Холодный город - Холли Блэк

– Не знаю. Возможно.

– Правда? Вот это да! Я читала в твиттере и видела фотографии. Ты действительно там была?

Тана кивнула, не зная, что еще сказать. Слова, которые приходили на ум, не казались ей подходящими.

– Круто, – воскликнула Полночь. – А ты спаслась. Это главное.

– Ну да. Можно сказать, что мы спаслись.

– Сделай кое-что для меня, – Полночь вытащила из кармана телефон, на экране которого появилась царапина от падения на асфальт. – Подержи его, пожалуйста. У меня в сумке есть штатив, но я не хочу его доставать. Показывать все, как оно есть – вот что я обещала моим подписчикам. Просто постарайся держать телефон, чтобы картинка не тряслась.

– Хорошо. – Тана была немного шокирована. Не то чтобы ей раньше не приходилось снимать видео; Полина часто просила об этом, когда готовилась к прослушиваниям, да и дурачащихся друзей она тоже снимала. Но никогда раньше она не делала ролик с кем-то, кто истекал кровью после нападения вампира.

– И ты тоже что-нибудь скажи. Нет, правда. Ты просто должна. Всем интересно, как ты себя чувствуешь.

Тана покачала головой. При одной мысли о том, что придется рассказывать о пережитом, ее накрыло тяжелыми воспоминаниями. Уставившиеся на нее мертвые глаза. Шепот за дверью. Падение на асфальт на заправке и возвышающийся над ней Эйдан.

– Я и сама не знаю, как я себя чувствую.

– Тогда попозже, – Полночь протянула Тане телефон. – Как я выгляжу?

Тана не знала, что ответить. Полночь выглядела бледной и красивой, а еще исцарапанной и окровавленной.

– Нормально, – Тана выбрала нейтральный ответ.

– Думаю, это сработает, – Полночь скривилась от боли, откидывая разодранный воротник топа так, чтобы в кадр попали царапины. Все еще блестящие от крови и воспаленные, выглядели они жутко. – Умеешь пользоваться этой штукой?

Тана коснулась пальцем маленького изображения видеокамеры в нижней части экрана.

– Думаю, да. Ты не боишься, что родители это увидят и скажут копам, где вы? Ну, вы же все-таки несовершеннолетние…

Полночь фыркнула:

– Родители не в курсе, чем мы занимаемся в интернете. У них на это ума не хватает. Они совсем не такие, как мы. Поверь, когда они поймут, что случилось, нас тут давно уже не будет.

– Ладно, – ответила Тана и включила камеру.

– Привет, – сказала Полночь, глядя в камеру странным пристальным взглядом. – Это снова я, верная служительница ночи, путешественница и безумная поэтесса. Как много всего произошло с тех пор, как я выходила на связь в прошлый раз! Мы с Зимой остановились на отдых недалеко от Холодного города и через несколько часов окажемся внутри. Все именно так, как мы верили – если ты следуешь своему самому потаенному, самому правдивому, самому темному желанию, Вселенная расчищает для тебя путь. Мы встретили людей, предложивших нас подвезти. Вы, возможно, видели их в новостях – но об этом позже. Сначала я должна рассказать, что произошло со мной.

В этот момент вернулся Зима с бинтами и лекарствами. Полночь попросила Тану продолжать снимать, пока брат обрабатывает раны антисептиком и закрепляет марлю пластырем. Все это время она продолжала говорить, глядя в камеру, даже когда ей было больно. Закончив, она проглотила пару таблеток аспирина, а затем сказала, что должна отредактировать видео и выложить его в блог.

Тана не могла не восхищаться тем, как девушка сумела превратить случившееся в историю безумных приключений, часть Легенды о Полуночи. Из страшного происшествия получилось приключение, которому можно позавидовать. Она вполне могла представить, как сама смотрит это видео и думает, как же этой девушке повезло и какая она смелая. Но, стоя рядом с Полночью и зная правду о случившемся, Тана понимала, что Полночь рассказывала историю не зрителям, а себе самой, сглаживая самые страшные места, чтобы было не так страшно.

