Еретик - Джозеф Нассис

Вертолеты вынырнули из-за верхушек деревьев и зависли над лужайкой, точно ангелы мести. Бойцы быстро высадились, а вертолеты, за исключением первых двух машин, скрылись за болотами, где должны были оставаться до получения вызова.

Ольсен и Дункан оставались в двух первых вертолетах, которые кружили над поместьем и мощными прожекторами высвечивали из тьмы его отдельные участки. Их целью было выявлять угрозу для наземных сил и поддерживать с ними радиосвязь. С высоты они видели, как ребята команды «Эхо» соединились с бойцами команды «Браво» и начали продвигаться к близлежащим строениям.

— Смотри! — воскликнул вдруг Дункан и указал на дом.

Его высокие двери распахнулись и на ступенях появились странные фигуры. Когда Дункан хорошо разглядел их в бинокль ночного видения, кровь застыла в жилах от ужаса. Он узнал длинные плащи с капюшонами и черных магов, могуществу которых ему и Кейду довелось противостоять в доме Стоуна.

Тамплиерам предстояла кровавая битва.

Ольсен немедленно связался по радио с командиром.

— Говорит Ольсен.

— Слушаю, — хриплым голосом откликнулся Кейд.

— Я насчитал на крыльце пять единиц противника. Повторяю, пять единиц противника.

— Понял тебя. Предложи им сдаться. А там по ситуации.

Дункан потянулся к переключателю и по сигналу Ольсена переключил систему внутренней связи на вещание через громкоговоритель.

— Во имя Господа Всемогущего предлагаю вам сложить оружие и получить прощение Христа, — загремел над лужайкой его голос.

В ответ один из помощников Некроманта поднес пальцы к губам. Люди в вертолетах из-за рева винтов не услышали пронзительного свиста, зато рыцари на земле едва не оглохли от него.

На какое-то время все находившиеся на поле битвы застыли в напряженном ожидании.

А затем темные силуэты с шумом и угрожающим воем со всех сторон понеслись на тамплиеров.

Первый пес-призрак промчался через лужайку, ярко освещенную прожектором с вертолета, и Дункан вдруг услышал в наушниках голос рыцаря из команды «Браво»:

— Господи, да что же это?

Каждый пес был размером с датского дога и вместе с тем совершенно не походил на представителей этой породы. Сквозь клочья шерсти и прогнившую плоть просвечивали ребра, пустые глазницы горели злобным огнем. Они летели через лужайку с бешеной, совершенно неестественной скоростью и стремительно приближались к отрядам рыцарей.

Тамплиеры довольно успешно отразили первую атаку. Они быстро перестроились и расположились таким образом, что смогли открыть перекрестный огонь, пробивший бреши в строю противника.

Но пули не наносили псам-призракам большого вреда, а проходили насквозь через разложившиеся тела собак. Нескольких удалось сразить прицельной стрельбой в голову, но остальные твари не обращали на пули внимания или вскакивали и продолжали наступление.

Через несколько секунд они вклинились в ряды рыцарей.

— Мечи! — крикнул Кейд.

Тамплиеры обеих команд выхватили свои освященные мечи.

В воздухе засверкали клинки, собаки бешено завыли, и обе стороны понесли первые потери.

В эти минуты в бой вступили Ольсен и снайпер из второго вертолета и атаковали магов, стоявших на крыльце. Первыми же выстрелами были убиты двое членов Совета Девяти. Остальные еще не успели опомниться, как Ольсен выстрелил в третьего. Правда, он не был уверен, что убил мага, но, по крайней мере, у Некроманта стало на двух помощников меньше. Остальные маги спрятались за толстыми колоннами, и тогда Ольсен переключился на новые мишени на поле боя на лужайке перед домом и стрелял, пока не опустела обойма.

Битва продолжалась.

А вдали все сильнее гремели громовые раскаты. Гроза приближалась.

Получив власть над бурей, Логан приступил к осуществлению второй части своего плана. Призвав на помощь силу, заключенную в копье, и добавив к ней мощь черной магии, он сумел переступить пределы возможного и войти в области, не подвластные ни одному человеческому существу.

С помощью черной магии он вызвал из небытия его обитателей и вернул их в реальный мир. Теперь он мог приказывать им и посылать в бой, запрятав в самом сердце грозы.

Кейд продвигался через груды мертвых и живых тел, Райли не отставал от него. На лице командира отражалась мрачная решимость, пока он не переставая работал мечом. Каждый убитый противник приближал Кейда на шаг ближе к дому, где затаился главный враг. Он был совершенно уверен, что псы должны были лишь задержать их и замедлить наступление, но не собирался играть по правилам противника. И поэтому Кейд Уильямс пробивался к главному врагу, чувствуя за спиной поддержку людей из своей команды.

Вдруг из царящего вокруг хаоса возник чудовищный зверь. Ростом в холке он доставал рыцарю до груди и больше походил на льва, нежели на пса. Грозно рыча, тварь набросилась на Кейда.

На глазах у Райли чудовище сбило командира с ног и навалилось сверху всем телом, похоронив под собой.

— Кейд! — крикнул сержант и, оставив пса, с которым сражался, бросился на помощь другу.

Но можно было не волноваться. Из головы твари торчал кончик меча — Кейду удалось пронзить череп насквозь. Мощным толчком командир сбросил с себя тяжелую тушу, поднялся, наступил одной ногой на тело и резким рывком вырвал меч из тела пса.

Кейд весь был покрыт кровью и ошметками омерзительной гниющей плоти, однако остался цел и невредим.

Райли одобрительно хлопнул командира по плечу, и оба вновь ринулись в самую пучину битвы.

Над головами ревел «Черный Ястреб», и свет его прожектора, пляшущий по лужайке, вдруг открыл Кейду поразительное видение.

На белых ступенях, рядом с колоннами, стояла Габриэль и манила его рукой.

Кейд поднял меч, давая понять, что видит ее, но она повернулась и скрылась в доме.

Он понял, что Габи зовет его.

Тут — по счастливому совпадению или знаку свыше — несколько точных выстрелов из вертолета расчистили Кейду дорогу.