Мятежные ангелы - Либба Брэй

— Джемма, прекрати дергать себя за волосы!

Бабушка, сидящая рядом со мной в карете, выражает неодобрение сердитым голосом.

— Ох… — спохватываюсь я.

Я ушла в свои мысли и не замечаю, что наматываю на палец тонкую прядь волос. Весь день я не в себе, постоянно думаю о ночном видении, о том, что оно означает. Женщина с кольцом из переплетенных змей на пальце. Такое же кольцо у мисс Мак-Клити. Но как она может быть связана с той женщиной в зеленом плаще или с девушками из моих видений? Эти видения не имеют смысла. Кто эти девушки, почему они нуждаются в моей помощи? Что они пытаются мне показать, рассказать?

Но прямо сейчас я должна выбросить эти мысли из головы. Я еду в гости, и мне вскоре придется предстать перед лицом грозной леди Денби; эта встреча куда как пострашнее всяких там видений.

Когда мы подъезжаем к дому Саймона, я вижу сразу три только что прибывшие кареты; особняк Миддлтонов — величественное зрелище камня и света. По другую сторону большой лужайки притаился Гайд-парк, едва различимый за завесой раскаленных газовых фонарей, окружающих нас нимбами света, делающих нас ярче, чем мы есть на самом деле, как будто мы — неземные существа. Картик подает мне руку, помогая выйти из кареты. Я наступаю на подол платья и едва не падаю на него. Он подхватывает меня за талию, и на мгновение я оказываюсь в его объятиях.

— Поосторожнее, мисс Дойл, — говорит он, поддерживая меня.

— Да, спасибо, мистер Картик.

— Наш старый Потт никогда бы не сумел вот так ее поймать, осмелюсь предположить, — посмеивается отец, дразня Тома.

Я оглядываюсь и вижу, что Картик смотрит мне вслед, изучая мое голубое платье и бархатный плащ… у него такой вид, словно я — что-то чуждое, незнакомое ему.

Отец берет меня под руку и ведет к дверям. Отлично выбритый, в белом галстуке и перчатках, он почти такой, каким я его помню.

— Ты потрясающе выглядишь, папа, — говорю я.

Что-то вспыхивает в глубине его глаз.

— Дым и зеркала, — говорит он, подмигивая мне. — Вот и все волшебство. Дым и зеркала.

Вот этого я и боюсь. Как долго будет работать магия? Нет, прямо сейчас я ничего не опасаюсь. Пока что она действует, и рядом со мной — прежний любимый отец, а скоро я буду ужинать с красивым молодым человеком, которому я почему-то кажусь интересной.

Нас встречают целые толпы лакеев и горничных, одетых в такие обтягивающие униформы, что непонятно, как они дышат. Похоже, в этом доме есть отдельный слуга для всего, чего угодно. Бабушка вне себя от радостного волнения. Если бы она попыталась держаться еще чуть-чуть прямее, у нее, наверное, не выдержал бы позвоночник. Нас провожают в очень большую гостиную. У камина стоит Саймон, погруженный в беседу с двумя джентльменами. Он хищно усмехается, увидев меня. Я отвожу взгляд, как будто только что заметила бумажные обои на стенах и зачарована ими сверх всякой меры, хотя сердце отстукивает в бешеном ритме: «Я ему нравлюсь… я ему нравлюсь… я ему нравлюсь…» Но некогда впадать в экстаз. Леди Денби движется по гостиной, совершая обряд приветствия; ее жесткая юбка громко шуршит при каждом шаге. Она тепло здоровается с каким-то джентльменом и весьма прохладно — с его супругой.

«Если ты понравишься леди Денби, весь мир будет принадлежать тебе. Если же ты ей чем-то не угодишь, ты станешь отверженной».

У меня язык присох к нёбу. Я не в силах сглотнуть. Леди Денби, приближаясь, окидывает меня взглядом с головы до ног. В то же мгновение рядом с ней оказывается Саймон.

— Матушка, позволь представить тебе мистера Джона Дойла; его мать, миссис Уильям Дойл; мистер Томас Дойл и мисс Джемма Дойл. Томас — мой давний друг, мы вместе учились в Итоне. Теперь он ассистент в Королевском госпитале в Бетлеме, под руководством доктора Смита.

Леди Денби тут же проникается приязнью к Тому.

— Как же, доктор Смит — наш давний друг. Скажите, а правда ли, что у вас там есть пациент, некогда бывший членом Парламента? — спрашивает она, надеясь услышать интересную сплетню.

— Мадам, если бы мы заперли в больнице всех сумасшедших из Парламента, у нас бы и Парламента не осталось, — шутит отец, забыв, что отец Саймона — тоже член Парламента.

Я готова провалиться сквозь землю.

Как ни удивительно, леди Денби смеется при этих словах.

— Ох, мистер Дойл! Вы весьма остроумны.

Я с таким шумом перевожу дыхание, что вряд ли это может остаться незамеченным.

Дворецкий возвещает, что ужин подан. Леди Денби обходит гостей, как старый генерал, готовящий войско к битве. Я изо всех сил стараюсь припомнить, чему учила нас миссис Найтуинг в части хороших манер. И смертельно боюсь допустить какую-нибудь чудовищную оплошность и навеки опозорить своих родных.