Нужные вещи - Стивен Кинг

«Такер-талисман» превратился в открытую колесницу, а навысоких козлах сидел и правил горбун-карлик. Сапоги карлика упирались подошвамив крылья экипажа, и загнутые носы этих сапог горели, как свечи.

Но это еще не все. Пока колесница мчалась к оконечности МейнСтрит, у нее начали раздуваться бока, деревянная крыша со свисающими карнизамитоже как бы материализовалась из туманной пелены. Спицы колес засветилисьнеземным огнем, так же, как и копыта вороного, и вот колесница оторвалась отземли. «Талисман» превратился в колесницу, а колесница – в некое подобиефельдшерского фургона, какие бороздили страну сотни лет назад. На борту этогофургона возникла надпись, которую Алан, напрягая зрение, успел прочитать:

ОПУСТОШИТЕЛЬ Уже в пятнадцати футах над уровнем земли фургонподнимался все выше, пролетев сквозь столб пламени, объявший развалины зданиямуниципалитета.

Копыта вороного отталкивались он невидимой в небе дороги,по-прежнему выбивая оранжево-синие искры. Кажущийся на такой высоте маленькимкоробком, фургон пролетел над Касл Стрит, в бушующих водах которого скелетомдинозавра покоился взорванный мост.

Затем Мейн Стрит окутало облако черного дыма от догорающихостанков муниципалитета, и когда дым этот рассеялся, Лилэнда Гонта и егодьявольской колесницы след простыл.

18

Алан проводил Полли к патрульному автомобилю, на которомприехали Норрис Риджвик с Ситоном Томасом.

Норрис все еще сидел на окне и держался за подставкумигалки. Он так ослабел, что не в силах был спуститься обратно в салон машины.

Алан обхватил Норриса вокруг живота (эту часть тела иживотом-то назвать было затруднительно, настолько тщедушен был его хозяин) ипомог ему выбраться.

– Норрис?

– Что, Алан?

– Ты теперь можешь переодеваться в конторе когда и сколькозахочешь.

Норрис, казалось, его не слышал.

Алан почувствовал под руками, обнимавшими первого помощника,липкую кровь, сочившуюся из-под блузы.

– Ты тяжело ранен?

– Не слишком. Во всяком случае, мне так кажется. Но это… –он протянул руку в сторону к центру города, над руинами которого полыхал пожари поднимались столбы черного дыма.

– Все это – моя вина.

– Ты не прав, – вмешалась Полли.

– Тебе этого не понять. – Лицо Норриса осунулось от горя итяжкого чувства вины. – Это я порезал шины Святоши Хью! С меня все началось!

– Да, – сказала Полли, – ты, конечно, это сделал. И тебепридется жить дальше с этими воспоминаниями. Так же, как мне не забыть, чтовиновницей смерти Туза Мерилла оказалась я. – Она указала в том направлении,где католики и баптисты разбредались кто куда, провожаемые взглядамиобезумевших от бессмысленности своих усилий полицейских. Некоторые извоинственных верующих брели поодиночке, кое-кто – группами. Отец Брайамподдерживал за плечи своего злейшего врага, преподобного Роуза, Нэн Робертсобнимала за талию Генри Пейтона. – Но кто сподобил их всех на это, Норрис?

Кто послал на смерть Нетти и Вильму? И всех остальных? Есливсе это сделал ты один, Норрис, значит считай, что свернул горы.

Норрис громко всхлипнул и разрыдался.

– Я так виноват!

– Так же, как и я, – тихо произнесла Полли. – Мое сердцеразбито.

Алан обнял их обоих за плечи, а затем склонился к Ситону Томасу,сидевшему на пассажирском сидении патрульного автомобиля.

– Ты-то как, старина?

– Полон сил, – с готовностью ответил Сит. И действительно,судя по его выражению лица, он был слегка растерян, но возбужден и в боевойготовности.

– Нашим согражданам досталось гораздо больше, чем мне.

– Кажется, Норриса надо отвезти в больницу, Сит. Если у тебяв машине хватит места, можем поехать все вместе.

– Конечно, Алан, о чем речь! Залезайте. В какую больницупоедем?

– В Северный Камберленд. Там сейчас находится. Маленькиймальчик, которого мне хотелось бы проведать, надо убедиться, навещал ли егоотец.

– Алан, скажи, неужели то, что я видел, произошло на самомделе?

Неужели этот тип взлетел на воздух в какой-то немыслимойповозке?

– Не знаю, Сит, – признался Алан. – И более того, клянусьБогом, знать не желаю.

В этот момент подошел Генри Пейтон и тронул Алана за плечо.Глаза у него лихорадочно блестели, и взгляд был близок к безумию. Он походил начеловека, который внезапно решил резко изменить свой образ жизни, или образмыслей, или и то и другое сразу.

– Что случилось, Алан? – спросил он. – Что же все-такипроизошло в этом Богом проклятом городе?

За Алана ответила Полли.

– Здесь совершилась торговая сделка. Самый грандиозныйаукцион, какой когда-либо видел свет, и проводился он по своим особым правилам…Но перед самым его окончанием кое-кто из нас решил все-таки не покупать товар,предложенный на продажу.

Алан открыл дверь машины и помог Норрису устроиться напереднем сидении. Затем он взял за руку Полли.

– Поехали. Надо торопиться, Норрису плохо и он потерял многокрови.

– Эй! – воскликнул Генри. – У меня еще целая куча вопросови…

– Оставь их при себе, – сказал Алан, садясь рядом с Полли изакрывая дверь. – Прибереги до завтра. Тогда и поговорим, а сейчас я беруотгул.

Скорее всего, я возьму отгул в этом городе навсегда. Могусказать одно – не беспокойся, все кончено. Всему, что произошло в Касл Рок,пришел конец.

– Но…

Алан подался вперед и похлопал Сита по костлявому плечу.

– Вперед, дружище. Гони лошадей.

Ситон Томас включил двигатель и поехал по Мейн Стрит,направляясь к северу. На перекрестке машина повернула налево и двинулась вверхпо Касл Хилл в сторону к Касл Вью. Оказавшись на вершине холма, Алан с Полликак по команде оглянулись, чтобы бросить последний взгляд на догоравший город:искры пламени разлетались в разные стороны рубиновыми звездами. Аланпочувствовал, как душу сковывают печаль, острое чувство потери и глубокаяобида.

«Мой город, – думал он. – Это был мой город, и теперь онбольше не будет моим. Не будет никогда».

Они с Полли снова одновременно повернулись лицом друг кдругу и взглянули в самую глубину глаз.