Девочка в красном пальто - Кейт Хэмер

– Произошла небольшая заминка, Бет. Эта дама очень преклонного возраста. Она не вполне здорова и… боюсь, немного не в своем уме. Мне очень жаль, но необходимо дождаться шести часов вечера, тогда ее сможет сопровождать дочь. Планируется пройти вместе с ней ее маршрутом и стучаться в каждую дверь.

Нет, больше я не в силах это выносить. Им не нравится, когда я ухожу из дома, но я сказала, что мне нужен свежий воздух, пусть позвонят мне, если появится что-то новое.

Конечно, вовсе не свежий воздух мне был нужен, мне необходимо было искать, искать, искать. Заглядывать под камни, в бочки для дождевой воды, в сараи и амбары, под прилавки магазинов. Я выскользнула за ворота, одержимая потребностью искать. В этой одержимости мне мерещилось, что дочка уменьшилась до размеров крошечной фигурки в красном пальто, которую можно повесить на новогоднюю елку как игрушку или на сумку как брелок. Вот почему я не могу найти ее – она очень маленькая. Она выскользнула, а я не заметила этого, и теперь нужно искать ее в дуплах деревьев или в трещинах земли. Нужно приложить ухо к земле и прислушаться – наверное, она зовет меня, и голосок ее не громче мышиного писка.

Я перепрыгнула через низкую каменную стену и пошла среди колосков. Когда я раздвигала стебли, чтобы увидеть землю, их зеленые макушки щекотали мне пальцы. Я, как охотничья собака, крутила головой из стороны в сторону, выслеживала добычу, я искала: след ноги, прядь волос, красный лоскут. В ту минуту мне это не казалось безумием, я полагала, что выполняю важную задачу, что в моих действиях есть смысл. Но когда я добралась до угла поля и вскарабкалась на стену, то масштаб задачи обескуражил меня. Поля простирались передо мной одно за другим, одно похоже на другое, они уходили за горизонт, сколько видел глаз.

Я взглянула на телефон: никаких сообщений. Как будто она растворилась в воздухе.

– Где ты? – кричала я, обращаясь к пустынным полям. – Ну где ты?

К тридцатому дню мы снова стали единой семьей – я, мама, отец. Они жили у меня, приносили из супермаркета пакеты с продуктами. Отец красил забор перед домом, я говорила ему – брось, но он ответил, что ему легче, когда он занят делом. Какой нелепой кажется теперь наша вражда.

– Хватит тебе бродить, – говорили они мне, когда я надевала пальто, чтобы снова уйти из дома.

– Не могу, – отвечала я.

Девочка, которую видели в окне полицейского участка, оказалась никакой не Кармел. Ее разыскали, но выяснилось, что она внучка местных жителей. И одета она была в красное платье, а не в пальто.

В тот день я обследовала деревья в округе. Я обессилела, как принцесса, которую туфельки заставляют танцевать по холмам и по долам, а снять туфельки она не может. Уже темнело, когда я прилегла рядом с ручьем, прижалась лицом к земле с такой силой, что песок забился в рот, и я стала отплевываться.

Я долго лежала там. Так долго, что предметы вокруг меня из темных стали светлыми. Лучи солнца медленно опускались, мягкий серебристый свет пробивался меж деревьев. Этот серебристый свет напоминал мне о чем-то, я пыталась вспомнить о чем, и в это время меня привлек негромкий шум. Я подняла голову – на другом берегу ручья сидела девочка. Она сидела на корточках и бросала камушки в воду, они падали с плеском, и я подумала – как она оказалась одна в таком безлюдном месте, о чем думают ее родители, почему разрешили уйти одной так поздно и так далеко от дома? Пока я смотрела на нее, меня постепенно осенило. Я прекрасно знаю эту девочку, она не чужая. Это Кармел, моя дочь.

Я села.

– А, это ты, – фыркнула она и снова бросила камешек.

Я чуть не рассмеялась, так смешно она фыркнула, и какая-то благодать разлилась по всему моему телу до самых косточек, словно целительный бальзам, словно эликсир жизни.

– Кармел, где ты пропадала все это время, родная?

Она поднялась. Вместо красного шерстяного пальто на ней была красная куртка поверх белого платья с оборками. А куртка была расшита кругляшами, которые в серебряном свете вспыхивали рубиновым.

– Не знаю. Ты же потеряла меня, – ответила она и бросила камешек в воду. – Ты потеряла меня, словно я бусинка. Мелкая монета. Ты водила меня в такие места, где легко потеряться. Ты нарочно это делала.

Еще несколько камешков упали в воду.

– Нет! Это неправда! Ты сама хотела в такие места. Вспомни, лабиринт – это твоя затея.

Она прищурилась, потом взглянула на меня растерянно:

– Может быть. Значит, мы обе хотели потерять друг друга?

– Нет, конечно, нет. Не говори так. Иди ко мне, и мы вернемся домой.

– Я не могу перебраться через ручей, – покачала она головой. – Вдруг замочу новые туфли.

Она поворачивается и идет прочь между деревьями, ветер шевелит ее волосы, и они прядками приподымаются над головой.

– Кармел, Кармел!!! – кричу я вслед удаляющейся фигуре.

От собственного крика я просыпаюсь, крик смешался с землей у меня во рту, вскакиваю и смотрю на другой берег – кажется, там воздух еще колышется от ее недавнего присутствия.

– Я увижу тебя снова, увижу, – клянусь я себе, глядя на тот берег, словно она по-прежнему там. – В этой жизни или в следующей, но я увижу тебя!

Это был последний сон про нее, в котором она уходила прочь.