Минус Финляндия - Андрей Семенов

— Ну так слово за вами!

— Какое слово? — не понял Валленштейн.

— Печатное.

Некоторое время Валленштейн смотрел на Олега Николаевича так, будто не понимает языка, на котором тот с ним говорит.

Выдержав необходимую паузу, Штейн продолжил:

— Вы напишете статью, вернее, информационное сообщение о нападении на норвежский порт. Распишете, как партизанский или диверсионный отряд пинками разогнал местный немецкий гарнизон, а потом все весело и безнаказанно раскурочил в этом порту.

— А где вы найдете вооруженных партизан для штурма? — не поверил услышанному журналист. — Или, может, в ваших силах вызвать английских коммандос?

— А зачем они нам? — в свою очередь удивился Штейн. — Никакого штурма, никакой стрельбы и взрывов на самом деле не будет. Всю эту кутерьму мы с вами устроим только на бумаге, но раструбим об этом на весь мир.

Примерно минуту Валленштейн молчал и как-то странно смотрел на собеседника.

— Вы выдыхайте, выдыхайте, — попросил его Олег Николаевич. — А то у вас остановится сердце.

Валленштейн выдохнул.

— Вы в своем уме? Мне, серьезному журналисту, предлагаете заниматься такой глупой чушью?!

— Именно вам. Несерьезному бы никто не поверил.

— Да никто просто не напечатает подобную «утку»! Ни одно издание!

— Полноте вам, Рауль. Напечатают, да еще с руками оторвут такой материал, — видя недоверие собеседника, Штейн пояснил: — Вы не первый год в журналистике. Лучше меня знаете, что если редакция начнет перепроверять те новости, которые ей сообщают корреспонденты с мест, то эти новости перестанут быть новостями, потому что на проверку требуется время и свежие новости останутся во вчерашнем дне. Газету с перепроверенными, но протухшими новостями никто покупать не станет. Поэтому редакции ничего не остается, как слепо довериться телеграфному сообщению или телефонному звонку с места и отправить материал в печать. Вы со мной согласны?

— Ну, в целом да, — Валленштейн наморщил лоб, соображая.

— Тогда о чем мы спорим? Сейчас мы вместе набросаем текст, вы его отредактируете, а потом направите в те газеты, с которыми сотрудничаете.

Через 36 часов английская «Times», американская «Gerald Tribune» и шведская «Aftonbladeb» поместили на второй-третьей страницах такой материал:

«Норвегия. 1 июля 1943 года вооруженный отряд патриотов из норвежского движения Сопротивления численностью до 600 человек захватил Намсус (Западная Норвегия), важный грузовой порт. Патриоты сломили сопротивление немецкого гарнизона и захватили город и порт. В течение семи часов они вели бой на подступах к городу с прибывшим из Тронхейма подкреплением немцев. Этого времени оказалось достаточно для того, чтобы сжечь склады стратегического сырья и вывести из строя портовые сооружения. Завершив героическую и дерзкую по замыслу операцию, отряд, сохраняя порядок, отошел в горы. Работа порта, имеющего важное значение для немецкого оккупационного командования, парализована минимум на девять недель. Английское правительство уже обратилось к Его Величеству с ходатайством о присвоении командиру отряда титула Рыцаря Британской империи».

Доктор Йозеф Геббельс не поверил своим глазам, когда ему в ежедневной сводке сообщений вражеской пропаганды предоставили полный текст этого информационного сообщения. Пробегая глазами знакомые сообщения о небывалых победах англо-американских союзников в Атлантике и на Тихом океане, прочитывая все те же нападки на гитлеровский режим, тяготы оккупации и сообщения о движении Сопротивления, которое все ширилось от сводки к сводке, но почти не было заметно в действительности, он наткнулся на эту заметку и взглянул на сотрудника, готовившего доклад.

— У нас что, в тылу действуют партизаны? — спокойно, будто уточняя правило грамматики, спросил он.

— Моему отделу ничего об этом не известно, господин доктор, — так же спокойно ответил сотрудник.

Геббельс снова вернулся к сообщению из Стокгольма, Лондона и Вашингтона:

— Так, дата указана. Первое июля. Названа численность — до шестисот человек. Указано место — Намсус. Так-так-так… Потом еще одно уточнение — подкрепление прибыло из Тронхейма. Так-так-так… Имя командира отряда как обычно не названо, но награда уже определена — Рыцарь Британской империи.

Подчеркнув интересные места, Геббельс снова посмотрел на сотрудника.

— Они приводят пять фактов в этом сообщении. Мы не можем это игнорировать. Немедленно свяжитесь с норвежским рейхскомиссариатом и уточните у них, действительно ли первого июля происходило нечто подобное. Необязательно в Намсусе. В любом месте Норвегии. От Осло до Киркенеса.

Сотрудник ушел за уточнениями, а Геббельс встал из-за стола и подошел к большому глобусу, стоявшему в углу кабинета. Повернув его Норвегией к себе, он силился понять текст вражеского информационного сообщения. Норвегия была по-прежнему на месте, между Швецией и Северным морем. Поводив пальцем по побережью, рейхсминистр пропаганды нашел указанный порт, который находился на берегу Норвежского моря. Англия располагалась на глобусе гораздо левей и ниже. Подойти незамеченной к норвежскому берегу английская эскадра не могла, так как все ее перемещения отслеживались и были известны. Шестьсот человек в шлюпках и на катерах к берегу не подведешь. Их непременно заметила бы авиаразведка. Тогда, может быть, это и в самом деле норвежские партизаны? Но откуда в лояльной и дружественной Норвегии взялись бы партизаны? Да еще и вооруженные?! И не два-три фанатика, а целых шестьсот человек! Это было невозможно и невероятно.

Через четверть часа вернулся сотрудник.

— Господин доктор, норвежский рейхскомиссариат отрицает какие-либо инциденты на территории Норвегии.

— Свяжитесь с командованием сухопутных сил.

— Я связывался. Они исключают применение армейских подразделений западнее Петербурга. Кроме того, я звонил на Принцальбертштрассе. Гестапо утверждает, что с мая прошлого года, с момента инцидента в Чехии, никаких крупных вооруженных выступлений не происходило во всей Европе, кроме Балкан.

Геббельс вернулся от глобуса к столу и опять посмотрел на сотрудника.

— Так это что, вранье?

— Самое беззастенчивое, — подтвердил сотрудник, — не основанное абсолютно ни на каких фактах.

Геббельс просиял.

— Блестяще! Прекрасно! Белиссимо, как говорит наш большой друг Муссолини. Я всегда говорил, что пропаганда противника никуда не годна и способна работать только по шаблонам! Нашу собственную пропаганду в отличие от вражеской всегда отличало умение работать с фактологическим материалом, умение представить неопровержимые доказательства чего угодно и творческий подход к делу. Этих демократов с их продажной западной прессой хватает только на то, чтобы слепо копировать наши методы. Они всегда будут отставать от нас в вопросах пропаганды. Этот случай нельзя упускать! Очевидный промах вражеских болтунов мы поставим на службу Рейху. И раз уж они сами заговорили о нападении на норвежский порт… Садитесь, записывайте завтрашнее сообщение.