Час волка - Роберт МакКаммон

– О? Правда? И что же?

– Гарри говорит, что умыкнет новобрачную. Так ведь?

Улыбка Сэндлера слегка увяла, что не имело большого значения, поскольку она была с самого начала фальшивой.– Должен сказать вам, барон, что вы рискуете завязать смертельную схватку.

– Разве? – Майкл почувствовал, будто пол превратился в лед, а он старается не провалиться на тонком месте.

– Вы чертовски правы. Если бы вы не появились, Чесна вышла бы замуж за меня. Поэтому я собираюсь сделать все возможное, чтобы ли– шить вас этого трона.

Женщина рассмеялась.– О, Господи! Какое наслаждение! Когда из-за тебя дерутся двое красавцев-мужчин…– Она глянула на Вильгельма и Мышонка, стоявших в стороне. Лицо Мышонка посерело, плечи его опусти– лись под невыносимой тяжестью «Рейхкронена». Багаж уже скрылся, уне– сенный в лифт бойкими посыльными.– Вы можете теперь идти в номера,– сказала она тоном человека, привыкшего повелевать и подчинять себе. Вильгельм жестко подтолкнул Мышонка в сторону двери с надписью «Treppe» (лестница), но Мышонок, не пройдя и нескольких шагов, огля– нулся на Майкла со смешанным выражением испуга и замешательства на лице. Майкл кивнул, и маленький человечек последовал к лестнице за Вильгельмом.

– Хороших слуг найти так трудно,– сказала Чесна, источая высоко– мерие.– Мы идем туда, где можно отдохнуть? – Она жестом указала на освещенное свечами уединенное местечко на другой стороне фойе, и Майкл позволил ей вести его. Сэндлер прошел чуть сзади, и Майкл чув– ствовал, как тот примеривался к нему взглядом. Конечно, женщина, на– зывавшаяся Чесной, была тем самым агентом, которого Майкл знал как Эхо, но кто же она такая? И как ей удалось так легко сойтись с цветом Рейха? Они были почти у намеченного места, когда юная хорошенькая темноволосая девушка заступила им дорогу и застенчиво произнесла: – Простите… но я смотрела все ваши картины. Мне кажется, вы прекрас– ны. Не могу ли я получить у вас автограф?

– Конечно.– Чесна взяла ручку и блокнот, поданные девушкой.– Как вас зовут?

– Шарлотта.

Майкл смотрел, как Чесна писала крупными разборчивыми буквами «Шарлотте. С наилучшими пожеланиями. Чесна ван Дорн». Она закончила росчерком и с ослепительной улыбкой вернула блокнот Шарлотте.– Вот, пожалуйста. В следующем месяце у меня выходит новый фильм. Надеюсь, вы его посмотрите.

– О, конечно же посмотрю. Благодарю вас! – Девушка, с виду взволнованная, взяла блокнот с автографом и вернулась туда, где сиде– ла до этого, на диван, между двумя нацистскими офицерами среднего возраста.

В зале для отдыха, украшенном символиками немецкой пехоты и тан– ковых войск, они сели за стоявший уединенно столик. Майкл снял плащ и повесил его на перегородку неподалеку. Подошел официант, Чесна зака– зала рислинг, Майкл попросил того же, а Сэндлер заказал виски с содо– вой и блюдо сырых отбивных. Официант, казалось, был привычен к такому заказу и удалился без вопросов.

– Гарри, вы что, вынуждены повсюду таскать с собой эту птицу? – спросила, поддразнивая, Чесна.

– Не совсем так. Но Блонди приносит удачу.– Он улыбнулся, глядя на Майкла. Золотистый сокол – красивое создание – также вперился в Майкла, и Майкл заметил, что у обоих, и у сокола, и у его хозяина, были одинаково холодные глаза. Его когти вцепились в кожаную вставку на плече дорогого, шитого на заказ, твидового костюма Сэндлера.– Вы что-нибудь слышали об охотничьих птицах, барон?

– Достаточно, чтобы стараться избегать их.

