Животное - Александр Варго

Там всегда было душно, по стенам сочилась вода, а эхо разносило малейший звук на огромные расстояния. Я начинал отчаиваться в поисках выхода и мечтал увидеть хотя бы краешек неба. Это заставляло не думать, а полагаться на интуицию или везение, целеустремленно продвигаясь вперед – бездействие казалось неминуемой смертью. Постепенно проход становился уже, и я полз, стараясь выдыхать поглубже, втягивая в себя живот и преодолевая все более труднодоступные места. Почему-то именно это казалось верным признаком правильности избранного пути, и за тяжелый труд я ожидал единственного достойного вознаграждения – свободы. Сколько времени я тут провел и откуда появился? Этого я никогда не видел, хотя, наверное, мог бы придумать, но такого желания не было. Странно – проход казался ярко подсвеченным, хотя фонарик отсутствовал. От этого все, что было впереди, представлялось темной зловещей бездной, которая обязательно таит в себе нечто похуже нестерпимо узких стен. Чуть позже, чтобы продолжать движение, мне приходилось жертвовать кусками кожи и мяса со спины, ног и рук, которые нещадно сдирались острыми камнями. Но самым важным казалось сохранить именно глаза, а остальным всегда можно было пожертвовать. А в какой-то момент я обязательно застревал, только тогда ясно осознавая, что мне так и суждено умереть в одиночестве глубоко под землей. От этого, собрав последние силы, я начинал отчаянно кричать и неизменно просыпался в холодном поту, сразу включая ночник и убеждая себя, что это был всего лишь дурной сон.

Если Ди просыпалась от моих метаний, то некоторое время старательно убаюкивала и тихим голосом рассказывала, что красивого и яркого приснилось ей самой. Это неизменно успокаивало, и я искренне завидовал любимой, которая могла тихо и спокойно проспать всю ночь, вставая в неизменно замечательном настроении. Конечно, свет дня быстро развеивал все мои кошмары, но я прекрасно знал, насколько быстро пролетит это время, а потом снова наступит мрак во всей его пугающей и вечно не изведанной красоте.

От телефонного звонка я вздрогнул и тут же понял, что это снова меня. Медленно приблизив к глазам дисплей, я ожидал увидеть имя «Ди», но оказалось, что опять беспокоит ее отец, или как там теперь правильно будет его назвать – покровитель, что ли.

– Да?

Я не стал прислонять трубку к уху, а включил громкую связь.

– Слушай, я решил, что тебе сегодня просто необходимо немного развеяться, и есть одна замечательная идея.

– Извините, но мне хочется спать, и я планировал уже ложиться.

– Это точно? Не перерезать себе вены в ванной или что-нибудь в этом духе? Хотя, нет, думаю, ты бы мог предпочесть наглотаться таблеток.

– Уверяю вас, что я в порядке. Просто устал.

– Ну, ладно. Но давай я сейчас пришлю к тебе человечка, который посмотрит на тебя и потом мне отзвонится. А то я что-то серьезно беспокоюсь. Не могу объяснить и нет ничего определенного, но что-то не то сегодня с твоим голосом – я это чувствую.

– Это точно будет лишним. Я взрослый человек и не хочу обидеть, но вы здесь немного переходите границы.

Я вздохнул и хотел отключить связь, когда в трубке раздался голос Ди:

– Папочка! Как ты?

– О, девочка моя, так вы уже вместе?

Громыхнул смешок, а я начал медленно отходить, понимая, что теперь за меня с ним разговаривает мертвая невеста.

– Да, папа, все в порядке. Давай лучше приезжай поскорее к нам – мы приготовили тебе одну замечательную новость.

– И что же это будет, прелестница? Твоя беременность или в моей голове появится еще несколько седых волосков?

– Приезжай и все обязательно узнаешь!

Ди радостно вскрикнула, и раздался громкий звук поцелуя.

– Ну, хорошо. Убедила старика – сейчас закончу с одним делом и буду у вас. Дай-ка еще ненадолго трубку своему благоверному.

На некоторое время повисла тишина, которую мне вдруг показалось очень важным поскорее нарушить:

– Да.

– Парень, я там много тебе всего наговорил – возможно, совсем лишнего. Так ты, пожалуйста, не огорчай мою девочку, а мы, как будем вдвоем, обязательно серьезно поговорим. С квартирой все, разумеется, в силе. Договорились?

– Конечно. Только, пожалуйста, не приезжайте сегодня, – попросил я, впрочем, понимая, что узел начинает затягиваться на моей шее все сильнее.

– Ну, уж нет – пригласили так пригласили. Да и заинтриговали по самое некуда. Хочу побыстрее оказаться в курсе ваших потрясающих новостей!

– Нет, вы не поняли. Нам с Ди надо сегодня побыть только вдвоем. Давайте договоримся на завтра, иначе вы можете все испортить.

Я выдумывал по ходу и уже не просил, а умолял.

– Так у нас дела не делаются. Ждите – скоро буду.

И не успел в трубке раздаться щелчок «отбоя», как опять зазвучал голос Ди:

– Любим тебя, папочка.

Последнее слово переросло в вопль и неожиданно оборвалось, а я почувствовал себя так, словно меня обдал порыв нестерпимо ледяного ветра.

– Что ты наделала? – яростно закричал я и отшвырнул ногой телефон. – Это какое-то безумие, но сегодня здесь может произойти еще и смерть твоего дорогого опекуна! Он же не врал мне, и ты на самом деле проститутка?

Мне ответила тишина, перешедшая в слабый хрип. Что-то зашевелилось, и я с ужасом увидел, что пожилой гость начал слабо перебирать ногами. Значит, он не умер? Что еще страшнее: раз я не смог этого точно определить, то, вполне возможно, ошибся и с диагнозом Ди. Впрочем, как я сразу себе напомнил, мне пришлось душить любимую еще и подушкой, заодно с котенком, поэтому она точно мертва.

– Как вы? – задал я, в общем-то, абсолютно глупый вопрос и торопливо подошел к гостю.

– Нагнитесь, – послышался чуть слышный шепот, и я поспешил склониться.

И тут гость с неожиданной прытью двинулся вперед и, обхватив мою голову прохладными руками, начал целовать в губы. Я чувствовал что-то пористо-мягкое во рту и понял, что если не оторву его от себя, то задохнусь в жиже тошноты, неукротимо подступающей к горлу.

Кажется, мы боролись нескончаемо долго, потом хватка гостя начала слабеть, и, когда мне удалось оттащить его от себя на расстояние вытянутой руки, его губы произнесли нежным голосом Ди:

– А ты, оказывается, и с мужиками неплохо целуешься.

Потом тело старика обмякло, и я, увлекаемый его весом, обессиленно упал рядом.

Тошнота постепенно проходила, но мне не хотелось думать о произошедшем. Очевидно, я опять ошибся – гость, конечно, был мертв, но Ди каким-то образом смогла вдохнуть в него подобие жизни. Возможно, это и есть проявление того самого зловещего обряда, когда злой дух пытается обладать пусть и умершим, но все-таки телом? В таком случае, мне еще повезло, что удалось отделаться хоть и отвратительным, но поцелуем, а не разорванным горлом или выцарапанными глазами. Да, сегодня явно стоит мыслить исключительно позитивными категориями, чтобы умудриться как-то удержать себя в руках.