Очень зря, подумала Тана. Потому что все это на самом деле страшно.

– Здесь бесплатный вай-фай. Пойду поставлю ноутбук на зарядку, – Полночь махнула рукой в сторону фуд-корта, забрала у Таны телефон и направила камеру на нее. Сработала вспышка. – Найдешь меня там, когда закончишь с делами. Ты же не против, да? Тебе ведь не пришлось ничего говорить.

Тана знала, что выглядит ужасно, но плохое фото в интернете беспокоило ее меньше всего. Она устала, замерзла и боялась, что вот-вот сорвется. Заметив, что чувствует металлический запах крови Полуночи, Тана задумалась, не первый ли это симптом болезни. Или все в порядке, и ей просто нужно взять себя в руки.

– Я в норме, – Тана взглянула на витрину с футболками, – пойду приму душ.

Зима улыбнулся ей почти дружелюбно, в первый раз с тех пор, как Эйдан напал на его сестру.

– Хорошая мысль. Как знать, есть ли внутри горячая вода.

Тана хотела сказать, что еще не уверена, поедет ли она в Холодный город, но подбирала слова слишком долго и в конце концов почувствовала себя глупо. Вместо этого она неловко попрощалась.

В магазине сувениров продавались вульгарные и дешевые поделки вроде рюмок, наклеек на бампер и множества футболок – детских с надписью «ПРИМАНКА ДЛЯ МЕРТВЕЦОВ», а также больших черных с надписями вроде «В ПОСЛЕДНЕМ ПРИЮТЕ ПО НОЧАМ НЕ СПЯТ», «Я КУСАЮ НА ПЕРВОМ СВИДАНИИ», «МЕРТВОЕ ПОКОЛЕНИЕ», «НИЧТО – ЭТО НОВОЕ ВСЕ» или «Я ПРЕДПОЧИТАЮ КОФЕ С ТВОЕЙ КРОВЬЮ». Здесь были зеркала с подрисованными ранами и струйками крови, и когда ты смотрелся в такое зеркало, казалось, что тебя только что укусили. А еще подвески со словом «Холод» из крупных закругленных букв.

Когда Тана подошла к кассе, пожилая дама с короткими седыми волосами расплачивалась за консервы и пакет таблеток для очистки воды. На ней был черный костюм – вполне возможно, от Шанель, – а в руках она держала трость с золотым набалдашником, украшенную перламутровыми розами.

Дама стояла, согнувшись, и напоминала стервятника.

– Что? – обвиняюще спросила она кассира, глядя на него немигающим взглядом воспаленных голубых глаз. – Думаете, смерть только для молодых?

Тана ушла до того, как услышала ответ кассира. В следующем магазине она увидела вешалку с кружевными шелковыми ночными рубашками. Модели назывались «Разбитая невинность», «Смятый цветок» и «Разрезанное яблоко греха». Тана нашла симпатичное голубое платье, которое подошло ей по размеру, но оно стоило сто двенадцать долларов, и она не могла его себе позволить. У нее оставались при себе все те же сорок долларов. Пакет с деньгами, который ей дал Габриэль, остался на земле, рядом с машиной. Тана надеялась, что он все еще там. Если она собирается где-то спрятаться и следующие два дня ждать, не проявятся ли симптомы, ей понадобятся деньги, и неважно, откуда они взялись. И они определенно ей понадобятся, если она собирается в Холодный город вместе с остальными.

В конце концов в дальнем углу магазина обнаружилась вешалка с уцененной одеждой. Она сумела найти платье без бретелек из жатой серой ткани, примерно на размер больше, чем надо, за двадцать пять долларов. Тана купила его вместе с самым дешевым комплектом белья – алым, с дурацким черным кружевом и идиотским бантиком, – прибавив еще десятку.