Глаза войны - Вячеслав Миронов

— Где ваше командование? — спросил Калину помощник муллы.

— В деревне. Вы покатайтесь, вас к нему отведут, — разведчик уже потерял к нему всякий интерес.

— А где именно? — он настаивал.

— Аллах знает, где находится мой командир, он отведет вас к нему. Спросите у него напрямую, — смиренно, явно издеваясь, сказал Андрей и повернулся к нему спиной.

Захлопнулась дверь машины, и помощник муллы уехал.

— Попортит он нам крови! — Калина плюнул под ноги и закурил.

— Да и хрен с ним! — я махнул рукой. — Давай дома быстро осмотрим, а потом уже по второму адресу поедем.

— Давай.

Бойцы быстро проверили два дома, но ничего не нашли.

На соседней улице раздалась стрельба.

— Радист, быстро узнай, в чем дело! Помощь нужна? — заорал Калина.

— Нет. Не нужна. Предводители местных пришли. Митинг устраивают, — доложил радист через минуту. — Работаем по плану. Приказ командира.

— Ох, уж мне эти старейшины! — покачал я головой.

— Ну, что дальше двинули? — Внезапная автоматная очередь стеганула по нервам.

— Давай, двинем, а то, чувствую, они сейчас вышлют группы баб и ребятишек, чтобы те блокировали все. Они только и умеют, что баб натравить, а потом сделать несколько выстрелов через их головы.

— Они еще горазды своим же женщинам в спины пострелять, а затем списывают все на федералов. Проходили мы это уже. — Я махнул рукой. — Еще Ясир Арафат сказал, что самое страшное и грозное оружие — это рожающая женщина.

— Ну да, мы — русские, вымираем, а они плодятся. Скоро куда не плюнь, так в террориста или боевика попадешь. Куда пойдем?

— А пойдем мы с тобой, — я достал карту, и назвал адрес, — и будем мы с тобой внимательны.

— Шейх там сидит?

— Не думаю, но адресок у нас был и ранее, только вот на духовской карте, что в столе нашли, стоит булавочный накол на этом домике. Может и база, а может и мина. Так что бойцам скажи, чтобы поаккуратнее заходили. Там, может, и пару центнеров взрывчатки заложено. Как ухнет, так костей не соберем. Пошли?

— Пошли! — Андрей внимательно посмотрел на карту. — Радист, сообщи коробочке координаты, и не говори открытым текстом. Дай, я сам.

Андрей взял гарнитуру.

— Семидесятый? Как слышишь меня? Я тоже нормально. Значит так, там, где нас оставил, проедешь два квартала на север, а потом полквартала на восток, а там уже нас увидишь. Понял? Повтори. Все правильно. Нет, адрес и квадрат я тебе сказать не могу. Духи эфир сканируют. Усек? Все, давай, быстро груз скидывай, и к нам дуйте. Вперед, мальчики! — это уже к тем бойцам, что были с нами. По дороге проводил инструктаж. — Веревку взяли?

— Так точно! Взяли. У меня! — боец поднял руку вверх.

— Длинная?

— Метров пятнадцать будет. Капрон.

— Значит, по обстановке. Спокойно подходим. Если тихо, то привязываем веревку к двери и дергаем. Если не поддается, то «саперной отмычкой» открываем двери. Не знаю, что там будет. Разбились по парам и прикрываем спину. Перемещение по одиночке, напарник прикрывает. Вопросы?

У бойцов не было вопросов.

Так перемещаясь, идя за солдатами, мы прошли к адресу. По пути нам никто не встретился. Зато над деревней повис гул. Это были и рев двигателей бронемашин и отдельные автоматные очереди. Редкие, короткие.

На бой не похоже, видимо, стреляли поверх голов местных жителей, когда те подходили слишком близко, мешая зачистке. Радист слушал эфир и докладывал, на каком участке встретили сопротивление. Я бегло посмотрел на карту. Местные отсекали военных от реки. Те группы, что двигались параллельно реке, не трогали.

