Дикари. Дети хаоса - Грег Гифьюн

— Они уничтожили все коммуникации и радиоприборы, — сказал Даллас. — Зачем они это сделали?

— На самом деле, нет ничего необычного, — пояснил Херм. — Довольно распространенная практика в военное время — уничтожать подобное оборудование при отходе.

— Совсем другое дело. — Джино широко улыбался, демонстрируя топор. — Почти как новый. Не только хорошее оружие, но и отличный инструмент. Это все сильно упрощает.

Куинн факелом высветила перевернутый стул в углу, на котором, видимо, сидел радист. Но когда она подошла ближе и посветила на пол рядом со стулом, то заметила кое-что еще.

— Господи, это кровь, — сказал Даллас.

Бо́льшую часть стула и цементный пол вокруг него покрывало огромное кровавое пятно. Многочисленные брызги виднелись не только на ближайшей стене, но и на потолке. Пятно, давно впитавшееся в стены и пол, со временем потемнело, но размеры его были шокирующими.

— Я не хочу здесь находиться, — снова сказала Харпер. — Я хочу уйти.

Проигнорировав ее, все вернулись в коридор и пошли дальше. Харпер не отходила от Джино ни на шаг, продолжая крепко держать его за руку.

Пламя факелов лизало стены, его мерцающий свет отгонял тени, но коридор сужался и вызывал клаустрофобию. Пол был усыпан бумагами, но что-то выделялось на их фоне. Херм наклонился и поднял.

— Какого черта?

— Что случилось? Что это?

Он держал потрепанный и выцветший журнал. Обложку украшала молодая Кэтрин Хепберн, рядом стояла дата — шестое января тысяча девятьсот сорок первого года, и цена — десять центов.

— Номер журнала «Лайф», — сказал Херм.

Джино вопросительно поднял бровь.

— Откуда здесь американский журнал?

— Понятия не имею. Странно.

— А могли здесь в какой-то момент побывать американские военные? — спросил Даллас.

— Маловероятно. Имею в виду, больше ничего, указывающего на это, я не видел, но…

— Но?

— Как уже сказал, Джино, откуда он здесь? На острове не было американцев, даже военнопленных, судя по тому, что мы видели. И даже если бы были, откуда здесь мог появиться номер журнала «Лайф» с Кэтрин Хепберн на обложке?

— Кто такая Кэтрин Хепберн? — тихо спросила Харпер.

Если не считать беглого косого взгляда Херма, никто не обратил на нее внимания.

— Может, это как-то связано с одним из экспериментов, — предположил Даллас.

— Думаю, вполне вероятно.

— Можно взглянуть? — спросила Куинн.

Херм протянул ей журнал.

Она уставилась на него. Неужели она где-то видела его раньше?

Даллас почувствовал, что Куинн стало не по себе.

— Что такое?

— Не знаю. Я…

Может, ей приснилось?

— Этот журнал определенно здесь не к месту, — сказал Херм, тяжело вздохнув. — Ерунда какая-то.

— Ты прав. Полная ерунда. — Куинн бросила журнал на пол. — Идем дальше.

Они прошли по коридору еще несколько футов. В конце концов он привел в еще одну комнату, самую большую из тех, что они пока встречали.

— Отлично, — полушепотом произнес Херм. — У нас здесь трупы.

На полу, в дверях, лежали превратившиеся в скелеты останки двух японских солдат. Рядом с одним валялось ружье, а лицо все еще скрывал противогаз, другой сжимал противогаз в одной руке, а ружье — в другой. Противогазы были сделаны из резины, покрыты какой-то сетчатой тканью и имели огромные, похожие на выпученные глаза, очки, что придавало давно умершему солдату странный и пугающий вид.

— Противогазы, — пробормотал Даллас. — Это нехорошо.

— Мы не должны здесь находиться, — произнесла Харпер своим тоненьким голоском.

Куинн посветила факелом вглубь комнаты. Вокруг были разбросаны человеческие черепа и кости. На некоторых скелетах военная форма, на других — нет. Среди них на полу валялись бумаги, банки, коробки и фотографии. Куинн обошла с факелом помещение и задержалась возле одного черепа. На нем еще сохранились пряди волос.

Рядом лежало мачете.

Даллас поднял его. Оно было тяжелым и грязным, но хорошо сохранилось. Он поднял его, чтобы показать остальным.

— Отлично, — сказал Джино. — Теперь у нас хоть что-то есть.

Херм сделал еще один шаг, почувствовал, как на что-то наступил, и опустил факел разглядеть получше. Одной ногой в кроссовке он стоял на связке солдатских жетонов.

— Здесь, должно быть… Что, шесть или семь тел?

Медленно двигаясь с факелом по комнате, Куинн ненадолго задержалась возле ряда картотечных шкафов, стоящих вдоль задней стены, затем увидела в углу еще один диагностический стол. На нем что-то лежало, поэтому она подошла ближе.

Из темноты выглянуло страшно истлевшее лицо.

— Господи! — воскликнула она, отшатнувшись.

Херм подошел со своим факелом. Голова лежащего на столе трупа была повернута набок, лицом к вошедшим, ноги все еще привязаны ремнями. Частично мумифицированное и облаченное в рваные и окровавленные остатки военной формы, тело, казалось, принадлежало молодому человеку, который, если судить по открытому рту, умер в страшных мучениях. Руки по запястья засунуты в живот.

— Этот человек разорвал себе брюхо, — тихо произнесла Куинн. — Представьте, что нужно сделать с кем-то, чтобы заставить его вырвать себе кишки.

Даллас поднял с пола несколько фотографий и встал рядом с Куинн, чтобы воспользоваться светом от ее факела. Он стал бегло просматривать их, бросая по одной на пол. На них были запечатлены разные испытуемые. Многих, похоже, пытали и мучили так, что они почти утратили человеческий облик. У некоторых на лицах были странные металлические пластины, казалось привинченные прямо к черепам. У других ко рту крепилось нечто напоминающее лошадиные удила. Некоторые выглядели так, будто им удалили глаза и заживо содрали с них кожу.

— Большинство из этих ребят, похоже, были еще совсем детьми, — давясь, произнес Даллас. — Лет двадцать с небольшим, не старше. Они выглядят… Господи, они выглядят…

— Одержимыми, — сказал Джино, глядя Далласу через плечо на последнюю фотографию у него в руке. — Они выглядят одержимыми, мать их. Типа как в «Изгоняющем дьявола». Посмотри на его лицо, на его глаза, точнее, на то, что от них осталось.

— Экстремальная боль делает с людьми странные вещи.

Джино повернулся к Херму.

— Что это за оккультное дерьмо, о котором ты говорил раньше и которым они якобы занимались?

— Я… я не… я на самом деле не знаю деталей. — Он вытер рот тыльной стороной свободной руки и глубоко вздохнул. — Про «Отряд семьсот тридцать один» я рассказываю в школе, когда мы проходим Вторую мировую. Но это базовая, общая информация, которая укладывается в три минуты. Я уже сказал вам, что я не эксперт в этой области. Я читал лишь, что в их исследованиях были ответвления, связанные с оккультизмом.