Хранилище - Бентли Литтл

Джинни стало не по себе. Она оглянулась на Элеонору. Той было уже далеко за пятьдесят, и она работала в начальной школе Джунипера с самого ее основания. В то же время большинству членов попечительского совета, и Фанчеру в том числе, было всего около тридцати, и в Джунипер они перебрались в течение пяти последних лет. Как они посмеют увольнять тех, кто отдал лучшие годы жизни детям Джунипера?

Слева от членов попечительского совета лицом к залу сидел еще один человек, моложавый мужчина в костюме, со скучающим видом уставившийся в потолок. Джинни его не знала, однако щемящее чувство у нее в груди безошибочно подсказало ей, чьи интересы он представляет.

И действительно, после бурных споров между Фанчером и членами попечительского совета, с одной стороны, и разгоряченных учителей с другой, школьный инспектор призвал всех к порядку. Он сказал, что «Хранилище» представило предложение по приватизации, которое должно будет устроить всех.

Фанчер представил сидящего в конце стола мужчину как мистера Кейеса. Представитель «Хранилища» встал, прошел вперед и обратился к сотрудникам школы.

«Значит, вот он каков, этот печально знаменитый мистер Кейес, — подумала Джинни. — Вот тот человек, по поводу которого так возмущался Билл».

Громким, отчетливым голосом мистер Кейес разъяснил предложение по приватизации. По его словам, в настоящий момент речь идет о переводе на контрактную основу только служб транспорта и питания. И поскольку у «Хранилища» нет собственного квалифицированного персонала, все нынешние сотрудники сохранят свои места. Единственное отличие будет чисто формальным — отныне зарплату им платить будет «Хранилище», а не администрация округа.

Гневное настроение толпы поутихло.

Если же «Хранилищу» и дальше придется предоставлять финансовую подпорку, у него есть план по обеспечению финансирования всей деятельности окружной администрации. Но, особо подчеркнул мистер Кейес, «Хранилище» будет только выделять средства и не предпримет попыток влиять на школьную программу и диктовать учебный план.

Закончив свое выступление, мистер Кейес улыбнулся, и Джинни захотелось кинуть помидор в его самодовольное, фальшивое лицо.

— А как насчет пенсий? — Джинни не могла видеть женщину, выкрикнувшую этот вопрос, но по голосу узнала Мег. — Если «Хранилище» приберет все к своим рукам, будет ли оно продолжать делать отчисления в пенсионный фонд? И останутся ли эти отчисления в тех же размерах, в каких их сейчас делает администрация округа?

Улыбка мистера Кейеса растянулась еще шире.

— Боюсь, никаких отчислений в пенсионный фонд больше не будет. Эти средства будут направлены на наши внутренние нужды. Мы советуем всем вам открыть личные накопительные счета.

Споры вспыхнули с новой силой. Послушав еще немного, Джинни выскользнула на улицу. Это могло затянуться на несколько часов.

И все равно никакой разницы не будет.

Попечительский совет уже принял решение.

Вернувшись домой, Джинни обнаружила, что девочки уже ушли, а Билл готовит из полуфабриката рис с мясом.

— Это была последняя соломинка! — воскликнула Джинни, бросая сумочку на стол.

— В чем дело? — поднял взгляд Билл.

— Попечительский совет собирается передать ему школьные дела.

— Ему? — спросил Билл, прекрасно понимая, что она имела в виду.

— «Хранилищу»! — Распахнув дверцу холодильника, Джинни схватила банку диетической кока-колы, рывком открыла крышку и сделала жадный глоток. — Приближаются выборы, грядет сокращение налогов, которое отправит наш округ в сточную канаву, и для того, чтобы сократить расходы, предлагается перевести на контрактную основу не только транспорт и столовую, но и учителей. Естественно, «Хранилище» великодушно предложило взять на себя все финансирование, без вмешательства в учебный процесс.

Билл стиснул зубы.

— И как к этому отнеслась ваша команда?

— Предложение было представлено как единственный выход. Все уже решено.

— Проклятие! Обслуживание парка… уборка улиц… пожарная часть… полиция… школы. Весь город принадлежит «Хранилищу». — Билл покачал головой. — С потрохами. Итак, решено. Я буду участвовать в выборах в городской совет.

У Джинни учащенно заколотилось сердце.

— Нет! — сказала она. — Не надо. Пусть в выборах участвует Бен. Или Стрит.

— Почему?

— Мне страшно.

Билл молча посмотрел на нее, и она поняла, что ему тоже страшно.

— Мы не поддадимся запугиванию, — наконец тихо произнес он.

Поставив банку на стол, Джинни подошла к нему и стиснула в крепких объятиях, уткнувшись лицом ему в плечо.

— Все это начинает мне надоедать, — сказала она.

— Думаешь, только тебе одной?

— Просто складывается такое впечатление, что мы не можем ничего сделать.

— Возможно, это действительно так, — вынужден был признать Билл. — Но это не означает, что мы должны отказаться от попыток.

— Нельзя допустить, чтобы «Хранилище» установило свой контроль над образованием.

— Мы этого не допустим, — сказал Билл.

Джинни почувствовала себя так хорошо, стоя рядом с ним, прижимаясь к нему. Это придало ей дополнительные силы, и она, протянув руку, выключила плиту, чтобы ужин не подгорел.

Они все еще стояли в обнимку, когда девочки вернулись домой.