Манускрипт всевластия - Дебора Харкнесс

Я подняла руку ко рту, вспомнив, какая в том году вышла книга.

— «Происхождение». — Ее, как и «Начала» Ньютона, не требовалось именовать полностью. «Происхождение видов» Дарвина известно всем, кто учил биологию в средней школе.

— Летом Дарвин опубликовал статью о своей теории естественного отбора, но книга сильно от нее отличалась. То, как он через известные всем явления подвигал вас к революционным открытиям, было подлинным чудом.

— У алхимии нет ничего общего с эволюцией. — Я схватила бутылку с драгоценным вином и плеснула себе еще, чувствуя настоятельную потребность подкрепить свои умственные способности.

— Ламарк[31]полагал, что все виды, происходя от различных предков, независимо эволюционировали к высшим формам существования. Это очень похоже на убежденность твоих алхимиков в том, что философский камень есть конечный продукт естественного превращения неблагородных металлов в медь, серебро и золото. — Мэтью тоже протянул руку к бутылке. Я подвинула ее через стол.

— Но Дарвин был не согласен с ним, хотя и пользовался в первоначальных дискуссиях тем же термином — трансмутация.

— С «линейной трансмутацией» он в самом деле не соглашался, однако его теорию естественного отбора можно рассматривать как серию сцепленных трансмутаций.

Может быть, Мэтью прав и магия действительно присутствует во всем, чего ни коснись. В теории гравитации Ньютона и теории эволюции Дарвина.

— В мире полно алхимических манускриптов. — Осваиваясь с картиной в целом, я старалась не упускать деталей. — Почему именно ашмоловские?

— Увидев, как Дарвин пересматривает в свете биологии алхимическую теорию трансмутации, я вспомнил рассказы о таинственной книге, объясняющей происхождение трех наших видов — чародеев, демонов и вампиров. Раньше я всегда думал, что это фантазия. — Он выпил глоток вина. — Почти все рассказчики утверждали, что эта тайна скрыта от людских глаз в некоем алхимическом труде. Выход «Происхождения» побудил меня заняться розысками. Если бы такая книга существовала, Элиас Ашмол ее бы непременно купил. У него был нюх на необычные рукописи.

— Ты разыскивал ее здесь, в Оксфорде? Сто пятьдесят лет назад?

— Да. И за сто пятьдесят лет до того, как ты заказала «Ашмол-782», мне сказали, что такой книги нет.

Мое сердце учащенно забилось, встревожив Мэтью.

— Дальше, — махнула я.

— С тех пор я все время пытаюсь ее найти. В прочих ашмоловских рукописях ничего интересного не было. Я проверил другие библиотеки: Герцога Августа в Германии, Национальную Французскую, Библиотеку Медичи во Флоренции, Ватиканскую, Библиотеку Конгресса.

Я моргнула, представив себе вампира в ватиканских покоях.

— Единственной рукописью, которую мне не удалось получить, был «Ашмол-782». Метод простого исключения подсказывал, что это и есть наша тайная книга — если она еще существует.

— Ты прочитал больше алхимических рукописей, чем я.

— Возможно, но это не значит, что я в них что-то понял. Общую черту я, правда, все-таки выделил: это абсолютная уверенность в том, что с помощью алхимика одна субстанция может превратиться в другую, создавая при этом новые формы жизни.

— Похоже на эволюцию, — вставила я.

— Очень, — мягко подтвердил Мэтью.

Мы встали из-за стола. Я свернулась калачиком на одном диване, Мэтью захватил вино и сел в угол другого, вытянув длинные ноги перед собой. Устроившись поудобнее, мы приступили к дальнейшим признаниям.

— На прошлой неделе у Блэкуэлла я встретила демона, Агату Уилсон. В Интернете сказано, что она знаменитый модельер. Демоны, по ее словам, верят, что в «Ашмоле-782» содержится история всех рас, включая и человеческую. Питер Нокс считает иначе: он сказал мне, что это первая книга заклинаний, источник всей чародейской силы. Он думает найти там секрет бессмертия… и уничтожения всех вампиров. После двух этих версий, демонской и чародейской, самое время послушать твою.

— Вампиры верят, что пропавшая рукопись объясняет тайну нашего долголетия. Мы всегда боялись, что чародеи, завладев этой тайной, смогут нас истребить. Кое-кто из нас полагает, что они были причастны к созданию нашего вида, а значит, способны и покончить с ним, обратив магию вспять. Видимо, это и есть та правда, которую можно найти в каждой легенде. — Эта мысль заметно обеспокоила Мэтью.

— Я все же не понимаю, откуда взялась уверенность, что книга о происхождении иных спрятана в алхимической рукописи.

— Спрятать ее там столь же просто, как Питеру Ноксу замаскироваться под оккультиста. Это вампиры, по-моему, догадались, что маскирующий текст должен быть алхимическим. Слишком верно для совпадения. Поиски философского камня помогали алхимикам человеческого происхождения понять, что значит быть вампиром — почти бессмертным, наверняка богатым и способным приобрести невероятное количество знаний.

— Философский камень, ну да. — Параллель между этой мистической субстанцией и тем, кто сидел напротив меня, вызывала легкую оторопь. — Но представить, что такая книга существует в реальности, все-таки трудно. Рассказы о ней крайне противоречивы, и какой же дурак станет помещать столько информации в одну книгу?

— В рассказах об этой рукописи, как в сказках о вампирах и ведьмах, определенно есть крупица истины. Наша задача вылущить ее из всего остального.

Он сказал «наша». Не видя никаких признаков того, что Мэтью меня обманывает, я решила поделиться с ним еще кое-чем.

— Ты прав относительно «Ашмола-782». Книга, которую ты ищешь, спрятана в нем.

— Продолжай, — не скрывая любопытства, попросил Мэтью.

— С виду это настоящий алхимический опус, но иллюстрации в нем неправильные — не знаю, случайно это сделано или намеренно. — Я задумчиво прикусила губу, и выступившая на ней капелька крови приковала к себе взгляд Мэтью.

— Почему «с виду»? — Он поднес бокал с вином к самому носу.

— Это палимпсест, но чернила не были смыты — первоначальный текст скрыли с помощью магии. Я могла и не заметить его, так хорошо он спрятан, но свет упал на страницу под нужным углом, и я увидела, как в глубине шевелятся строчки.

— Сумела прочесть что-нибудь?

— Нет. Если в «Ашмоле-782» действительно сказано, кто мы есть, откуда взялись и как от нас можно избавиться, эта информация надежно погребена.

— В настоящий момент это к лучшему, но скоро она нам понадобится.

— Почему? Что за срочность?

— Проще показать тебе это, чем объяснить. Придешь завтра ко мне в лабораторию?

Я кивнула, заинтригованная.

— Можем пойти туда пешком после ленча. — Мэтью встал, потянулся. За разговором о тайнах и происхождении видов мы с ним усидели всю бутылку до дна. — Поздно уже, мне пора.