Разоблачение - Дженнифер МакМахон

Все, что они совершили вместе, началось с идеи Эмбер.

– А знаешь, – сказала она. – Мы должны найти способ, чтобы другие дорого заплатили за то, что они сделали со Сьюзи. И с ребенком.

Когда появились открытки, это показалось им невероятно удачной возможностью. Почти чудом.

Они приступили к делу без тщательно продуманного плана. Эмбер должна была играть роль Клэр Новак, – Сьюзи в ином воплощении, – а потом они каким-то образом собирались совершить акт возмездия, достойный «Сердобольных Разоблачителей» и настоящей Сьюзи. Схема вещей выстроилась превосходным образом, – лось, каноэ, кукла Эммы и соблазнение Тесс, – как будто сама Сьюзи направляла их и тянула всех остальных за невидимые кукольные ниточки.

Уинни нравилось представлять, как выглядело лицо бедной Тесс, когда Эмбер вошла в спальню, переодетая как Сьюзи и со шприцем в руке. Ей хотелось бы находиться там и видеть это вместо того, чтобы прятаться возле дома Генри и таскать проклятую куклу туда-сюда. Она присоединилась к Эмбер после того, как Генри закончил установку лося на каноэ, и попала туда как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эмбер вкалывает Тесс последнюю дозу транквилизатора, прежде чем зашить ее в кукле Эммы. Казалось, на мгновение Тесс пришла в себя, открыла глаза и увидела их обеих, стоявших в одинаковых светлых париках и шелковых блузках. У Тесс был крайне необычный вид человека, одновременно ошарашенного и наконец-то все осознавшего.

– Что, если она узнала меня? – спросила Уинни, когда Тесс снова отключилась.

Эмбер покачала головой:

– Если даже она и вспомнит, то все равно решит, что у нее двоилось в глазах. Кроме того, теперь это не имеет значения. Когда окажется внутри лося, все будет кончено. Теперь пойдем: нам нужно поспешить и доставить ее в амбар Генри.

– Я рада, что ты носишь парик, – сказала Уинни, проводя кончиками пальцев по бугоркам позвонков на спине Эмбер. Словно маленький поезд, который катится по рельсам, постукивая на стыках: бампити-бамп.

Эмбер повернулась к ней, и они поцеловались. Поцелуи Эмбер – это сплошной язык, жадные собачьи поцелуи.

– Какой парик? – спросила Эмбер, отрываясь от поцелуя и изображая таинственный акцент Клэр Новак.

Уинни снова подумала: Сьюзи бы это понравилось. Она бы полюбила Эмбер. Где бы она сейчас ни находилась, она довольна.

Уинни потянулась к бутылке с остатками шампанского и наполнила бокалы.

– За Сьюзи, – сказала Эмбер, как будто читая ее мысли.

– И за новых «Сердобольных Разоблачителей», – добавила Уинни.

– Давай порвем их, малышка, – прошептала Эмбер, и это так было похоже на Сьюзи, что кожа Уинни покрылась мурашками. – Разорвем их к чертям собачьим.