Цирк уродов - Джек Блэксмит

— Гарри Гудини.

— Фокусника? А где этот дневник сейчас?

— У моей девушки.

— А ты уверен, что она в безопасности? Если они не пожалели миллиона долларов, то я бы советовал спрятать твою девушку в нашем офисе, пока мы со всем этим не разберемся.

Идея была разумная. Ведь оставался еще Апостос. И работающий на него Снайпер.

— Генри, можно ваш телефон? — попросил Алекс.

— У тебя батарея села?

— Нет, мне «жучок» поставили.

Николь ответила после первого же гудка:

— Алло? Кто это?

— Это я, — сказал Алекс. — Все в порядке, можешь возвращаться в город… Да, я тебя встречу… На станции, возле моего дома… Через сколько? Часа два? Хорошо… Я тоже. — Он вернул трубку Миллеру со словами: — Сначала отвезем этого человека к нам в офис, а потом мне нужно будет ее встретить.

— Мне не нравится твой план, — покачал головой Француз.

— Почему?

— Я сам ее встречу.

Дюбуа вдруг поднял свой пистолет и в упор выстрелил в Миллера.

Алекс с ужасом смотрел, как Генри, словно в замедленной съемке, падает на колени. Потрогав рану в области сердца, он поднял на Алекса растерянный взгляд и открыл рот, чтобы что-то сказать. Но Француз не дал ему этого шанса. Он приставил пистолет к затылку Миллера и выстрелил еще раз.

Генри рухнул лицом вниз, а Француз направил оружие на Алекса.

— Это я поставил тебе «жучок», Алекс, — в голосе Дюбуа звучала печаль, — и следил за тобой. Извини, я всячески пытался огородить тебя от расследования. Ты мне понравился. Зачем ты влез в это дело с дневником?

Алекс побледнел. Происходящее было кошмарным сном. Таинственным помощником Алхимика оказался агент ФБР Жан Дюбуа. А он столько времени ломал голову, кто же помогает Алхимику?

Француз. Старый друг Миллера. Второй наставник Алекса. Шутник и балагур, всегда готовый прийти на помощь.

— Зачем вы привезли сюда Генри?

— Старый пес начал кое-что подозревать. — Француз вздохнул: — Жаль, мы столько лет друг друга знали. Он был хорошим агентом. Настоящим профессионалом. Теперь таких не делают.

— Господи, — прошептал Алекс, — а я ведь начал его подозревать.

— Ну, конечно, — усмехнулся Дюбуа. — Кто еще мог поставить тебе «жучок» в телефон? У кого был твой адрес? Кто знал о твоих планах?

— Фуллера тоже вы убили?

— Сумасшедший журналист? Он был опасен. Я его давно искал, спасибо, что вывел меня на него. Фуллер раскопал слишком много. Но, к счастью, не успел поделиться этими знаниями с тобой.

— Снайпер, это тоже вы?

— Нет, — покачал головой Француз.

— А кто?

— Какая разница? Свободный стрелок, киллер экстра-класса. Я наводил его на цель. Давал ему координаты очередной жертвы.

Алекс вспомнил лицо Фуллера, искаженное гримасой ужаса.

— На Фуллере не было следов насилия.

— Его убил не снайпер. Генрих сам с ним разобрался. Немного химии и гипноза.

— Черные волосы…

— Парик, грим. Похоже, в глубине души Генрих всегда хотел быть артистом. Бедный Фуллер решил, что за ним пришел демон. Боюсь представить, что ему мерещилось в последние минуты жизни. Наш Генрих — настоящий мастер иллюзий. Да, Генрих?

— Сними с меня наручники, — сказал Вульф.

— Вы давно знакомы? — скосив глаза на психиатра, спросил Алекс.

— Очень давно, — ответил Дюбуа. — Мы еще в Европе познакомились, когда Генрих сбежал из-под надзора ЦРУ.

Он подошел к психиатру и, не спуская глаз с Алекса, снял наручники. Генрих поднялся на ноги и потер запястья. Глянув на Алекса, сказал: — С ним был коп.

— Поляк Анджей? Сладкая парочка… Ничего, разберемся с ним позже.

— Он в квартире Алекса.

— Ну и отлично. Сначала возьмем дневник, а потом займемся поляком.

— Вы работаете на секту Апостоса? — спросил Алекс.

— Генрих по просьбе Апостоса поработал с несколькими денежными прихожанами — помог им осознать величие новой религии, — рассмеялся Француз. — Апостос, в свою очередь, помогал Генриху находить материал для его экспериментов. Его проповедники были повсюду. Кто мог заподозрить этих божьих улыбающихся овечек в коварстве? А потом в игру вступал Джеки-Нож со своими бандитами. Это было взаимовыгодное сотрудничество.

— Дьявольский симбиоз, — бросил Алекс.

— Когда случайно стало известно, что нашелся дневник Гудини, Апостос запаниковал. Ты уже понял — почему?

— Логан Макморан. Основатель «Просветленных детей Бога» был серийным убийцей, извращенцем и сатанистом.

— Вижу, Апостос переживал не зря, — удовлетворенно кивнул Дюбуа. — Гудини действительно оставил взрывоопасные факты. Представляешь, что будет, если эта информация попадет в средства массовой информации? «Просветленным детям Бога» придет конец. А ведь это многомиллионный бизнес. Апостос попросил Генриха достать дневник. А Генрих попросил меня помочь ему в этом деле.

Психиатр перетянул искалеченную кисть куском материи, подхватил чемодан с деньгами и встал рядом с Французом.

— Но зачем это вам? — спросил Алекс. — Деньги?

Дюбуа сгреб ампулы с тумбочки и положил их в карман пальто.

— Деньги лишними не бывают, но поверь, у нас с Генрихом совсем другие планы. То, что ты успел раскопать, всего лишь вершина айсберга. — Он наклонился к Алексу и тихо проговорил: — Ты даже не представляешь, Алекс, на кого мы действительно работаем. И на кого работает Апостос. У нас с ним одни и те же ХОЗЯЕВА.

— Хватит болтать, — прервал откровения Дюбуа психиатр. — Кончай его.

Алекс лихорадочно искал выход из ситуации. И не находил его.

— Извини, Алекс, — хищно улыбнулся Дюбуа. — Было интересно с тобой общаться. Но мне пора. Нужно встретить твою девушку. Обещаю, что долго мучиться Николь не будет. — Он вздохнул и театрально приложил руки к груди: — Ты же понимаешь, что я не могу оставить тебя в живых?

Алекс отчаянно рванулся за своим пистолетом и даже успел достать его. Но Француз оказался ловчее.

Грохнул выстрел.

Чудовищный удар в грудь швырнул Алекса на пол. Он ударился затылком о железную спинку кровати, но боли почему-то не почувствовал. Просто сильный удар. Стало тяжело дышать. Двигаться он тоже не мог. Перед глазами поплыли черные круги. Над ним навис Дюбуа. Алекс поднял глаза. Срез пистолета, нацеленный ему в лицо, превратился в огромный черный туннель.

— Прощай, Алекс, — сказал Француз.

И выстрелил второй раз.