Тайные знаки - Александра Сашнева

В реал Марго вернулась уже в машине. Она ничего не помнила. Вообще ничего. Первое мгновение она даже не помнила как ее зовут. Только смутные лица инопланетян все еще плавали фантомами на сетчатке глаз и казались обрывками сна.

Андрэ сосредоточенно вел «БМВ» по ночному шоссе. Низкие домики пригорода еле угадывались в темноте. Марго расслабленно болталась на переднем сидении из стороны в сторону и пыталась хоть как-то собрать раздрызганные мысли. Она отчетливо понимала, что многое из того, что она видит, ей только кажется, но не могла выбрать — что.

В руках была какая-то грязная салфетка. На сером обволоке, что висел над Парижем, метались бледные следы прожекторов — дискотеки несли свою ночную вахту.

— И там полно роботов, — пробормотала Марго, еле шевеля губами.

Но ее никто не услышал и ей никто не ответил.

БМВ несся, как остервенелый. И опять волна светофоров встречала их зеленым огнем. Только один раз они попали на красный и чуть не врезались в бочину какой-то дешевой тарантайке, но все обошлось. Ни царапины.

— Ну т-ты! — ухнул испуганно Поль с заднего сидения.

— Ерунда! — усмехнулся Андрэ Бретон и снова заложил лихой вираж.

— Куда мы едем? — встрепенулась Марго.

— Катаемся!

Вскоре в заднем стекле БМВ замаячила полицейская машина.

— Ну вот! — загундел Поль. — Какого черта! Сейчас мы влипнем!

— Ты трус, поль! — ухмыльнулся Андрэ Бретон и добавил еще газку.

Неожиданно произошло необъяснимое событие. Ветер подхватил с тротуара кусок газеты и, развернув его, швырнул прямо в лобовое стекло полицейским. БМВ на полном ходу вошел в поворот на эстакаду, и что было с фараонами дальше, осталось тайной во мраке ночи.

Через полчаса компания уже была на набережной у Нотр-Дама.

Огромный корабль собора, казалось, медленно двигался в темноту, навстречу бурной воде Сены. Горгульи и химеры щурились на Луну, скользящую сквозь дрань облаков — ветер начал растаскивать их к утру. БМВ остановился на набережной рядом с собором.

Поль успокоился, и теперь они с Максом распевали арию Кваземодо из мюзикла «Нотр-Дам». Макс пытался время от времени поцеловать Поля, но тот отпихивал лицо приятеля руками и ныл.

— Ну что ты! Макс, ну прекрати! Как все это неинтеллигентно.

— А интеллигентно было с членом наперевес по залу бегать? — укорил Макс.

— Ну не надо! Я люблю женщин! Не приставай ко мне! — стонал Поль. — Я же бегал за девушкой, а не за тобой.

— Вообще, конечно, дали вы дусту! — сказал Андрэ. — Боюсь, мой счет в банке сильно полегчает.

— А я так и не понял, — возмутился Поль. — Почему мы так рано уехали? Такая клевая группа там была… Я так хотел посмотреть.

— Да ты все посмотрел! Это была последняя песня, — проворчал Гитлерюгенд.

— А разве там была группа?! — удивилась Марго. — Странно! Почему я ничего не знаю?

— Потому что ты вела себя кое-как, — буркнул Андрэ.

Марго открыла дверцу и выпала из машины. Она не знала, зачем она это сделала, но разве роботы должны знать причины всех своих поступков?

Стояла она с трудом. Ноги подгибались, все тело ныло и дрожало.

— Умойся, — сказал Андрэ и повел ее с ступенькам вниз. — Где ты так извозилась, Марго?

— Не помню, — механически ответила та, и это была правда.

Она сильно мучалась об этих провалах в памяти. И остальное замечала плохо. Она была уверенна, что заболела от употребления травы. Многие курят ее всю жизнь — и ничего, а она вот…

Внизу, у воды, они остановились. Андрэ закурил. И ветер красиво относил сизый ароматный дым и играл черными локонами репортера. Бретон пристально смотрел Коше прямо в лицо, обжигая равнодушием и холодом — так смотрят на простых граждан большие начальники и менты, и она опустила глаза и стала рассматривать руки. В чем же она испачкалась? В голове по-прежнему была пугающая пустота.

Клубника… Неужели так и не отмыла руки? Да нет… Стояла же около раковины. Это кровь… Что-то с кровью… Что-то связанное с кровью…Что это за салфетка?

— Ты все еще не избавилась от нее? Правильно! — сказал Андрэ и, забрав из рук Коши почерневшую бумажку, чиркнул зажигалкой. Огромный ослепительный мотылек заполыхал и канул в мутных волнах Сены.

— Как странно-то! — воскликнула Марго. — Почему же я ничего не помню?

— Совсем ничего?

— Совсем…