Абрис - Анна Чайка

Одежда и игрушки скупались в промышленных масштабах. Когда Кора решила бросить вызов обществу, Лиза без вопросов выложила чудовищные деньги за покупку платьев в фирменном магазине для неформалов «Кровь и Бархат». Если подумать, ее бесчисленные романы являлись своеобразным способом прокормить семью. И единственным доступным для Лизы.

Со вздохом Кора приступила к распаковке. Уйма времени ушла, чтобы просто втиснуть все разнообразие цветов, форм и текстур в жалкий крохотный шкаф. Он так и остался стоять с приоткрытыми створками, а из образовав шейся щели выглядывали волнистые края юбок, точно язык голодного моллюска.

Из оставшихся чемоданов Кора собрала у стены горку, а над ней повесила фотографию. Оттуда на девушку смотрел грузный мужчина, облаченный в латы и вооруженный турнирным копьем.

Столько падать с лошади, ломать кости от ударов вражеского меча, чтобы умереть от тромба в сердце. Ужасающая несправедливость.

– Прорвемся, верно я говорю? – поцеловав фотографию, Кора вышла в коридор.

Все соседи прятались по комнатам. Было тихо. Наверху шаркали ноги в тапочках, но и только. В конце коридора обнаружились душевые, и сразу захотелось оценить масштаб бедствия. Толкнув дверь с висящим по центру расписанием подачи горячей воды, Кора включила свет и заглянула внутрь.

Было сыровато. Несколько душевых кабин с занавесками, треснувшие раковины. Однако и тут царила чистота, граничащая с маниакальной стерильностью.

Кора двинулась дальше. Спустившись вниз, она отметила, что консьерж покинул пост. На маленькой кухоньке спокойно соседствовали каменная печка с микроволновкой. С кухни можно было выйти на задний двор, больше и просторнее площадки у центрального входа. В глубине стояла беседка.

Симпатичная.

Кора спустилась к ней по сырой от росы траве, присела на скамейку. Построенная вокруг участка каменная изгородь резко контрастировала с унылым зданием общаги. Она будто осталась от другой эпохи, куда более романтичной и опасной.

Немного посидев под укрытием покосившейся крыши, девушка вернулась внутрь и прочувствовала контраст еще сильнее. Снаружи бурлила жизнь, гудели автомобили, слышались людские голоса. А здесь?

Прохладно и одиноко, как на дне пересохшего колодца.

Под ногами прошмыгнула рыжая кошка. Единственное живое существо, встретившееся Коре за последние полчаса.

– Кыса-кыса-кыса, – неуклюже позвала Кора. Ответом был мявкающий зевок.

Рыжая плутовка шустро побежала к лестнице. Кора шла следом, желая узнать, чей это питомец. Вдруг она притормозила у ступеней, будто столкнувшись с невидимой преградой. Закуток под лестницей скрывал дверь: грубую, деревянную и не очень-то крепкую. От петель и ручки во все стороны расходились нити паутины, невольно притягивая взгляд.

Везде порядок, а здесь такая грязь.

Коре показалось, что внутри кто-то есть. Слышались какие-то шорохи, прерывистое дыхание… Но на втором этаже раздался скрежет когтей, и она отвлеклась. Точно, нужно найти владельца кошки. Или кого-то живого наконец-таки!

Этим кем-то оказалась старушка лет семидесяти. Она уже почти закрыла дверь своей комнаты, расположенной прямо напротив комнаты Коры, когда та вбежала на площадку.

– Стойте, п-подождите, – сказала, заикаясь. – Я ваша соседка!

Старушка удивленно моргнула. Щель проема немного увеличилась, позволяя рассмотреть лицо: спокойное, белое, немного дряблое. На седых кудрях лежала фетровая шляпка с искусственными цветами.

– Вот как. Недавно вселились, дорогуша? То-то я вас раньше здесь не видела.

– Пару часов назад, и еще не освоилась. Все тут такие тихие, просто жуть!

Кора улыбалась, пытаясь произвести благоприятное впечатление. Ведь когда она молчит, у нее бывает слишком серьезный и даже высокомерный вид. Так друзья вечно говорят. Точнее, говорили.

Охотно верится. С таким-то длинным носом и тяжелым пронзительным взглядом.

– Сюда приходят те, кому тишина по нраву, – мягко сказала старушка. – Вы привыкнете.

– Надеюсь. Впервые живу одна, и это, знаете ли… довольно странно. А вам тут нравится?

– Одиночество само по себе бывает в тягость. Особенно нежеланное.

Нет, ну почему она так пристально меня рассматривает? Точно сомневается: реальна я или нет?

Между тем коты прибывали. Пять, нет, даже семь цветных спинок с задранными трубой хвостами просочились мимо ног и растворились в темноте комнаты. Должно быть, кошатница мучилась мигренями. Прямо как Лиза, у которой в такие моменты любой луч солнца вызывал острый приступ боли.

– Давно в общежитии живете? Это ведь вроде центра поддержки людей, попавших в трудную ситуацию? – поинтересовалась Кора. – Я о таком в интернете читала.

– Можно и так сказать, – вздохнула старушка. – Здесь легче, чем в других местах. Не так пусто и не слишком скучно. Если не мешать остальным, можно надолго задержаться.

– Ну, я всего на пару месяцев. Пока на работу не устроюсь.

– Дело хорошее, вот только вы так молоды! Даже не знаю.

– Вы о чем?

Она нахмурила куцые бровки, пожевала губы. Сказала чуть удивленно:

– Так ведь духи, милая моя.

– Духи? – машинально повторила Кора, почувствовав, что теряет нить разговора.

– Вам не сказали? Их тут полно! А молодость и жизнелюбие для некоторых – как мед для мух. Вот и переживаю за вас, душечка: как же вы жить и спать-то у нас будете?

Сначала показалось, что соседка-кошатница шутит.

Нет, ну какие еще привидения? Это же не отель с вековой историей и даже не цирковой аттракцион!

Но в прищуренных глазах было столько сочувствия, что вдруг стало понятно: все всерьез. Пожилая женщина верила в сказанное. Более того, боялась за Кору.

– Оу, ясно, – выдавила та. – Буду держать в уме.

– И правильно. Главное, не пугайтесь. Они ничего вам не сделают, если их не злить. Они только для чужаков опасны.

– Постараюсь вести себя прилично.

Соседка цокнула языком.

– И все же как вы тут, одна-одинешенька? Ну да ничего, все пойдет своим чередом, все сложится, – пояснять, что должно сложиться, она не собиралась. Дверь закрылась перед Корой с мерзким скрипом, который лишь укрепил нездоровое впечатление от сказанного.

Вот тебе и первый минус.

Кора еще немного побродила по этажам. Поиски сверстников или хотя бы вменяемых жильцов ничем не увенчались. Попыталась выйти на крышу, но и тут столкнулась с трудностями. Лестница, ведущая наружу, упиралась в потолок. Просто так. Без причины. Даже кованые перильца застряли на полпути, глубоко зарывшись в побелку.

Это стало последней каплей, и Кора решила закончить экскурсию. Вернувшись к себе, она до заката просидела в телефоне, досадуя на отсутствие интернета, потом переоделась в просторную белую ночнушку и легла спать. Но сон никак не шел: то ли из-за новой обстановки, то ли тревожные слова старушки так повлияли. Проворочалась до трех ночи. Все время казалось, что здание прислушивается к возне Коры, как самой шумной из постояльцев.

В какой-то момент на ум пришла жуткая