать на технологии Кондрашова, но пока она приносила нам одни лишь ощутимые убытки!

Прошло два дня серой безвкусной работы в магазине. На третий появился толстый неопрятный дядька и прямо с порога, на русском, громогласно заявил:

– А где это… трусы для баб продают?

Ким, кассирша, в ступоре уставилась на невежу и поскольку была чистой немкой ни слова из сказанного не поняла. Тот повторил:

– Чё уставилась-то? Лупетками своими зыришь, показывай, где тут трусы у вас бабские продают?!

Очухавшись, Ким позвала меня, правда, я, едва заслышав голос неадекватного соотечественника, уже приближалась к кассе. Не скажу, чтобы дядька был стар и пребывал в маразме, нет, лет семидесяти, не больше, но выглядел как клоун. На лацканы своего заношенного, засаленного пиджака навесил целую гроздь различных значков: и октябрятский, и пионерский, и «Ворошиловский стрелок» (что совсем для нас некстати!), и ДОСААФ.

– Что вы хотели? – вежливо обратилась я к нему.

– Да трусы мне нужно срочно!

– Себе?

– Нет, бабе!

– Пожалуйста, потише! – попросила я, испытывая за этого дурака, который еще и говорит на моем родном языке, неловкость перед окружающими. – Во-первых, я хорошо слышу, не глухая, а во-вторых, вы распугаете всех наших покупателей!

– Вас распугаешь, фашисты проклятые! – зло и громко возмутился хам. – Вас надо было до Северного полюса гнать, а не только до Берлина, тогда бы живо все сейчас тут по-русски разговаривали! Давай, веди меня, вражина, а то она ждет! – бесцеремонно приказал он мне.

И мы пошли к полкам с нижним бельем.

– Выбирайте, какой размер вам нужен?

Он растерянно молчал, в изумлении перебирая клочки крохотных трусишек.

– Ты сама-то поняла, чё спросила? – набросился на меня тиран.

– Разумеется! Только попы, знаете ли, разные бывают, вот и спрашиваю, – я уже не скрывала раздражения, тем более, все присутствующие в магазине, хоть и не понимали ни слова из нашей беседы, но чутко прислушивались к интонациям двух соотечественников, – какой у нее размер?!

– Да почем я знаю!

А что, спрашивается, орал?!

– Покажите руками, какая у нее ж… в смысле, попа.

Руки разъехались метра на два.

– Вот!

– У нас таких нет и не бывает! Ей чехол для танка подойдет, поэтому бегите в воинскую часть, – съязвила я.

Дядька взвился:

– Сопля еще зеленая меня учить! Не нужны ей трусы! Так и сказала: «Никакой мне подарок не нужен, Сергеич, купи бутылку водки, а еще лучше – две!»

– Что хочет женщина, то хочет бог! – изрекла я истину, но Сергеевич меня не понял.

– Да не верит она ни в бога, ни в черта, просто мужика ей надо и водки!

Меня осенила догадка.

– А вы сам приезжий, что ли?

– Да нет, почитай десять лет в этом говне кувыркаюсь! Денег дают мало, всего-то на жратву, бабу, одежду, постельное белье, мебель, проезд, квартиру, медицину, праздники и всё!!! Ни хрена по-русски не понимают! Все, зараза, такие вежливые, аж тошно, даже морду некому набить! То ли дело у нас в Недомерках! Красота!

– Вот и езжали бы в свои Недомерки, – возмутилась я, – чего тут тень на плетень наводите и оскорбляете страну, которая, между прочим, вас пока кормит!

– Да никто меня не кормит, сам ем, зубы ишо имеются, правда, мало, – снова не понял меня патриот, – уехал бы, да денег в Недомерках совсем не платят, а пенсия у меня – одни слезы! Сдохну вот с такими грошами и никто не узнает, где могилка моя…. – закончил он в миноре.

Решила переменить тему.

– А вы купите невесте другой подарок, не водку.

– Да не… – засомневался Сергеевич, – как же без водки-то?! Это уж святое! Без водки она меня и на порог не пустит, хотя… может, ей духи заместо трусов купить? Духи-то у вас есть?

Парфюм у нас был, и после недолгих колебаний Сергеевич ушел к своей пьяной возлюбленной с флаконом туалетной воды за девяносто девять пфеннигов!

Он не единственный такой специфический товарищ. Таких, как он, местечковых, недалеких и бескультурных, здесь хоть пруд пруди. Даже трудно поверить, что интеллигентная Германия стала прибежищем для таких вот убогих представителей моей родины и стран СНГ. Однако такие странные люди приезжают сюда из любого уголка земного шара. Спустившиеся с пальм, выползшие из вигвамов, азиатских трущоб и нищих индусских провинций, прибывшие из бразильских джунглей и бескрайних песков Аравии. Понятия не имеющие о том, что такое культура и порядок. Не знающие, что есть туалеты и мусорные урны. Не умеющие вести себя в общественных местах, пытающиеся навязать несчастной Германии свои, порой, нелепые обычаи и уже превратившие эту страну в помойную яму!