Сэндлер вежливо рассмеялся. У него было жесткое красивое лицо с квадратной нижней челюстью и боксерским вдавленным носом. Рыжеватые волосы на висках и затылке были коротко подстрижены, а на морщинистый лоб свисала прядь огненно-рыжых волос. Он весь источал надменную са– моуверенностью и чувство силы. На нем была светло-голубая рубашка с галстуком в красную полоску, а на груди – маленькая золотая свасти– ка.– Ловкая сволочушка,– сказал он.– Я поймал Блонди в Северной Афри– ке. У меня ушло три года на то, чтобы ее выдрессировать. Конечно, она не ручная, а всего лишь послушная.– Он вынул из внутреннего кармана кожаную перчатку и надел ее на левую руку.– Она красива, верно? Знае– те ли вы, что стоит мне подать ей сигнал, как она в пять секунд раз– дерет вам лицо на куски?

– Приятная мысль,– сказал Майкл. В яйцах у него словно бы слегка кольнуло.

– Я дрессировал ее на британских военнопленных,– продолжал Сэнд– лер, делая шаг на запретную территорию.– Мазал им лицо мышиной требу– хой, а Блонди ее выклевывала. Ну-ка, девочка.– Он издал низкий вибри– рующий свист и подставил Блонди тыльную сторону кулака в перчатке. Сокол немедля перескочил с плеча на перчатку, его когти впились в нее.– Я считаю, что жестокость – основа благородства,– сказал Сэнд– лер, любуясь соколом.– Может быть, именно поэтому я хотел, чтобы Чес– на вышла за меня замуж.

– О, Гарри! – Она улыбнулась Майклу; в ее улыбке было предупреж– дение.– Я никогда не знала, поцеловать его или дать ему пощечину.

Майкл все еще не мог выкинуть из головы замечание насчет британ– ских военнопленных. Он тоже улыбнулся, но лицо его могло вот-вот опасно сменить выражение.– Надеюсь, ты сберегала поцелуи для меня?

– Я влюбился в Чесну в тот самый момент, когда увидел ее впер– вые. Это было на постановке… что это был за фильм, Чесна?

– «Пламя судьбы». Тебя привел посмотреть Гейндрид.

– Верно. Полагаю, вы тоже ее почитатель, барон?

– Почитатель номер один,– сказал Майкл и положил свою ладонь на ее ладонь и сжал. Актриса кино, понял он, вот кто она. И притом весь– ма преуспевающая в этом деле. Он вспомнил, что читал что-то о «Пламе– ни судьбы»: это был нацистский пропагандистский фильм, снятый в 1938 году, один из фильмов, заполненных нацистскими флагами, радостными толпами, приветствовавшими Гитлера, и идиллическими ландшафтами Гер– мании.

Прибыли бокалы с белым вином, виски с содовой и блюдо сырых от– бивных. Сэндлер сделал глоток из своего бокала и стал кормить Блонди кусками кровавого мяса. Сокол жадно глотал их. Майкл почувствовал ме– дянистый запах крови, и рот его наполнился слюной.

– Итак, когда же настанет этот счастливый день? – спросил Сэнд– лер, пальцы его правой руки были испачканы в крови.

– Первая неделя июня,– ответила Чесна.– Мы еще не выбрали точно– го дня, правда Фридрих?

– Нет, пока нет.

– Я мог бы сказать, что счастлив за вас, но ведь для меня это трагедия.– Сэндлер наблюдал, как кусочки мяса исчезали в изогнутом клюве Блонди.– Барон, вы чем-нибудь занимаетесь? Я имею в виду, кроме поддержания порядка в родовом поместье?

– Я занимаюсь виноградниками. А также садами. И еще мы выращива– ем тюльпаны.– Все это было в его биографии.

– Ах, тюльпаны,– улыбнулся Сэндлер, не сводя с сокола вниматель– ного взгляда.– Ну что ж, тогда вы, должно быть, очень занятой чело– век. Быть правителем на своей земле, в своих владениях – чудесное времяпрепровождение, не правда ли?