Индиго - Денис Шулепов

Валентин пребывал в довольно странном настроении. Казалось бы, Сам Бог помогает ему в вендетте… Но это то Валентина и смущало — всё слишком шло по писанному, не нужно было прилагать фантазию и закручивать интригу.

Чересчур банально.

Валентин с Дмитровки не поехал домой, а проехал до Тульской. Он знал, что там есть монастырь, значит, должна быть и церковная лавка. Валентин захотел приобрести икону Божией Матери и дома перед Ней на коленях

учиться

молиться. Пусть не настоящими молитвами, а отсебяшными, но зато от всей души и от всего сердца. Важен же не сам факт знания церковных молитв и псалмов, важна — искренность! И Валентин искренне хотел просить Матерь Божию, чтоб Та попросила Сына Своего быть не таким ярым и нетерпеливым мстителем.

Валентин купил икону.

Дома он поставил её на стол, сел перед ней и долго-долго смотрел. Смотрел, не решаясь молвить слово. Дева Мария с Младенцем на руках завораживала осознанием того, как давно случилось Чудо. Спустя столько веков и поколений не померкли Они в памяти людской, напротив — вера в Них только крепнет после атеистского коммунистического периода.

И это прекрасно! Прекрасно ещё и потому, что Великая Вера вернулась в душу Валентина. Он не мог найти причину связи с сопровождающей его во снах

и обмороках

крестьянкой, но предчувствовал, что именно из-за неё потерял веру в Бога, в равновесие сил Добра и Зла. Но, слава Господу, со встречи с собакой Валентин уверовал…

«Уверовал или просто поверил?» — спросил себя Валентин. Он ощущал разницу слов, но не знал, в чем она заключается. От глобальных мыслей голова начинала пухнуть.

«Вот ведь каков Бог, он сделал так, чтобы все из Списка попали в один жизненный промежуток (и именно в этой реальности, если верить открывшейся мне теории!). И ещё о чём хочу молить, так чтобы Третьим Из Списка не был ребёнок!» — подумал Валентин и сосредоточился на молитве.

В таких молитвах и раздумьях и закончился кажущийся долгим дождливый день. Валентина сморил Морфей, не удосужившись наполнить сны видениями. Лишь ближе к утру Фантаз пристыдил брата, и Морфей явил яркий до рези сон. Валентину снился он сам, сидящий за столом в рабочей бытовке на ненавистной стройке и раскладывающий пасьянс (который в реальности понятия не имел, как раскладывать). Он вытянул из колоды карту. Валет пик, но не обычный, а

необычный

с лицом Валентина. Валентин присмотрелся… и ужаснулся: если с верхней половины карты на него вылупился удивленными зенками валет-Валентин (что можно как-то принять), то с нижней половины той, что верх тормашками, повернув голову, впялила в Валентина свои очи дама пик . Потом дама пик открыла рот и зачавкала.

Валентин проснулся, как от пинка по голове. Секунду-другую соображал, где находится, и только потом мозг зафиксировал источник чавкающего звука. Золотые «чёрт-бы-их-побрал» рыбки! Валентин встал с кресла, в котором проспал ночь, из-за чего болела вся фигура, проковылял, покряхтывая, в туалет, потом достал с полки запыленный сонник и раскрыл на букве «К». Карты, пики — обозначают обман.