Чистилище. Исход - Игорь Пронин

– Кажется, это все смочено бензином. Кто-то неплохую линию обороны организовал. А еще немного пахнет жареным мясом… Слюнки текут, а предчувствие нехорошее.

Слева послышался негромкий разговор, будто кто-то лениво переругивался. Максим заглушил двигатель, приоткрыл дверь и взялся за автомат, так же поступили и его друзья. Минуту спустя из-за врезавшегося в стену грузовика показались четыре немолодые дамы, с трудом катившие велосипед, к которому был привязан голый мутант. Дамы были вооружены палками, вроде от швабр, к которым были прикреплены у кого тяпка, явно заостренная, а у кого и цепь с гирькой. Парни переглянулись.

– Бог в помощь, хозяюшки! – подал голос Толик, потому что секундой позже женщины все равно бы их заметили. – Пошто животинку тираните?

– Твое-то какое дело? – Крупная, коротко стриженная дама в спортивных штанах и мужском свитере хищно прищурилась. – Вам что тут надо?

– Мама! – воскликнула Лена, и маленькая седая женщина в очках уронила свое оружие. – Мама, это я!

Дочь кинулась к матери, и они обнялись. Мама Лены оказалась невысокой и худощавой пожилой дамой. Она и правда сильно удивилась, но в отличие от разрыдавшейся дочери не проронила ни слезинки. Остальные женщины, придерживая велосипед с трупом, продолжали с подозрением разглядывать нежданных гостей.

– Ну, хватит, Елена, хватит! – сказала, наконец, мать, вырываясь. – У меня все же дела есть. Кто это с тобой?

– Это мои друзья, – пробормотала Лена, всхлипывая. – А что с папой?

– Отмучился! – Мать перекрестилась. – И хватит об этом. А ты неплохо устроилась, я вижу? Машина, оружие, два мужика охраняют! Еще бы маникюр сделала и накрасилась. Ладно уж… Хорошо, что приехала. А я думала, что не дождусь. Отдай мне автомат и идем. Я представлю тебя Иеремии.

Имя «пророка» ударило Максима, словно электроток. Неужели это правда: в Москве живет сумасшедший, проповедующий зверство и каннибализм? И его секта слушается своего «пророка»? С трупа мутанта капала кровь, Максим только теперь заметил перебитые суставы, связанные проволокой руки и ноги, порезы… Да они выпускали ему кровь! Живому или уже убитому?

– Не хотел бы я такую тещу, – прошептал Толик. – И не надо бы Ленке ей автомат отдавать…

Он сделал шаг вперед, намереваясь сам взять оружие, но Лена уже протянула автомат матери. Нина Андреевна, как звали эту даму, неумело приняла его и тут же передала коротко стриженной. Потом, поправив очки, она посмотрела на парней.

– Вам лучше ждать здесь. Пророк не любит гостей с оружием.

– Да мы вроде как не к нему в гости приехали, – мрачно сказал Максим. – Хотя пообщаться очень хотелось бы.

– А с какой целью поговорить хочешь, мил человек? – раздался красивый, буквально оперный баритон из окна третьего этажа. Там, в полутьме комнаты, кто-то скрывался, виден был лишь вставленный наружу ствол с оптическим прицелом. – Веры ищешь или неверием хвастаешься?

– Упс! – Толик поднял было автомат, но ствол винтовки тут же чуть сместился в его сторону. – Мы тут как на ладони, Макс. Допрыгались.

– А что у тебя за вера?! – крикнул Максим. – Хотелось бы сначала ознакомиться!

– Оружие клади на землю и проходи, ознакомишься, – ответил «пророк». – Или мимо ступай, я в обиде не буду.

Женщины, переглянувшись, покатили велосипед дальше. Через ров, как оказалось, была переброшена для удобства досочка, которую парни сразу не приметили. Вслед за ними пошла и Нина Андреевна, потянув за руку дочь. Лена оглянулась на друзей.

