Мальчики с кладбища - Эйден Томас

– Но…

– Уже за полночь, – сказал Ядриэль. – И если мой папа узнает, что я шляюсь по улицам ночью вместе с духом, которого мы призвали вопреки правилам, – он покачал головой, – меня накажут…

– Накажут? – переспросил Джулиан, исказившись в лице, словно никогда не слышал этого слова раньше.

– Мне не разрешат участвовать в акеларре…

– Мне это ни о чем не говорит…

– …и тогда мы завтра вообще ничего не узнаем, – настоял Ядриэль. Отсюда был виден его дом. Все, что им нужно было сделать, – это незаметно провести Джулиана внутрь. – Не говоря уже о том, что мне через пару часов нужно вставать в школу…

– В школу? – На сей раз Джулиан был явно оскорблен. – Тебя серьезно сейчас заботит школа? – Джулиан возмущенно застонал, но почему-то воздержался от дальнейших споров. Вместо этого он засунул руки в карманы бомбера и сердито посмотрел на Ядриэля исподлобья. – Значит, призрачный телефон мне тоже не полагается? – пробормотал он себе под нос.

– Марица? Ядриэль?

Ядриэль подпрыгнул на месте и обернулся – к ним навстречу шли Диего и Андрес. У каждого было по фонарику в одной руке и по изогнутому кинжалу в другой.

– Что вы здесь делаете? – спросил Диего, хмуро глядя на Ядриэля и Марицу. Он одарил Джулиана лишь быстрым взглядом – духи были обычным делом на кладбище. Если Ядриэль сохранит лицо, то они ничего не заподозрят.

– Э, – сказал он, тупо уставившись на брата.

– Мы хотели помочь в поисках Мигеля, – быстро сообразила Марица. Когда их с Ядриэлем ловили за чем-то запрещенным, именно она находила выход из ситуации. – И заручились помощью одного из духов, чтобы проверить старую церковь, – сказала она, кивая в сторону Джулиана.

На сей раз Диего посмотрел на него внимательнее.

Джулиан молчал. Его внимание переключилось на портахе Диего и Андреса, а затем он посмотрел каждому из брух в глаза невозмутимым взглядом. Наконец он вздернул подбородок кивком, которым парни обычно приветствуют друг друга.

Последовала долгая пауза. Ядриэль был уверен, что брат заметил виноватое выражение его лица – или хотя бы услышал предательское биение рвущегося из груди сердца.

Но Диего лишь кивнул.

– Класс, скажу папе, что вы его проверили. – Его внимание вернулось к Ядриэлю. – Возвращайся домой и не беси Литу.

Ядриэль кивнул, заливаясь румянцем.

С этими словами Диего и Андрес развернулись и ушли.

Ядриэль тяжело выдохнул.

– А это еще что за шуты? – спросил Джулиан, морща нос.

– Мой брат и его друг, – сказал Ядриэль, вытирая лоб тыльной стороной ладони. – Хорошо хоть они с папой не дома, все, что нам нужно, – это провести тебя мимо Литы. – Ядриэль повернулся к Марице. – А тебе пора домой.

Марица рассмеялась, пуская волну розово-фиолетовыми кудрями.

– Вот еще! – сказала она, упираясь кулаком в бедро. – Без меня вы не пройдете!

– Не боишься взбесить маму? – раздраженно спросил Ядриэль, пытаясь не обижаться на то, что его внутренний кризис был для нее источником потехи.

– Уже написала ей – она сказала, тебе нужна моральная поддержка после ссоры с папаней.

Ядриэль нахмурился.

– Спасибо большое.

– Да без проблем, – сказала она, потешаясь над его сарказмом. – А кроме того, ты совершенно не умеешь врать. Если кто и проведет Каспера в твою комнату без палева…

– Эй, я вообще-то тут стою! – вставил Джулиан.

– …так это я.

– Ну и как же мы протащим его внутрь мимо Литы? – спросил Ядриэль. Тревога жгла его и без того потрепанные нервы.

Марица заговорщически пошевелила пальчиками.

– Крадучись. – Ядриэль посмотрел на нее, и она опустила руки. – Уже поздно, Лита наверняка вырубилась перед теликом за просмотром «Телемундо»^[58], – заметила Марица.

Джулиану, по-видимому, наскучил разговор – он отошел к случайному надгробию и безуспешно пытался взять лежащий на нем букет бархатцев.

Марица была права, но нужно было учесть и другие факторы.

– Хорошо, допустим, сейчас они ищут Мигеля, но в конце концов вернутся домой – что мы тогда будем делать?

– Эй, давай решать проблемы по мере поступления, Ядз! – ответила ему Марица. – Сначала проведем его наверх, а со всем остальным разберемся завтра.

Джулиан приковылял обратно с прежним сомнением на лице.

– Значит, я ночую у нее? – спросил он, указывая большим пальцем на Ядриэля.

– У него, – хором поправили его они.

Джулиан нахмурился.

– У него? – Он моргнул, глядя на Ядриэля, как бы прочищая глаза.

Лицо Ядриэля покраснело под пристальным взглядом. Он выпрямился, чтобы стать выше. Потные ладони сжались в кулаки по бокам. Мышцы его тела напряглись, а подбородок поднялся в выражении, как он надеялся, упрямой решимости.

Марица скрестила руки на груди, подняв бровь.

– Какие-то проблемы?

Джулиан ответил не сразу, поэтому Марица щелкнула пальцами.

Его взгляд переметнулся на нее.

– Нет, – ответил он с исказившимся от смятения и обиды лицом.

– Вот и славно. – Марица повернулась к Ядриэлю с радостной улыбкой. – Погнали! – сказала она и метнулась к дому.

Ядриэль потер руками лицо. Как его угораздило попасть в такой переплет за столь короткое время? Усталость врезалась в него, как грузовик.

Джулиан, стоявший рядом, прочистил горло.

– Ну и где же, э… – Он покачался взад-вперед на носках, оглядываясь по сторонам. – Где же твой дом?

Ядриэль вздохнул и последовал за Марицей по тропинке, окруженной невысокими мавзолеями.

– Там, – сказал он, указывая на виднеющуюся вдалеке церковь. – Мы живем в небольшом доме рядом с церковью. – Из изогнутой трубы все еще шел дым.

– Йо, ты живешь на кладбище? – изумленно спросил Джулиан.

Ядриэль перекинул рюкзак с одного плеча на другое. Он привык к недоуменным взглядам и насмешкам в свой адрес после того, как другие школьники узнали, что он живет на кладбище. Вдобавок он открыто говорил о собственной трансгендерности, поэтому более чем привык ко взглядам и шуткам.

– Ага, – ответил он, предвосхищая схожую реакцию.

Однако губы Джулиана искривились в плутовской ухмылке:

– Тема, – сказал он, одобрительно кивая.

Из груди Ядриэля вырвался удивленный смех. Он с любопытством посмотрел на Джулиана, изучая его профиль, устремленный к церкви. У него был тяжелый лоб, от которого тянулась прямая линия носа. Он обладал классической красотой каменных статуй, украшавших альковы церкви: перерожденный ацтекский воин.