Заклинатель дождя - Михаил Строганов

– Так ты сбываешь наркотики? Прямо здесь, в клубе?

– Что с того? Как ни крути, наркоши – конченые люди, все равно, что зомби, – хитро прищурился Артамонов. – Да ладно тебе об меня глазом мазолить! Ну, прекращу я бизнес, так самого из «Факела» на улицу выставят. Что ж, прикажешь мне из-за этих глюколовов в бомжи определяться?

– Кто выставит? Разве у тебя нет договора на аренду пустующего кинотеатра?.. Ты только представь, если слухи об этом разойдутся по городу…

– Да все и так знают, что в праздничные дни наркота здесь продается и в розницу, и оптом, и под выгодный кредит! – Кирилл разлил по кружкам чай, – каждый в этой забытой Богом дыре имеет от наркоты свою долю. От самого задрипозного мента до директора мясокомбината, бывшего главного коммунистического товарища.

Иван взял со стола кружку, с трудом глотнул обжигающую черную горечь и почти физически почувствовал, как чифирь разливается по его крови яростным возбуждением.

– Слушай, Артамон, а если я достану наркоту? Поможешь продать? – неожиданно спросил он. – Скажи прямо, возьмешь меня в партнеры?

Артамонов рассмеялся и хлопнул ладонью по столу:

– За такие слова смазать бы тебе мозги… Но ты мне нравишься, парень! Прямо как салага старому боцману из мультика «Три банана», – лязгнув железом, Кирилл сдвинул кружки с чифирем. – Прибыль с твоей дури пятьдесят на пятьдесят делить станем и промеж нас никакого базара. Идет?

– Ты даже интересоваться не станешь, откуда у меня наркота? – Храмов испытующе посмотрел в глаза киномеханика. – Может, у твоих же поставщиков украсть собрался.

– Мне что за беда? – ухмыльнулся Артамонов. – Ты же сам сказал, что у меня аренда. А по ней плата фиксированная. Да и тем, кто наверху, наплевать, сбывается их дурь в «Факеле», «зоне», на «вокзале» или в школе, и кто с нее имеет навар. Они получают свою прибыль не с посредников, а с точек. Понял, что это значит?

– Нет, – честно признался Иван. – Но хочу понять.

– Все очень просто. Предположим, сопрешь ты у кого-нибудь герыч и решишь толкнуть наркоману. Так тебя тут наркоша и сдаст ментам, а те уголовное дело заведут, а сами еще и отчитаются, что хорошо с наркомафией борются. Понял? Все, что попало в Немиров, должно и может продаваться исключительно через «легальные» точки, которые крышуются добрыми дядями. Оттого им и наплевать, кто, где и когда таскает по городу их дурь. А небольшие потери для ментовских отчетов или на случайное наркошино счастье всегда закладываются на естественную «усушку» товара. Вот и вся немировская схема!

– Значит, здесь и правда все схвачено… – перевел дух Иван. – Словно не про наш городок говоришь… Колумбия, да и только!

– Фирма веники не вяжет, фирма делает гробы… – согласно кивнул Артамонов. – Но главное, что Немиров – жирная точка на великом наркопути. Ты, Ванюша, прикинул, как через местный мясокомбинат удобно развозить дурь в любой пункт назначения? Закинул экспедитору в «сапожок» пакетик отравы, да сверху пару ящичков колбасы, и через три часа пермский наркоша уже ширнется, а его мамка чай с колбаской попьет… Да и хранить здесь дурь – чистое удовольствие и никакого риска. Пока менты доберутся со своими облавами, весь город уже на ушах стоять будет. Для острастки, сам понимаешь, кого-нибудь им сдадут. И все будут счастливы!

– Получается, весь Немиров – один большой супермаркет по продаже наркотиков. Все про все знают и молчат…

– Вот-вот! А ты в прошлый раз спорил, при чем здесь Вуду. Все негров преклонных годов в Немирове порывался найти… – разогнав похмелье, оживленно пошутил Кирилл. – Вуду, братишка, это реальная власть, основанная на страхе и жесточайшем контроле, таком, какой никаким современным фюрерам и не снился. И если ее изобрели хреновы папуасы, то наши превратили в идеальное средство управления, которому и коммунизм, и капитализм в подметки не годятся…

* * *

– Елизавета Андреевна? Заходите, очень вас жду! – Пронин встал из-за резного, сделанного на заказ стола и, улыбаясь, подошел к замешкавшейся у порога Храмовой. – Как добрались? Понимаю, в выходные автобусы ходят по утрам скверно… Да вы не смущайтесь, у нас встреча хотя и на работе, но неофициальная!

Директор мясокомбината принял плащ и, аккуратно повесив его на плечики, спрятал за зеркальной створкой шкафа-купе.

– Вот теперь все в порядке. Присаживайтесь, Елизавета Андреевна, – он показал на большое кожаное кресло, стоящее подле стола. – Догадываетесь, зачем предложил встретиться?

– Нет… Не в полной мере…

– Вот и славно! В том смысле, что появилась возможность спокойно обо всем поговорить, выяснить все назревшие вопросы. – Облокотившись, Пронин подался вперед. – Разве у вас нет никаких проблем? Абсолютно?

– Почему же нет? – нервно скривила губы Елизавета Андреевна. – Зарплата у делопроизводителя очень маленькая. И никак нельзя подработать.

– Действительно, небольшая… А у вас, насколько мне помнится, еще и сын школьник?

– Десятый класс оканчивает…

– Да, детишки теперь необыкновенно дороги, не каждому по карману. Одежда, обувь, развлечения… Да и кушать в этом возрасте хочется постоянно. Кстати, как учебные успехи у вашего мальчика? Случаем, не съехал на тройки? Знаете, у нас в Немирове очень сильные учителя, работающие по традиционной, классической методике. Уверен, они и вашим столичным педагогам при возможности нос утрут!

– Василий Иванович, откуда вам знать про то, как и чему учат в немировской школе? По-моему, из школьного возраста вы давно вышли, а шефство над учебными заведениями теперь не практикуется…

– Не скажите, Елизавета Андреевна! Я был первым секретарем местного райкома партии, кстати, самым молодым на всем Урале! – Пронин с удовольствием откинулся на спинку кресла. – Поэтому инстинкт контролировать окружающую жизнь и влиять на происходящие события у меня в крови! Однако что мы просто сидим? В конце концов, встреча наша неофициальная. Позвольте, я вас вкусненьким угощу.

Он вышел в соседний кабинет и вернулся с подносом – бутылка коньяка «Remy Martin», нарезанные ломтики лимона, бутерброды с икрой.

– Вот, Елизавета Андреевна, очень рекомендую! Мой знакомый невропатолог утверждает, что лучшей профилактики от инфарктов и инсультов в природе просто не существует. Пропустишь рюмашку, так словно в косметический салон сходил. Молодит кровь!

Она покраснела и решительно встала из-за стола:

– Большое спасибо за приглашение. Я лучше пойду…

– Елизавета Андреевна, вы неверно меня поняли! Неужели в ваших глазах я выгляжу как человек, покупающий любовь за выпивку? Или вам показалось, что аморальный директор задумал напоить вас допьяна, а после, закрывшись в кабинете, принуждать к близости под страхом увольнения? Хорошего же вы придерживаетесь мнения о своем директоре!

– Значит, интим исключен? – она успокоилась и вернулась за стол.