Гроза над Цхинвалом - Александр Марков

Кто-то сладко с подвыванием зевнул. Гегечкори затравленно оглянулся и встретился глазами с равнодушным взглядом Васо. Накануне Ворон долго беседовал с уголовником, подсев к нему перед сном, но о чем они говорили, Арчил не знал. Он уснул, едва только прилег, не помешали ни боль в ногах, ни ноющие плечи. Впрочем, похоже, в верность новообращенного соратника Ворон пока не верил и приковал его наручниками к тонкому деревцу. Так сказать, от соблазнов подальше.

Взгляд у Васо был неприятный – липкий, оценивающий. Он словно ощупывал человека, прикидывал, что с того можно взять.

Гегечкори с негодованием отвернулся. «Вот сволочь, – подумал он, но тут же на смену этой мысли пришла прежняя: – Мне-то что делать?»

Подошел американец, хмуро посмотрел на Арчила. Гегечкори робко улыбнулся, виновато глядя на Босса. Тот хотел что-то сказать, но не успел. Раздался низкий вибрирующий звук – совсем тихий, отойди на два шага и не услышишь. Американец опустил пальцы в нагрудный карман камуфлы и вытащил мобильный телефон.

«Надо же!» – удивился Арчил. Он хорошо помнил строжайший приказ, полученный перед началом рейда: сдать все мобилки. Ну что ж, видимо, Босс живет по другим приказам…

– Йес, – челюсть американца резко пустилась. Он внимательно слушал собеседника, и еще трижды нижняя часть его лица приходила в движение.

«С чем это он соглашается?» – равнодушно подумал Гегечкори.

Босс аккуратно убрал телефон. С силой потер подбородок, повернулся и, не обращая внимания на Арчила, пошел к чистящему автомат Ворону.

Спецназовец внимательно смотрел на приближающегося американца. Он чувствовал – что-то произошло. Босс приблизился к нему вплотную и тихо произнес:

– Я ухожу.

Брови Ворона взлетели вверх.

– К-как? – поперхнулся он.

Американец пожал плечами.

– Получен новый приказ. Твое задание остается в силе, – помолчал и добавил: – Не забывай: это твоя война, я лишь помогаю вам.

– Неожиданно… – Ворон уже взял себя в руки.

– Что поделаешь? – Босс равнодушно улыбнулся. – Имей в виду: головная часть русских войск тоннель уже прошла. Посоветовать тебя больше ничего не могу, сам сориентируешься на месте, ты – человек опытный. Я бы оставил сопляка здесь – идти он не сможет, – а ублюдка взял с собой. Поработал ты с ним хорошо, огонь азарта в его заднице распалил. Идти осталось не так уж много, вдвоем вы справитесь. Удачи!

Он повернулся, на ходу подхватил свой небольшой заплечный ранец и исчез в кустах.

«Дерьмо! – выругался Ворон. – Паршиво, все паршиво… Но выхода нет. Мне, в отличие от мерзавцев Гии и Котэ, так просто не сбежать. Подцепили рыбку на крючок, сорваться пока не удается… Да и поставлено на кон слишком много. Но до чего же плохо, что пацан обезножил! А, хнычь не хнычь, вариантов немного…»

Он подошел к Арчилу. Гегечкори попытался встать, не получилось.

– Сиди, – разрешил Ворон. – Подвел ты меня, парень…

Лицо Арчила покрылось краской стыда.

«Впечатлительный, – зло подумал спецназовец. – Сволочь интеллигентная!», – но вслух он произнес:

– Мы с Васо пойдем дальше. А ты, раз уж так сложилось, останешься нас прикрывать. Гляди в оба и если что патронов не жалей. Запас у нас немаленький, так что оставим тебе побольше. Если совсем уж прижмут, поймешь, что не устоишь, выпусти ракету. Это нам знак будет. И вот еще что… – он помолчал. – Может тебе повезет, и никто по нашему следу не идет. Но если не так, запомни: лучше умереть, чем попасть в руки к этим…

– Сепаратистам? – во рту у Гегечкори пересохло.

– И к ним тоже, – кивнул Ворон. – Только русские еще хуже, не говорю уж о чеченцах. Это ж не люди! Поиздеваться над слабым, замучить до смерти для них в радость… Ладно, не будем о плохом. Нам пора.

– А если все обойдется, мне что делать? – робко спросил Арчил.

– Не понял… – повернулся к нему спецназовец.

– Ну… Я жду-жду, а никого не будет, – сбивчиво пояснил Гегечкори. – И что тогда?

– Придешь в себя, спускайся на дорогу, – разрешил Ворон. – Но не раньше завтрашнего утра. Понял? Не раньше! А мы задание выполним и кого-нибудь к тебе на помощь отправим. Все! Нет у нас больше времени. Идем, Васо.

Они навьючили на себя рюкзаки и, не оглядываясь, пошли по змеящейся среди высокой травы тропке.

– Слышь, – донесся до Арчила хриплый голос уголовника. – Я вот о чем подумал… Коли ты не врешь…

Потом все стихло.