Усмешка Люцифера - Данил Корецкий

Для Боба Акулы это оказалось по плечу, хотя и ему пришлось повозиться, орудуя киркой и большим складным ножом. И вот со скрипом поднялась крышка, сорвана полуистлевшая ткань сарацинского флага, прикрывавшая драгоценное содержимое… Пять пар глаз впились в сверкающие на солнце россыпи камней, ниток жемчуга, драгоценной утвари… Взгляды не могли остановиться на какой-то конкретной вещи, все воспринималось вместе, как бесценная куча богатств. Борец, не совладав со своими эмоциями, быстро по локоть сунул руку в золотые побрякушки, а когда вытащил ее, то в ладони оказалась жменя золотых монет, которые Дрейк никогда ранее не видел.

— Там внизу сплошные золотые, — прохрипел матрос. — Я всегда чувствую золото на расстоянии!

— Положи на место! — приказал капитан, и после некоторой паузы монеты высыпались обратно в сундук.

Никто из собравшихся не мог сказать, как долго длилось созерцание драгоценностей. Глаза матросов загорелись нехорошим блеском. Первым опять же очнулся капитан.

— Эй, парни! — крикнул он нарочито грубо и резко, поднимаясь и опуская руки на торчащие за поясом пистолеты. — Хватит пялиться. Сразу скажу для тех, кто излишне самонадеян и глуп. Выкиньте из головы все дерзкие мысли. Этот ящик принадлежит мне и только мне. Тот, кто захочет позариться на все эти побрякушки, либо получит пулю в лоб, либо повиснет в петле на рее!

Френсис тоже достал пистолеты и стал рядом с дядей. Матросы ошеломленно смотрели на вооруженных капитана с помощником и постепенно приходили в себя. Опасный блеск в глазах погас так же быстро, как и появился.

— Но знайте, что Джером Саймонс не жмот, — продолжил капитан. — Все получат награду, как я и обещал. Причем прямо сейчас! И все будет честно. Френсис, отвернись! Я не глядя вынимаю что попадется под руку, а ты говоришь, кому это отдать!

Френсис выполнил команду и отвернулся, глядя на море, «Посейдон» и спускаемый бот.

— Кому? — раздался за спиной хриплый голос дяди.

— Борцу!

— Держи!

Борец получил жемчужное ожерелье и со смехом надел на шею:

— Огромные жемчужины и высшего качества! Никогда у меня не было такой дорогой цацки!

— Кому?

— Гному!

— Держи!

Гном схватил серебряный кувшин и прижал к груди.

— Неужели настала моя очередь есть и пить из серебра?!

— Кому?

— Акуле!

Боцману достался золотой кубок с гравировкой сцен охоты.

— Теперь я буду пить ром как король! — воскликнул он, восхищенно любуясь тонкой резьбой.

— Кому?

— Мне! — Френсис повернулся и с некоторым разочарованием увидел, что капитан протягивает ему маленький невзрачный перстень. Но все было по-честному, и он надел его на палец, отодвинув руку, посмотрел на львиную морду, сжимающую в зубах черный, играющий на солнце камень. Казалось, что лев довольно улыбается, радуясь, что выбрался из темной и сырой пещеры. И он тут же изменил свое мнение: перстень был красив, хорошо сидел на руке и излучал спокойствие и уверенность. По телу пробежали мурашки, плечи словно расширились и распрямились, усталость как рукой сняло. Какая-то энергия наполнила тело, мышцы стали сильней и крепче, душу наполнила радость.

Радовались и другие матросы — они никогда не обладали такими дорогими вещами.

— Капитану — ура! — выкрикнул Акула, и все трое громко трижды прокричали:

— Ура! Ура! Ура!

Зато, когда бот причалил к скале и Жираф с Рассудительным увидели у товарищей обновки, у них испортилось настроение.

— А где наше вознаграждение? — недовольно спросил Жираф. — Или мы его не заслужили?

— Заслужили, парни, — успокоил их Саймон. — На «Посейдоне» все получите!

Сундук взгромоздили на бот, поставили парус и очень быстро подошли к барку. Деревянный Посейдон на носу одобрительно смотрел на удачливых подданных. В левой руке он держал трезубец, а правой указывал вперед — и это был путь в новую, обеспеченную жизнь. Вся команда в радостном оживлении сгрудилась у борта, вниз спустили крепкие веревки, переброшенные через блоки, нетерпеливые возгласы торопили привязать к ним драгоценную находку. Но вначале Саймон и Френсис по веревочной лестнице вскарабкались на палубу, и только после капитан скомандовал:

— Поднимайте!

Веревки привязали к железным кольцам-ручкам, и сундук, слегка раскачиваясь, стал медленно подниматься вверх. Пятеро оставшихся в боте матросов, задрав головы, смотрели, как над их головами проплывает драгоценная находка. Поскольку внимание всех было сконцентрировано на подъеме клада, выход из-за скалы «Морской звезды» остался незамеченным, а пушечно-аркебузный залп стал полной неожиданностью. Одно ядро просвистело над головами, вокруг барка фонтанчиками вскипела вода от пуль и недолетевших ядер, но второе ядро угодило в фальшборт, за которым столпился экипаж «Посейдона». Окровавленные тела разбросало в стороны, тяжелый кованый сундук с высоты двенадцати футов рухнул вниз и, взметнув очередной фонтан, камнем ушел на дно.

Но сожалеть о нем было некому: Рассудительный Джек и не успевший нарадоваться драгоценному жемчугу Борец были убиты очередным ядром, бот с разбитой в щепки кормой тонул, чудом спасшиеся Акула, Гном и Жираф торопливо поднимались на борт, где царила паника: трое убитых, пятеро раненых, а «Морская звезда» под черным флагом быстро приближалась… Вдоль бортов нетерпеливо скалились готовые к бою пираты в завязанных сзади косынках, приготовившие абордажные крючья, сабли, рапиры и пистолеты.

— К пушкам, огонь! — Стоящий в стороне и потому уцелевший Саймон отделался контузией и, лежа на палубе, лихорадочно чиркал кресалом, чтобы зажечь фитиль аркебузы. Наконец это ему удалось.

— Дайте мне, дядя! — Неожиданно для себя, Френсис забрал тяжелое ружье, положил на фальшборт и стал целиться. Мишенью он выбрал рулевого и, хотя никогда не стрелял из аркебузы, тем более по движущейся цели и с дальнего расстояния, был уверен, что большая круглая пуля пробьет ему сердце. Нажав курок, он опустил тлеющий фитиль к полке, с треском вспыхнул порох, раздался грохот выстрела, и сильная отдача ушибла плечо. Рулевой опрокинулся на спину и исчез из поля зрения, а «Морская звезда» рыскнула, сбиваясь с курса, и развернулась бортом.

В этот момент раздался нестройный залп четырех пушек «Посейдона». На торговых судах обычно не бывает орудий — только несколько ружей на всякий случай да холодное оружие. Но у Джерома Саймона были свои правила, и сейчас они полностью себя оправдали. Потому что, несмотря на неопытность пушкарей, ядро угодило в мачту, она затрещала, накренилась и начала падать, обрывая такелаж и накрывая парусом палубу. «Морская звезда» сильно накренилась на левый борт, часть пиратов посыпалась в воду, часть барахталась под парусом, немногие бросились рубить тросы и канаты, чтобы сбросить мачту за борт. Но стало ясно, что атака на беззащитное торговое судно окончилась не легкой победой, а сокрушительным поражением!