Не отступать! Не сдаваться! - Александр Лысев

На следующий день с утра пораньше в блиндаж к Егорьеву ввалился старшина Кутейкин с наполненным до краев кашей котелком. Егорьев, сидевший за столом, оторвался от карты и поглядел не старшину.

— Здравствуйте! — приветствовал тот лейтенанта.

Потом, смутившись своего бесцеремонного вторжения, виновато улыбнулся и спросил:

— Можно войти?

— Да вы уже вошли, — усмехнулся Егорьев.

Старшина подошел к столу и бухнул на него котелок. Часть пшенки, выплеснувшись через край, разлетелась по столу.

— Осторожнее, — сказал Егорьев, стряхнув кашу с лежавшей на столе карты и пряча карту в планшет.

— Прошу прощения, — извинился Кутейкин, рукавом вытирая стол. — А я к вам по делу.

— По какому же? — поинтересовался Егорьев.

— Да вы покамест каши откушайте. — Старшина пододвинул котелок к лейтенанту.

— Спасибо, — поблагодарил Егорьев, но, замявшись, признался: — Да у меня ложки нет, я потом.

— Хе, — усмехнулся Кутейкин. — Тоже мне проблема!

И, вытащив из-за голенища сапога ложку, протянул ее лейтенанту:

— Нате вот, пожалуйста.

Егорьев взял ложку и принялся есть.

— Проголодались вы, однако, товарищ лейтенант, — заметил Кутейкин, глядя, как Егорьев уплетает пшенку за обе щеки.

— Да, — подтвердил Егорьев. — Со вчерашнего дня ничего не ел.

Дождавшись конца завтрака лейтенанта, Кутейкин приступил к делу.

— Так я, значит, насчет некоторого положения вещей в нашей обороне, так сказать, — начал он. — Имеется предложение кое-что изменить.

— Какое предложение? — осведомился Егорьев, вытирая рот носовым платком.

— Да вот, — охотно пояснил старшина, — бронебойщики не на месте.

— В каком смысле? — не понял Егорьев.

— В самом прямом, — принялся объяснять старшина. — Товарищ лейтенант, упокой Господи его душу, велели супротив обрыва им разместиться, а им там не место!

— Почему? — Егорьев с удивлением посмотрел на старшину.

— Потому что направление это не танкоопасное, а вот пехоту, ежели что, задержать будет нечем. Туда пулемет надо ставить. Он там и был, так что это самое что ни на есть для пулемета место. Разумеете?

— Я так вам ответить ничего не могу, не знаю, про какое место речь идет, — развел руками Егорьев. — Надо пойти и посмотреть.

— Пойдемте. — Кутейкин поднялся из-за стола и направился к выходу.

Егорьев последовал вслед за старшиной. Через несколько минут они были в обществе Золина и Лучинкова.

— Вот. — Старшина обвел руками все вокруг позиции бронебойщиков. — То самое место. Извольте оглядеться и принять решение.

Егорьев поглядел на окружающих его солдат. Старшина стоял с выжидательным видом, Золин с Лучинковым смотрели испытующе-настороженно, ожидая «решения». Егорьев осмотрелся по сторонам, потом решительно объявил:

— Нужен бинокль.

Все переглянулись! Первым нашелся старшина.

— Рядовой Лучинков, — распорядился он, — отправляйтесь к сержанту Дрозду и возьмите у него от моего имени…

— От моего имени, — поправил старшину Егорьев.

— Правильно! — тряхнул головой Кутейкин и продолжал: — Возьмите от имени товарища лейтенанта бинокль. Ясно?

— Так точно! — утвердительно кивнул Лучинков.