– Идемте! – попросила она. – Я ведь теперь здесь останусь, с мамой!

– Вот вечно они так! – процедил сквозь зубы Толик. – Моя, царство ей Небесное, тоже такая была. Со мной и взрослая, и самостоятельная, а чуть что: мама! Может, свалим? Машина есть, МКАД рядом, дождя пока нет.

– Свалим, – подтвердил Максим. – А потом тихо вернемся и «пророка» этого завалим. Или ты хочешь, чтобы мамочка заставила Лену вот эту мерзость есть? Эй, Иеремия! Мы уходим!

– Скатертью дорожка! – все так же спокойно напутствовал их «пророк». – Кто к Истине не готов, тот не праведник. Того и Господь не спасет. Ступайте себе!

Толик нарочито широко улыбнулся и помахал рукой Лене, крикнув что-то на прощание. Девушка, хоть и удивленная их поведением, покорно пошла за вновь обретенной матерью. Усаживаясь за руль, Максим оглянулся. Из окна второго этажа спустил вниз веревку какой-то парень с одутловатым лицом, к закрепленному на ней крюку женщины подвесили вниз головой тело мутанта.

– Насчет запаха жареного мяса я прав был, да? – спросил Толик, когда они немного отъехали. – Конечно, надо бы его прикончить, этого «пророка». Но с сектантками что делать? Не можем же мы этих пенсионерок с собой взять? Ленина мама – еще ладно, я все понимаю. Но там их, кажется, больше, чем мы видели. Я заметил какое-то движение в окнах.

– Я тоже. Что ж, тогда придется ехать в Люберцы или дальше, в Жуковский. Там их на улицу не выгонят, позаботятся.

– Ты уверен? – Толик помрачнел. – Никому они не нужны, кроме своего «пророка». Кстати, странная какая-то секта. Должны вроде бы все в платочках быть, а они как придется ходят… На мутантов охотятся! Вот дают бабки!

– Мы далеко от воды и выходов из метро, – напомнил Максим. – Дождя здесь не было, сухо. Мутантов мало, а из окна их страховал «пророк» со снайперкой, а может, и еще кто-нибудь. Ну, я думаю, здесь машину и оставим.

Он припарковался возле разбитого врезавшимся автобусом магазина. Прежде всего друзья заглянули туда, но там уже побывал кто-то: ни воды, ни продуктов. Толик предложил слить топлива про запас и даже разжился несколькими пустыми бутылками. Однако все машины поблизости стояли с пустыми баками.

– Вот так будет по всей Москве уже через пару недель, – проворчал Толик. – И как тогда здесь жить? Правда, в маленьких городках уже сейчас вот так… Как бы нам не пришлось до Кубани пешком идти.

– Давай решать проблемы по очереди, – предложил Максим. – Сначала разберемся с «пророком».

Тем временем Лена оказалась внутри Обители, как любил Новый Иеремия называть свое логово. Дом, со всех сторон окруженный наполненным горючими материалами рвом, стараниями общины был превращен в своеобразную крепость. Освоен был лишь один подъезд. Первый этаж они не заняли вовсе, по возможности забаррикадировав все двери и окна бордюрными камнями, которые общими усилиями тащили со всей округи. Второй этаж использовали временно, готовясь в случае массированной атаки мутантов уйти выше и поджечь лестницу. Боясь большого, неконтролируемого пожара, «пророк» приказал вынести все вещи из квартир вон, ими и заполнили ров.

– Сначала-то мы в церкви спасались, – объяснила Нина Андреевна дочери, когда та поднялась на второй этаж по веревочной лестнице. – Но как ливень случился, почти всех Господь прибрал. Мы только огнем отбивались, угорели двое потом до смерти, дымом надышались. И не уследили за огнем, полыхнула наша церковь и вся выгорела. Часть наших там и осталась, не захотели уходить. А нам веры не хватило, правильно Иеремия говорит: безверием нас Господь и наказывает. А чтобы веру крепить, надо невинным стать. Как звери.