Эвервилль - Клайв Баркер

Она отодвинула тарелку и начала по одной выкладывать карты на стол.

— Яфф научил меня кое-чему. Он сказал мне, когда я разглядывала символы на кресте: понять что-то — значит получить. Когда ты поймешь, что означает символ, он перестанет быть символом, и у тебя в голове окажется сама эта вещь, — сказала Тесла и поглядела на карты, потом на Будденбаума.

Его взгляд был ледяным. — На перекрестках все растворяется, не так ли? Плоть и дух, прошлое и будущее, все превращается в сознание. — Она отыскала карты, образующие вместе крест, и соединила их. — И чтобы постигнуть Искусство, тебе нужно собрать все, что стекается к одному перекрестку. Частицы животного. Частицы человеческого. Частицы воображаемого. Правильно?

— Думаю, ты сама знаешь, — медленно проговорил Будденбаум.

— На чем я остановилась?

— На воображаемом.

— И конечно, последнее. — Она взяла карту с символом, изображенным на верхней части креста. — Частицы божественного.

Будденбаум вздохнул.

— Джай-Вай, — закончила Тесла, выкладывая карту на стол.

Будденбаум молчал секунд двадцать. Потом сказал:

— Ты представляешь, как трудно было все это устроить? Найти место, чтобы собрать все силы? Конечно, это не единственный перекресток, где я закопал крест. Но с ним связано еще кое-что.

— И что же?

— Девочка по имени Мэв О'Коннел.

— Кто она?

— Она закопала здесь крест по моей просьбе, еще до то го, как город был основан. Я услышал, как ее отец звал ее по имени, и подумал, что это знак. Это имя ирландского духа, что приходит к людям во сне. Потом, когда я познакомился с ее отцом, я понял, как легко на него повлиять. Заставить его построить город, где соберется все, что мне нужно, и где мой маленький крест будет накапливать силу.

— Так Эвервилль — твое творение?

— Нет. Я лишь вдохновил его. Остальное сделали обычные мужчины и женщины.

— Но ты следил за ними?

— Конечно. В первые годы казалось, что семя не прорастет. Отец погиб в горах, а дочь вышла замуж за странного типа с той стороны, так что люди здесь не селились.

— Кто же построил город?

— Не знаю, Я долго отсутствовал, а потом приехал и нашел Эвервилль. Конечно, на Александрию он не походил, но тоже имел свои прелести. Здесь появлялись пришельцы из Метакосма, они скрещивались с Сапас Умана, и мой медаль он копил энергию.

— Ты долго ждал.

— Я готовился. Рэндольф Яффе — не единственный, кто лишился ума, пытаясь получить Искусство. Хорошо, что у меня хватало времени благодаря Рар Уту и ее приятелям. Теперь я готов. Кроме одного маленького кусочка головоломки.

— И ты хочешь, чтобы я тебе его добыла?

— Если тебе не составит труда.

— Если я это сделаю, ты не дашь иадам уничтожить город?

— Обещаю.

— А откуда мне знать, что ты не вознесешься в свое высшее состояние и не бросишь нас здесь погибать?

— Ты должна мне поверить. Ведь это последнее обещание, которое я даю, будучи человеком.

Тесла подумала, что аргумент сомнительный, но ничего другого ей не оставалось.

— И еще одно, — сказал Будденбаум.

— Что?

— Когда ты приведешь Джай-Вай на перекресток, уезжай из города.

— Почему?

— Потому что днем вся моя работа пошла насмарку из-за тебя.

— Откуда ты знаешь?

— Ты нунциат. Сила не могла выбрать, к кому из нас прийти, и растерялась.

— Ладно. Я уеду.

— Теперь от меня требуется обещание.

— Ты его уже дал.

— Хорошо. А сейчас… Сожги, пожалуйста, эти карты.

— Зачем?

— В качестве жеста доброй воли. Тесла пожала плечами.

— Пожалуйста, — согласилась она и, собрав карты, сунула их в пламя. Они вспыхнули, порхая в огне, как черные бабочки.

— Ну, все. — Будденбаум встал. — Встретимся на перекрестке.

— Я приду.