Слезы дракона - Дин Кунц

- Нет. Он… он…

- Приходит два раза в неделю, проводит у вашей постели несколько часов подряд и когда вы в памяти, и когда вы погружены в себя.

При мысли о том, что он сидит в этой комнате, у ее постели, когда она находится в беспамятстве, в полной отрешенности от всего, что ее окружает, Дженнифер охватила дрожь.

Она ощупью нашла руку Маргарет, сжала ее так крепко, как только смогла.

- Он совершенно другой породы, не то, что вы или я.

- Дженни, вы напрасно расстраиваете себя.

- Он не такой, как мы.

Маргарет рукой накрыла руку Дженнифер, ободряюще похлопав по ней другой рукой.

- Вот что, Дженни, я настаиваю, чтобы вы прекратили эту истерику.

- Он же не человек.

- Успокойтесь, Дженнифер. Вы сами не знаете, что говорите.

- Он чудовище.

- Бедняжка. Ну, успокойтесь же, голубушка. - Лба Дженнифер коснулась ладонь, стала гпадить ее по голове, расчесывать волосы. - Не надо перевозбуждаться. Ну, успокойтесь, не надо бояться, расслабьтесь, вы здесь в полной безопасности, мы все вас очень любим и заботимся о вас…

Вскоре истерика немного утихла - но страх полностью не исчез.

Запах апельсина, однако, напомнил ей, что ее мучит жажда. Пока Маргарет держала стакан, Дженнифер пилa через соломинку. Мышцы горла плохо ей повиновались. И она глотала с трудом, но сок был восхитительно-прохладным и приятным.

Когда допила стакан до конца, позволила сиделке промокнуть рот бумажной салфеткой.

Напряженно вслушалась в монотонное шуршание дождя, надеясь, что это успокаивающе подействует на нервы. Увы, не подействовало.

- Включить радио? - спросила Маргарет.

- Нет, спасибо, не надо.

- Могу вам почитать, если хотите. Стихи. Я знаю, вы любите поэзию.

- Это было бы чудесно.

Маргарет придвинула к кровати стул и села. Пока, шурша страницами, искала нужную, слепая заметно повеселела.

- Маргарет? - вдруг произнесла Дженнифер до того, как та начала читать.

- Да?

- Когда он придет в следующий раз…

- В чем дело, голубушка?

- Ты не оставишь нас одних в палате, хорошо?

- Естественно, если вы на этом настаиваете.

- Очень хорошо.

- Итак, для начала немного из Эмили Дикинсон.

- Маргарет?

- М-м-м?

- Когда он придет, а я… буду в… замкнусь в себе… ты не оставишь нас с ним наедине, ладно?

Маргарет промолчала, и Дженнифер почти зримо увидела ее неодобрительно нахмуренное лицо.

- Так не оставишь?

- Нет, голубушка. Я всегда буду рядом.

Дженнифер знала, что та бесстыдно лжет.

- Пожалуйста, Маргарет. Ты мне кажешься очень добрым и отзывчивым человеком. Пожалуйста, очень прошу.

- Голубушка, да ведь он и вправду любит вас. Он и приходит-то сюда именно потому, что очень вас любит. От Брайана меньше всего можно ждать дурного, и вам совершенно нечего бояться.

Дженнифер вздрогнула при упоминании этого имени.

- Я знаю, ты думаешь, что я умалишенная… что у меня туман в голове…

- Немного из Эмили Дикинсон, и все станет на свои места.

- У меня действительно в голове все перепуталось, - пожаловалась Дженнифер, в отчаянии чувствуя, что голос ее все более и более слабеет. - Но в этом я уверена. В этом я уверена на все сто процентов.

Голосом искусственно-проникновенным и потому абсолютно неспособным передать истинный мощный внутренний подтекст позэии Дикинсон сиделка начала читать:

Любовь есть все, что есть,

Все, что мы знаем о Любви.