— Доложили, что наши выгрузили «хомяка» на пункте, отправляются к нам.

— Это хорошо. Под броней спокойнее. — Калина был настороже.

За все время движения нам не попался ни один местный житель.

— Тихо, слишком тихо. — Андрей изжевал уже фильтр сигареты, выплюнул окурок, и тут же прикурил новую. — Не нравится мне это.

— Товарищ капитан! Мы первые духа взяли! — доложил радист.

— Оно-то и плохо, что только одного взяли. Раненого, значит, остальные ушли, или затаились. Не переворачивать же всю деревню! — я сам начал нервничать.

— Если надо — то переверну, — пообещал командир разведчиков.

— Переворачивать тебе никто не позволит. Это не первая война. Теперь прокуратура в затылок дышит, и ты можешь духа «шлепнуть» лишь когда он тебе оказывает вооруженное сопротивление, — менторским тоном я «учил» Калину.

— Ага, ты мне еще скажи, чтобы я предупредительный выстрел сделал и заорал «Стой! Стреляю!» — Андрей язвил.

— Именно. А что ты будешь делать, когда он тебе ответит «Стою»?

— Как в команде. Отвечу «Стреляю!» Сколько в этой деревне всего адресов?

— Двадцать шесть, — я открыл свои записи и сверился с ними. — Но чувствую, что будет больше. «Пустышку» тянем. Нет духов в деревне. По крайней мере, не вижу я, чтобы они были.

— Отсекают нас от реки. Не просто так. Пособники, они же гражданское население, ничего просто так делать не будет. Дают духам уйти. Может, к реке рванем, а? Саня, уйдут ведь демоны, уйдут! Давай задушим, а? — Калина умоляюще смотрел на меня. — Потом все остальное прошмонаем. Успеем. А то все это «битье по хвостам» достало. Онанизм. Бег на месте с препятствием.

— Бег по граблям — национальный вид спорта русских. — Я задумчиво смотрел на список. — Давай вдоль реки рванем. Тихо. Без шума и пыли. Если напрямки, то нас здесь миряне блокируют. Надо быстро выезжать к одной или другой окраине села, и оттуда уже к реке. Поехали? Давай, с моста начнем, а там уже будем двигаться вдоль деревни. Надо руководству доложить.

— Вперед! На машину! — Андрей уже командовал бойцам. — С брони, с ходу доложим. Нас могут и сканировать.

— Поехали! — я уже как заправский ездок на БТРах махнул на броню. — Под задницу дай что-нибудь, — это я уже стрелку, что в башне бронемашины сидел. — Ты еще молодой, можешь и на сырой земле девок любить. А в моем возрасте надо простату беречь.

Положил подушку, что когда-то была сиденьем в импортном автомобиле. Хорошо, наверное, сидеть в иномарке на кожаном сиденье с подогревом! Только вот в утреннем, пусть и рассеивающемся тумане зябко. И поэтому бойцы уже до меня оборвали черную, высококлассной выделки кожу, ее остатки свисали по краям, и я сидел на плотном поролоне. Из-под сиденья высовывалось около двадцати разноцветных проводов.

Не меньше «Мерседеса», усмехнулся про себя. Жив ли хозяин?

Калина по радиостанции иносказательно докладывал о наших перемещениях:

— Отклонились от первоначального маршрута. Есть хорошая «наколка». Кто сказал? Душара, что мы цапанули, и сказал. Нет, не могу сказать, куда едем. И намекнуть не могу. Да ЗАС у меня навернулся еще месяц назад. Не могу сказать. Не могу знать, почему связисты не отремонтировали. Никто на него ноги не ставил! И не пинали его тоже! Все, перехожу на прием. Будет жарко — доложу. Вот тогда и координаты сообщу. Недалеко здесь, все в Старых Атагах. Ну, что, контрразведка, я все правильно доложил?