Обиженная - Александр Варго

— Помогите на восстановление церкви, — сказала женщина и шмыгнула носом. — Гибнет церковь Святого Ни…

Неожиданно она замолчала и уставилась застывшим взглядом куда-то в сторону. Андрей с недоумением увидел, что взгляд странной женщины был устремлен на табличку с адресом, на которой было указано «Лесная, 27».

— К сожалению, я вряд ли могу вам чем-то помочь, — сказал Андрей, видя, что пауза затягивается. Но она словно не слышала его, продолжая немигающим взглядом пялиться на табличку. Белов с тревогой отметил, что лицо странной гостьи покрыла мертвенная бледность, это было заметно даже при скудном освещении.

— Послушайте, — начал он, и в этот момент старуха, что-то пробормотав себе под нос, рухнула в обморок.

— Твою мать, — вполголоса выругался адвокат. Этого еще не хватало!

— Что случилось? — раздался голос Елизаветы Ивановны. Она стояла на ступеньках, накинув на плечи теплую шаль.

— Мама, вызывай «Скорую»! — крикнул Андрей. Он обернулся и чуть не столкнулся с Аллой — она была прямо за спиной.

— Ты что здесь делаешь? Марш домой, — скомандовал он. — Видишь, этой бабушке плохо.

Алла не шелохнулась.

Белов ухватил за подмышки бесчувственное тело и потащил его к дому. Елизавета Ивановна по мере своих сил помогла сыну занести ее внутрь, после чего вышла на улицу.

— Ты чего стоишь? Что папа сказал?! — строго спросила она Аллу, потирая поясницу. — Иди домой!

— Она что-то уронила. Смотри, бабуля, — сказала девочка, протягивая Елизавете Ивановне мешочек. При падении женщины ветхие волокна веревки не выдержали, и он оторвался.

— Это точно ее? — спросила Елизавета Ивановна. Алла пожала плечами, и бабушка, вздохнув, забрала мешочек из рук внучки. Он оказался из жесткой кожи, поскрипывал в руках и был довольно тяжелым.

— Пошли домой.

К тому времени, как Андрей вскипятил чаю, незнакомка открыла глаза. Она приподняла голову, в испуге оглядываясь.

— Не волнуйтесь, скоро приедут врачи, — успокаивающе сказала Елизавета Ивановна. Она нервно мяла в руках полотенце, не зная, что еще сделать для этой странной гостьи.

— Кто вы? — спросил Андрей, присаживаясь на край дивана. Невзирая на запущенный вид старухи, что-то подсказывало ему, что она не просто нищенка. Во всяком случае, она была хоть и чумазой, как бродяга, но соответствующего запаха от нее не распространялось.

— Я… я жила здесь, — наконец произнесла женщина.

Андрей и Елизавета Ивановна переглянулись.

— Как вас зовут? — спросил Андрей.

— Ксения.

Она закашлялась, и Елизавета Ивановна неосознанно шагнула назад.

— Простите, я не хотела… То есть я случайно здесь оказалась, — сказала женщина. По ее воспаленным губам пробежала задумчивая улыбка. — Вы здесь сделали хороший ремонт.

— Как ваша фамилия? — резковато спросил Андрей.

Ксения села и снова улыбнулась ничего не выражающей улыбкой.

— Молодой человек, не думайте, что я мошенница. Да, я знаю, на кого сейчас похожа. На нищенку, побирушку. Но поверьте, так было не всегда. Было время, когда я руководила крупной компанией, у меня было все, что я могла себе пожелать. Просто так сложились обстоятельства…

Ее голос был каким-то плавающе-монотонным, как если бы старуха читала заученную молитву.

— Вы мне не верите?

— Пока не очень, — сухо отозвался Андрей. Про себя он уже просчитывал, что можно ожидать от нежданной гостьи — или она будет снова клянчить денег, или, что хуже, выяснится, что она действительно проживала здесь и при продаже дома каким-то образом ее интересы были нарушены. В этом случае дело попахивает судебным разбирательством.

— Этот дом вам продал мой сын Роман. Тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения, высокий брюнет, заметно хромает. Что? Все еще не верите? Хорошо. Могу рассказать о доме. Когда вы сюда въехали, на втором этаже стоял большой шкаф. Это единственное, что Роман отказался забирать, и вы просто выбросили его, так? Рассказать про метраж? Расположение комнат?

— Не нужно, — мягко сказала Елизавета Ивановна. — Мы верим вам.

— Зачем вы пришли сюда? — задал вопрос Андрей, и в его голосе зазвучали враждебные нотки.

Ксения вдруг смутилась, снова став той растерянной и забитой нищенкой, которую увидел у ворот Андрей.

— Ой… Извините. Я и вправду не хотела нарушать ваш покой, — забормотала она. По морщинистому лицу пробежала какая-то смутная тень, и она, будто вспомнив о чем-то, медленно и с опаской посмотрела на руку, на которой висел жалкий браслетик из засаленной веревки. Глаза ее расширились, и она исподлобья посмотрела на Андрея: — Где моя вещь?

— Мы нашли ее у ворот, — ответила за сына Елизавета Ивановна. — Сейчас принесу.

Она вышла в прихожую и через пару минут вернулась, неся в руках мешочек. Увидев его, Ксения встрепенулась, и ее старое, изрезанное морщинами лицо озарилось радостью.

— Благодарю вас, — промолвила она, прижав к груди протянутый мешочек.

С улицы раздался гудок клаксона.

— Вот и доктор приехал, — засуетилась Елизавета Ивановна — она была рада приезду «Скорой», так как присутствие у них дома этой загадочной женщины вызывало у нее неосознанную тревогу. Ее не на шутку пугал полубезумный взгляд старухи, ее нелепая, легкая одежда, этот странный мешочек, в который она вцепилась мертвой хваткой… Что там, интересно?

— Я не поеду в больницу, — внезапно сказала Ксения сварливым голосом. — Я не верю врачам.

В дверь уже звонили, и Елизавета Ивановна пошла открывать.

— Вы не можете сейчас оказаться на улице, — сказал Андрей. Ему вдруг пришло в голову, что эта сумасшедшая вот так и ходит всю зиму — в загаженном халате и комнатных тапочках. Как она вообще оказалась в этих краях?! До ближайшей автобусной остановки три километра по глубоким сугробам! Да и автобусы тут ходят не каждые пять минут!

Ксения засмеялась скрипучим смехом.

— А знаете, почему Роман не хотел брать этот шкаф? — вкрадчиво спросила она, наклонившись. Андрей насторожился.

В этот момент в комнату вошел врач, следом за ним санитар.

— Кто у нас тут больной? — посмотрел врач поверх очков.

— Никто, — захихикала старуха. Она сунула свои искривленные ступни в тапочки и проворно засеменила к выходу. Правая рука с мешочком была все так же прижата к груди.

— Не понял? — протянул врач. Он посторонился, пропуская старуху, и брезгливо сморщился. — Это что за шуточки?!

— Она потеряла сознание. Сейчас пришла в себя и не хочет с вами ехать, — пояснил Андрей и развел руки в стороны. — Извините, но я не вправе заставить ее силой ехать с вами.

— Понятное дело, — пробурчал санитар и, не стесняясь Елизаветы Ивановны, выругался. — Вам известно, что за ложный вызов «Скорой» полагается штраф?