Мир легенд о свирепых монстрах - Аарон Манке

«…красив и чист лицом, но [он] имеет дьявольский нрав и очень изменчивое настроение. Он превосходит всех людей в хитрости и всегда лжет. Он постоянно вовлекает богов в большие трудности и сам же помогает им хитростью».

Но Локи не одинок в мире трикстеров. В греческой мифологии есть Гермес, который был – помимо всего прочего – богом воров. Фольклор Западной Африки упоминает паука Ананси, а некоторые легенды повествуют также о кроликах-проказниках. Многие ученые полагают, что в последних кроются истоки более современных сказок о Братце Кролике; скорее всего, так и есть. Фольклор, как мы ранее много раз обсуждали, умеет с течением времени расти и приспосабливаться.

Мы можем увидеть эту эволюцию в европейском народном творчестве. Старые представления о трикстерах, нарушающих правила и усложняющих жизнь, нашли свежее выражение в новых сказках и легендах. Истории вроде другие, но те же самые, если вы понимаете, что я имею в виду. Скрывающийся под внешним покровом и декорациями культуры, каждый трикстер – это притворщик, в прямом или переносном смысле. Трикстеры приспосабливаются, притворяются и меняются. Иногда они трансформируются сами, но чаще так обыгрывают и изменяют ситуации вокруг себя, что их смысл меняется на противоположный. Если есть нравственное или общественное правило или закон, то трикстер тут как тут, чтобы изменить или нарушить его.

В Европе представление о едином боге-проказнике трансформировалось в идею множества озорных существ. Мелкие подробности меняются от места к месту, но большинство их именований сейчас так же известны, как Локи. Лепреконы, брауни, хобгоблины, пука, эльфы, гномы… Каждое слово, я уверен, вызывает в воображении определенный образ, но за прошедшие столетия все они были разновидностями одного и того же архетипа трикстеров.

Эти существа все же объединяет несколько общих физических примет. Конечно, они назойливы и безнравственны, но еще они почти везде описаны как маленькие человекоподобные создания. Гоблины, эльфы, крошечные мужчины и женщины – достаточно маленькие, чтобы оставаться незамеченными или невидимыми для людей, но достаточно большие, чтобы доставить неприятности.

Лепреконы являются прекрасным примером. Их название буквально означает «маленькое тело», и хотя это неприсуще самым древним представлениям о трикстерах, оно, безусловно, соответствует большинству современных интерпретаций. И, конечно, с точки зрения морали, они неоднозначны. Один ученый описывает их как «не вполне хороших и не вполне зловредных».

Во-вторых, трикстеров часто описывали красными или черными. В некоторых легендах у них такой цвет кожи, другие говорят, что это шерсть. Черный и красный долгое время считались плохими цветами, поэтому если вы хотели описать что-то злое, оно, без сомнения, должно было быть черным, красным или обоих этих цветов вместе.

В кельтском фольклоре есть пука, которых считают опасными носителями зла. Я упоминал их ранее, но вдобавок к малому росту во многих описаниях они покрыты черной шерстью. О, они еще и оборотни, частенько превращаются в черных коней – этот факт я попросил бы вас запомнить, обсудим его позже.

В других культурах существует гораздо больше разновидностей, но я хочу упомянуть лишь одну: лютены (the lutin). Это исключительно французская версия. Как и других, их описывают маленькими – особенно мужчин – и склонными к озорству и веселым шалостям. Так же, как пука, они умеют превращаться в животных.

Но лютен отличается тем, что любит превращаться именно в черного кота – известного носителя темных сил в различных суевериях. Из-за этого их часто изображают спутниками ведьм и колдунов, способными наложить проклятие на всякого, кто перейдет им дорогу. И знаете что? Это тоже запомните на будущее, договорились?

Понятие о крошечных трикстерах наглядно запечатлено в европейском фольклоре. Они то и дело появляются везде, где только можно, от произведений Шекспира до историй о Гарри Поттере. Они все маленькие, безнравственные, и их необходимо умиротворить, чтобы избежать дурных последствий.

Что действительно завораживает в народном творчестве – это его мобильность. Вы можете изъять человека из его культурной среды, но гораздо труднее отнять у него его культуру. Поэтому, когда европейцы стали заселять Новый Свет, неудивительно, что они принесли с собой свои предрассудки и суеверия.

Многие из этих преданий были просто детскими историями, безобидными и добрыми нравоучениями. Но триста лет тому назад одно поселение столкнулось кое с чем, открывшим новый взгляд на трикстеров.

То, что обнаружилось, было очень страшным.