Планета Героев - Сергей Шведов

– А почему мы в дыру полезли, если вы могли просто так в этот мир попасть?

Да потому и полезли, что параллельных миров – бесчисленное множество, и попробуй угадать, какой из них – Кощеев! Мы бы годами по этим мирам шарились без всякого успеха.

– А зачем вам Кощеев мир сдался? Жили бы себе спокойно, никого не трогая.

– А затем, что Капитолина с Кощеем связана и зачем-то следит за вашим миром!

Вот женщины! Уже забыла, зачем с нами пошла. Лишь бы на других вину свалить. Ведь предупреждали же ее, что прогулка будет нелегкой. Ничего слушать не хотела, а теперь испугалась какого-то лешего!

– Ничего я не испугалась,– обиделась Дарья.

– Если не испугалась, то почему паникуешь?

– Одно ты можешь, другое не можешь, деньги фальшивые делаешь, а в лесу заблудился... Герой.

А при чем здесь дэнги? Женская логика... Но вслух я ничего такого, конечно, не сказал: нельзя расстраивать женщину, когда она и без того готова удариться в слезы в любую минуту. Себе дороже.

– Успокойся,– посоветовал я Дарье.– Подумаешь – Кощей. Выберемся, дай срок.

– Вот ты сначала выберись, а потом с глупостями приставай.

Ну и ладно. Я прямо из постели встал и пошел. Ноги, конечно, сразу мокрыми стали. И зачем я сапоги на ночь снимал? Спал бы в сапогах – так нет: сними, сними... Наверное, Ник все-таки прав: выслушай женщину и сделай наоборот... Следует иногда прислушиваться к тому, что говорит мой брат – хотя бы в отношении женщин.

Догнала. То дуется, а то сразу – Вик, Вик... Конечно, куда она без Вика?.. Сопит рядом, роса холодная, а ведь говорил же – давай переждем... Где там! Леших испугалась! Вот уж действительно – женщина!

– Завел в дремучий лес, и я еще во всем виновата.

Нет, как вам это нравится – я завел! Говорил же ей, чтобы дома сидела. Говорил или нет?

– А ты бы с девками у Соловья развлекался. За каждой юбкой бегаешь! Герой!

И ничего я не бегаю. Где это она видела, чтобы я за юбкой бегал? Да и нет на ней юбки.

– На ком?

– На тебе.

– А при чем здесь я? Что ты мне голову морочишь?..

В общем, поговорили. Так увлеклись, что не заметили, как нам навстречу два всадника выехали. В черном и на вороных конях. И, ни слова не говоря, в нас две стрелы пустили. Я едва успел Дарью за дерево спрятать, а то она стояла, разинув рот, словно добрых знакомых встретила.

Больше стрелять я им не дал. Гады! Ни здравствуйте, ни пожалуйте, даже имени не спросили... Ближнего я мигом достал: снизу вверх. Он только хрюкнул – и все. А со вторым повозиться пришлось: коня он на дыбы поднял, крутнулся в седле и едва не достал меня своей железкой... Конь хорош был – танцевал под седоком! А всадник так себе: махал мечом, как деревенский дурень палкой. Зато вопль издал – не хуже лешего. Дарья тоже закричала – просто так, с перепугу:

– Ой, ты убил!

Скажите, какое открытие сделала. А что мне еще оставалось – самому погибнуть, что ли?!

– Я не знаю...– Живые же люди.

Теперь уже не живые. Да и не люди. Хотя, наверное, когда-то ими были. В Кощеевой дружине живые покойники служат. Вон даже крови из них чуть-чуть набежало. А ведь кричали – значит, боль чувствовали. Вот и думай тут: кто человек, а кто нет!

– Вик, я боюсь.

– Ну и зря. Кощеево царство – это старое Зло, Дарья, люди научились с ним бороться. Изжили свои страхи. Вот Кощей и закупорился здесь от собственного бессилия.

– А Капитолина?

– А что Капитолина? Ну ведьма, да кто их сейчас боится?! Наговоры – это мелочь. Следи за тем, чтобы у тебя не только тело, но и душа была чистая, и никакие наговоры тебе не будут страшны... От наговоров хорошая песня помогает.

Дарья не поверила. Ей почему-то и в голову не приходило, что песня от злых чар спасает. Живет человек – и ровным счетом ничего не знает! Забыла уже даже, зачем песни поет.

– Попробуй – сразу легче станет.

Даже птицы примолкли, когда Дарья запела. Хорошая песня, я такой раньше не слышал, хотя Ма мне много земных песен пела с самой колыбели. И чтобы от злых чар уберечь, и чтобы ее сын не потерял связи с прародиной.

Пока Дарья пела, я коней осматривал. Судя по всему, в Кощеевом царстве толк в них понимали. Конечно, до моего Баярда этим вороным было далеко, но по земным меркам кони были хоть куда.

– Ой, ой, ой!

И откуда он вынырнул, чучело волосатое? Руками замахал, гривой затряс, засуетился вокруг покойников:

– Ой, убили! Защитников наших, заступников наших!

– Да хватит тебе,– остановил я его,– что ты придуриваешься? Нет здесь никого, кроме нас.

Не поверил. Пока все кусты вокруг не облазил – не успокоился.

– А вроде летали тут ночью от Соловья...– Носом шмыгнул и на Дарью уставился.

– Да не ведьма она, а моя жена.

Леший захихикал, засмущался, даже покраснел под своими лохмами:

– Столько лет живой женщины не видел! Все ведьмы, русалки, кикиморы.

– Смотри мимо,– посоветовал я ему.– Тоже мне – кавалер.

Леший вздохнул и почесал затылок. Внешность у него была примечательная. Штаны драные, лапти на босу ногу, веревочками подвязаны, рубаха от плеча до пупа располосована. Глаза хитрые и простодушные одновременно. Минуты на месте не стоял – все суетился, суетился... Подпругу подтянуть, стремечко придержать... Прямо землю носом рыл – до того услужливый. Словом, тот еще экземпляр.

– Это ты ночью кричал? – спросила Дарья.

– Так от скуки, красавица дорогая, не только закричишь – завоешь. Думал, что испугаетесь, а вы ничего. Хе-хе. Вдвоем – оно нестрашно. Вдвоем оно...

– Попридержи язык,– посоветовал я ему.

– Могу и придержать,– обиделся Леший.– Отчего не придержать, если велят? Вот так встретишь человека впервые за тысячу лет – и никакого тебе уважения. Конечно, был бы домовой, а то леший, из захолустья.

– Сиротой-то не прикидывайся. Черных воронов ты на нас навел?

– Дык, вашество...– задохнулся Леший от усердия и раскаяния.– Пристали с ножом к горлу. Извести грозили. А с Соловьем разве пошутишь? Я уж старался хоть ночью вам не докучать.

– Неужели за тысячу лет никто к вам не наведался?– удивилась Дарья.

– Почитай и больше. Последний раз вот с его отцом разговаривал. Я ведь как на него глянул – сразу и признал: Алехин сын.

– Ну это ты нам сказки рассказываешь,– рассердилась Дарья.– Тысячу лет!

– Да какие сказки, красавица дорогая? – Леший даже подпрыгнул от возмущения.– Ох и пошерстили они нас тогда, ох и пошерстили!.. Всех наших драконов Алеха со товарищи начисто извели. А тех драконов на службе у Его Бессмертия было пять или шесть! – Леший даже вспотел от усердия, подсчитывая драконов.– Мы тогда за хазаров встали... или за печенегов. Маху дал Его Бессмертие. Ну и вломили нам. Ручка-то у Алехи тяжелая.