Волшебный дом - Джеймс Герберт

Она имела форму пирамиды — сужающиеся кверху стены уходили ввысь и соединялись там между собой, так что потолка в комнате не было.

И она была черной.

Даже пол был черным.

Над нами — футах в десяти, не меньше, — сверкали скрытые в углублениях огни, по одному на каждой наклонной стене; их бледные лучи, выхватывая парящие в воздухе пылинки, падали вниз и создавали на гладком полу четыре расплывчатых светлых пятна Их сияние стало более или менее ярким, только когда за нами закрылась дверь.

И тогда темнота за бледными неоновыми фонарями стала бесконечной.

Я понял, что комната наверху тоже была частью пирамиды: наклонные стены проходили сквозь потолок и, возможно, пронзали даже потолок верхней комнаты.

Посреди комнаты стоял один-единственный стул, и лучи света вокруг него напоминали четыре тонких столба.

— Что вы тут делаете — точите бритвы?

Несмотря на недостаток освещения, я заметил, что Майкрофт без юмора воспринял мое замечание.

— Как церковный шпиль строится, чтобы направить духовную благодать на паству под ним, так эта пирамида служит для направления психической энергии, — сказал он. — Эта форма повторяется под нами, конечно в перевернутом виде, так что вершина касается земли.

Майкрофт опустился на стул, положив руки на короткую закругленную рукоять трости.

— Мидж, не могли бы вы сесть как раньше? И вы, может быть, сделаете то же самое? — (Он не потрудился произнести мое имя.)

Мне не очень-то хотелось садиться у ног синерджиста, но, в конце концов, я проделал неблизкий путь через лес. И я последовал примеру Мидж, но не сел в позе лотоса а предпочел опереться на локоть, протянув ноги перед собой и положив одну на другую, делая вид, что все это очень меня забавляет. Мы с Мидж находились между двумя лучами света, и я повернул голову, чтобы взглянуть на ее профиль. Мидж напряженно смотрела на Майкрофта. В комнате пахло ладаном.

Синерджист наклонился ко мне.

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — проговорил он.

— Вопрос?

— Верите ли вы в Волшебство?

— Я знаю парочку карточных фокусов...

Он перебил меня, хотя по-прежнему без раздражения (такая намеренная непробиваемость иногда злит):

— Вы можете представить Человека неотъемлемой частью Вселенной и всех сил, содержащихся в ней? Что сама Вселенная не более и определенно не менее чем бесконечный человеческий организм? Что энергия, движущая и управляющая Вселенной, это та же энергия, что содержится внутри нас? Вы способны понять, что Человек с этим внутренним знанием может научиться переступать все материальные границы, а в конечном счете — границы времени и пространства?

Вряд ли он ожидал ответа, но тем не менее я ответил, для собственного удовольствия разыгрывая непроходимую тупость в надежде проколоть его гладкую оболочку.

— Я даже не могу понять вопрос, — ответил я.

— Конечно, ну конечно. Возможно, я переоценил ваш интеллект.

Ага, первая трещинка Я мрачно кивнул себе, поняв его выпад.

— И тем не менее, — продолжал Майкрофт; его глаза скрывались в тени, — я уверен, вы в состоянии понять, что человеческое знание целенаправленно ограничивает себя конечной реальностью, которой не приходится бояться, которую ученые и материалисты представляют нам истинной. Печально, но мы предпочитаем видеть только наименее важную действительность. Другим реальностям вокруг нас — и внутри нас — в последние несколько веков обычно не придается никакого значения.

— Серьезно?

Его руки чуть сильнее сжали рукоять трости.

— Только теперь, в самое последнее время, даже самые рьяные скептики стали признавать реальность сверхчувственного восприятия, экстрасенсорики и психокинеза Эти скрытые силы, так долго отвергаемые учеными, теперь стали объектом научного изучения.