Лексикон - Макс Бэрри

– Ладно! Ладно!

Уил опять высунулся в окно и пристроился так, чтобы удобно было стрелять. Ветер буквально раздирал его в клочья. Далеко позади над подстреленной машиной поднимался столб белого пара, казавшийся твердым на фоне голубого неба. Ближе к ним две полицейские машины стремительно пожирали расстояние. Уил прицелился. Когда-то он охотился – очищал участок от кроликов и кенгуру… Когда это было? Вспомнить он не смог. Но это ощущение – приставленная к плечу и нацеленная винтовка, бескрайняя, абсолютно плоская земля перед ним – было ему знакомо. Уил ждал. Копы наверняка увидели его и будут держаться подальше. У него не было желания кого-либо убивать.

«Валиант» кашлянул. Машина дернулась, клюнула носом. Уил схватился за стойку, чтобы не выпасть, и едва не выронил винтовку.

– Эй! – заорал он. – Какого черта?

– Бензин! С ним проблемы!

– Зачем ты дергаешь машину?

– Чтобы достать бензин из бака!

– Я едва не вывалился!

Элиот что-то сказал, но из-за рева ветра Уил не расслышал. Он нырнул внутрь.

– Что?

– Я сказал: нельзя останавливаться.

– Да знаю я! Дай мне пять секунд, веди машину прямо!

Уил снова высунулся в окно. Полицейские машины оказались ближе, чем ему хотелось бы. На этом расстоянии ему придется стрелять в лобовое стекло. Они же видят его, ведь так? Они же видят, что у него винтовка. Уил ждал, чтобы они отстали.

– Стреляй! – заорал Элиот.

Уил прицелился в левую машину и нажал на спуск. Заряд пронесся по капоту. Лобовое стекло треснуло. Обе машины, резко затормозив, едва не тюкнулись носами в асфальт. От покрышек поднимался дым. Уил наблюдал за ними, пока они не удалились на добрых двести ярдов. Тогда он скользнул внутрь.

– Они отстали.

– Хорошо.

Элиот не спросил, почему он стрелял в капот. Возможно, не понял, что Уил сделал это намеренно, и решил, что тот просто промахнулся. Он же не знает, что Уил охотник. То есть что он вспомнил, что Уил охотник.

– Тебе срочно нужно в больницу.

– А как ты себе это представляешь? – сказал Элиот. – Как конкретно ты собираешься доставлять меня в больницу, в этой-то ситуации?

– Не знаю. Но ты же можешь умереть, черт побери! Никому не станет лучше, если ты умрешь.

– Держись, – сказал Элиот.

Уил увидел, как на них ринулся съезд с шоссе. Под колесами захрустел гравий грунтовки, по обе стороны охраняемой красно-черно-желтыми щитами, сулившими «ВЪЕЗД ЗАПРЕЩЕН», «ДОРОГА ЗАКРЫТА» и «КАРАНТИН». Они проехали еще немного, и машина надсадно закашляла, в ее движущей силе появилась непривычная мягкость. Двигатель издал булькающий звук. «Валиант» дернулся и сердито заворчал.

– Плохой симптом.

– Да.

Уил оглянулся. Полицейские машины превратились в единое целое. Они следовали за ними на значительном расстоянии и без каких-либо проблем повернули на грунтовку.

– Они будут тут сидеть и ждать, когда у нас кончится бензин.

– Не будут.

– Позволь мне внести кое-какие изменения, – сказал Уил. – Мы останавливаемся, они нас арестовывают, тебе оказывается медицинская помощь. – Элиот ничего не сказал. – После этого ты вытаскиваешь нас. С помощью своего слова-вуду. – Он наклонился вперед и оглядел небо в поисках вертолета. – Тебе не кажется, что нашим приоритетом должно быть твое состояние?

– Наш приоритет – элементарное слово.

– Ах, да. Слово. – Уил посмотрел вперед. – Там на дороге что-то есть. – По обе стороны от дороги тянулся забор, а то, что было посередине, расплывалось в дрожащем раскаленном воздухе. – Там ворота?

– Колючая проволока.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Ты действительно уверен? – переспросил Уил, но к тому моменту, когда он произнес последнее слово, ответ стал ясен сам собой. Это был барьер из красных и желтых блоков. «Валиант» врезался в них, и Уилу в лицо полетел желтый блок, который с легким чмоком отрикошетил от лобового стекла.

Уил поглядел в заднее стекло. Разноцветные блоки медленно катились по дороге.

– Пластмасса, – сказал Элиот.

– Ты же говорил, что проволока.

– В последний раз была проволока.

Полицейские машины уменьшались.

– Эй, а они остановились.

– Это потому, что они верят в то, что им наговорили про Брокен-Хилл. Они не хотят умирать.

– Значит, сюда никто за нами не погонится? Мы в безопасности?

– Обычные люди – нет. А пролы – да.

– Ах, да, – сказал Уил, озадаченный. – Пролы.

– А еще ИВПы, – сказал Элиот. – Ты этих еще не видел. Когда они объявятся, нам не обойтись без слова. – Он бросил взгляд в зеркало заднего вида. – Я сейчас остановлюсь. Поведи немного.

Машина остановилась. Уил обежал ее, пригибаясь на тот случай, если у копов есть оптические прицелы или вдруг появится вертолет, в общем, на всякий случай. Предугадать он не мог, случиться могло что угодно. Двигатель зачихал, и Уил подумал: «Прошу тебя, дружище, не умирай». Он открыл водительскую дверцу. Элиот уже сидел на пассажирском месте и напоминал мешок, который бросили на сиденье. Одна его рука лежала на животе. Лицо, казалось, было из бумаги. Водительское кресло было мокрым от крови.

– Проклятье, – сказал Уил.

– Садись.

Он сел на пятно. Остро пахло землей, как в огороде после дождя.

– Плохи твои дела, Элиот. – Уил закрыл дверцу и тронул машину с места, пока в ней еще оставались силы. – В Брокен-Хилл есть больница? Или клиника? – Он бросил на Элиота быстрый взгляд, испугавшись, что тот умер за прошедшие пять секунд. Но Элиот был жив. – Может, здесь мы сможем что-нибудь сделать для тебя. – Может, у Элиота есть познания в медицине. Может, у него получится вытащить пулю из своего тела и подобрать себе правильную дозу лекарств десятилетней давности. Он же втыкал иглу в глаз Уилу – так что наверняка разбирается в каких-то вопросах. Двигатель кашлянул трижды. Впереди показалось какое-то сооружение, нечто старое и промышленного назначения. – Ты слушаешь?

– Да. Хороший план.

– Разве? – По выражению на лице Элиота Уил понял, что все наоборот. – Черт! Тогда что?

– Мы найдем слово.

– И? – Элиот ничего не ответил. – Что… – начал Уил и приказал себе прекратить засыпать Элиота вопросами. Пусть тот сосредоточится на сдерживании своего темперамента.

Справа появился дом, заброшенный, с выгоревшей на солнце краской. В Портленде Уил видал развалины и похуже. Кстати, дом не выглядел нежилым. А, все дело в окнах, сообразил он. В них стекла целы. И вокруг нет ни сорняков, ни буйных зарослей. Все выжгло солнце. Уил заметил тут и там серо-белые кучи и подумал: «Муравейники?» Одна была на дороге, он ее разглядел и выкрутил руль.