Именины каменного сердца - Виктория Борисова

В такой день хорошо сидеть дома, у горящего камина или, на худой конец, у теплой батареи и не высовывать нос на улицу, если только крайняя нужда не погонит. Хорошо еще, что суббота, и можно подольше не вылезать из теплой постели…

Но это кому как. Время только подползало к десяти утра, когда Павел остановил машину на пустынной загородной дороге рядом с Синь-камнем. Зачем он приехал сюда сегодня, в свой законный и долгожданный выходной день, – он и сам бы не мог дать внятного ответа.

Но и не поехать не мог. Словно какая-то сила толкала его.

После вчерашнего оглушительного фиаско в суде Павел просто не находил себе места. Весь вечер он промаялся у телевизора, щелкая пультом, без конца переключая каналы и совершенно не понимая, что происходит на экране. Ночью он почти не спал. Стоило только закрыть глаза – и перед ним снова стоял, как живой, проклятый старик, качал головой и грозил пальцем, словно нашалившему малышу. Хотелось крикнуть: «Уйди ты, наконец! Оставь меня в покое!»

Но голос не повиновался ему, челюсти сводило судорогой, а в ушах стояло одно: «Неправедное стяжание – прах!»

Он проснулся в холодном поту. Сердце колотилось, как овечий хвост. Павел потянулся было за своим талисманом, сжал его в кулаке, пытаясь успокоиться, но и это не помогло. Камень показался ему таким тяжелым, холодным и как будто шершавым, словно наждачная бумага. Прикосновение к нему было неприятно.

Павел включил свет. Все равно ведь уснуть больше не удастся… Он разжал руку – и только сейчас заметил, что гладкая прежде поверхность черного камешка стала неровной, тусклой, покрылась сетью глубоких трещин. Казалось, еще немного – и талисман рассыплется, распадется, утечет, словно песок между пальцев…

А вместе с ним – утечет и жизнь.

Сейчас ему очень захотелось, чтобы рядом оказался хоть кто-нибудь, кому можно было бы рассказать о том, что случилось с ним, спросить совета или, на худой конец, просто поплакаться в жилетку, чтобы пожалели.

В носу подозрительно защипало. Ну почему, почему все получается так нескладно? Разве этого он хотел, когда ехал покорять Москву почти десять лет назад? Да черт его знает… Он уже и сам почти забыл об этом. Ежедневная погоня за хлебом насущным отбивает всякую охоту думать на отвлеченные темы.

Но теперь, пожалуй, придется. Адвокат с неустойчивой психикой, которого посещают галлюцинации и приступы немоты, – это уже не просто эксцентричный субъект, а готовый клиент для психиатра. Что-то надо делать, это совершенно очевидно, если он, конечно, не хочет потерять все, чего добился с таким трудом.

Но вот что именно? Тут возникли серьезные противоречия. Здравая, рациональная часть рассудка твердила, что и в самом деле нужно обратиться к врачу. В конце концов, существуют частнопрактикующие специалисты, которые гарантируют пациенту анонимность. Может быть, и не придется примерять на себя позорное клеймо «психа», который становится автоматически поражен в правах лишь за то, что состоит на учете в диспансере. Медицина не стоит на месте, наверняка появились новые лекарства, и, может быть, он снова сможет вести нормальную жизнь… Ну или почти нормальную.

Но в то же время… В глубине души Павел был совершенно уверен, что никакие таблетки ему не помогут. Слишком уж странной, необычной была его болезнь, – если, конечно, это можно назвать болезнью! – а значит, таким же необычным должно быть и исцеление.

Почему-то в памяти всплыло маленькое кафе на Самотеке, где полгода назад он случайно встретил Сашку Медведева – давнего соученика еще по Ухтомскому мединституту. Оказывается, Сашка тоже подался в Москву, но медицину не бросил, а просто переквалифицировался в смежную область – стал практикующим психологом, да еще придерживался новомодного направления с непроизносимым названием[9]. Какое-то там программирование… Павел так и не понял, в чем заключалось действие метода, но глаза приятеля светились неподдельным энтузиазмом.

– Ты представляешь, даже аллергию можно вылечить! – вещал он. – Такие результаты – просто дух захватывает! Про прочие проблемы я вообще не говорю… Страхи, фобии – на полчаса работы. Сам поверить не могу!

Павел слушал вполуха – ждал важного звонка от клиента. Помнится, даже чертыхался про себя – угораздило же встретить этого восторженного олуха! А сейчас от души жалел, что не взял его телефона. Может, именно Сашка мог бы ему помочь…

Да, да, наверное! В тот день он особенно много говорил про то, что клиента надо заставить пережить, перечувствовать травмирующую ситуацию, чтобы на этот раз выйти из нее победителем. По-научному это называлось «реимпринтинг», а по-простому – клин клином вышибают!

Может быть, какая-то логика в этом есть.

Павел на мгновение смежил веки – и вновь лицо старика появилось перед глазами. Да сколько можно-то уже, а? Все беды начались в эту новогоднюю ночь, будь она неладна! Или даже раньше – когда он опоздал на тренинг из-за того, что машина заглохла возле Синь-камня.

И в этот момент его озарило. Если так – значит, надо поехать туда снова! Разыскать этого старика, поговорить с ним, понять, чего ему надо… Павлу казалось: вновь оказавшись там, он сможет избавиться от наваждения, понять, что происходит с ним, или просто успокоиться. Чтобы победить свой страх, иногда достаточно просто посмотреть ему прямо в глаза.

Мысль была абсурдная, но почему-то от нее стало немного легче. Лучше уж делать хоть что-нибудь, чем вообще ничего! Павел с трудом дождался рассвета. Напрасно он убеждал себя, что затея эта – глупость, почти сумасшествие, что сейчас у него есть другие, куда более важные дела, не стоит тратить время и силы на заведомо бесполезную поездку, и к тому же, скорее всего, дорогу замело снегом, так что и проехать будет невозможно…

А главное – непонятно, что он, собственно, рассчитывает найти? Избушку чудного старика, больше похожего на персонаж из детской сказки? Но ведь дорогу он не запомнил, и вообще непонятно – был ли тот старик, или ему все просто померещилось, приснилось, пока он валялся на снегу возле разбитой машины.

И даже если так – чем сможет помочь ему дремучий деревенский житель, который изъясняется на малопонятном современному человеку языке, искренне верит в колдовство, не знает, кто такие юристы, и живет в избе без электричества?

Бред. Разве об этом ему нужно думать сейчас, когда карьера висит на волоске?

И все-таки ясным и морозным субботним утром, чуть только рассвело, он встал с постели, быстро оделся и вывел машину из гаража. Для себя он сразу решил: если проехать будет трудно – сразу же вернусь в город и забуду об этой затее! Но на удивление, дорога оказалась аккуратно расчищена и машин почти не было. Спят все, наверное, с утра…

До камня Павел добрался быстро. Здесь ничего не изменилось: так же простиралось бескрайнее, гладкое, как стол, заснеженное поле, озеро виднелось вдали, ветер шуршал в камышах и чуть шевелил выцветшие разноцветные лоскутки на ветках кривой засохшей березы. Яркое зимнее солнце стояло высоко в небе, и снег сверкал в его лучах, словно бриллиантовая пыль. Но главное – камень выглядел таким же мощным и вечным, словно он был здесь всегда и всегда останется.