Колодец девственниц - Лана Синявская

Когда гости наелись, наступил черед застольной беседы. Анна отметила, что Грин держится с падре Мигелем по-свойски. Скорее всего, их связывали давние отношения. Остальные сидели молча, только Минни время от времени бросала в сторону Анны косые взгляды да Янси иногда хватался за свою камеру, чтобы запечатлеть особенно понравившийся ему момент.

Анна прислушалась к тому, что говорил падре. Он изъяснялся на чистом английском, настолько правильном, что Ане временами казалось, будто она слышит записанную на магнитофоне речь диктора обучающей программы.

– Вы же знаете местных жителей, – вещал падре, – это сущие дети. Наивные на первый взгляд, но хитрые, когда им это нужно.

– Все правильно, – согласно кивнул мистер Грин, – но, надеюсь, эти их особенности не помешают мне получить к завтрашнему утру обещанных вами проводников?

– Я тоже на это надеюсь, – вздохнул толстяк, – но они так непредсказуемы... Для этих людей не существует понятия пунктуальности. Даже если какой-нибудь из них клятвенно обещает быть в назначенное время в определенном месте, это вовсе не означает, что он это обещание выполнит: либо существенно опоздает, либо вообще не явится на встречу. Слово «маньяна», которое у всех других латинос означает «завтра», для метисов лишено определенного значения. «Когда-нибудь» – вот что они подразумевают под этим словом...

Грин перестал жевать и отложил вилку в сторону. Его проницательные глаза уставились на миссионера.

– Что это значит? – жестко спросил Грин. – Прекратите юлить, падре, и говорите начистоту: я получу проводников?

– Конечно, любезный, конечно! Вы их получите, как мы и договаривались. Просто возникли некоторые сложности... Мне понадобилось приложить гораздо больше усилий, чем я рассчитывал, чтобы уговорить людей сопровождать вас.

Падре заискивающе заглянул в глаза мистера Грина, вымученно улыбаясь. В этот момент он здорово напоминал нашкодившую дворнягу, пытающуюся вилять хвостом, чтобы заслужить прощение хозяина. В данном случае его усилия пропали даром. Грин все больше хмурился. Остальные также навострили уши. Шесть пар глаз настороженно уставились на окончательно перепуганного миссионера.

– Так в чем же дело? – продолжал настаивать Грин, пытаясь добиться ясного ответа. – Опять эти глупые суеверия? Мне казалось, я достаточно заплатил, чтобы эти глупцы забыли о своих страхах.

– О, более чем достаточно! – поспешно заверил толстяк, старательно кивая головой, видимо, для пущей убедительности. – Но за это время в деревне случилось много неприятностей, и люди готовы были передумать. Однако мне удалось уговорить их, хотя пришлось пообещать им кое-что сверх того, что я был уполномочен предложить.

– Деньги не проблема, – отрезал Грин. – А что тут произошло? Кстати, я до сих пор не видел Макса? Он здесь?

– Он был в деревне, но... Лучше я расскажу все по порядку.

– Сделайте милость.

– Дело в том, что с некоторых пор деревню терроризирует неизвестное животное.

– И только-то? – вскинул брови Грин. – А что, охотники у вас перевелись?

– Не все так просто. Это не обычное животное, как, например, гепард или стая обезьян. Такие случаи бывали и раньше, но мы успешно справлялись с ними. Жизнь рядом с джунглями делает людей хорошими охотниками.

Услышав замечание о гепардах, сказанное небрежным тоном, Анна содрогнулась, но то, что последовало за этим, заставило ее ужаснуться.

– Это началось почти месяц назад, – продолжал падре, – из деревни пропал ребенок, маленькая девочка. Ее нашли в лесу. Точнее, то, что от нее осталось: обглоданный скелет без головы. Ее смогла опознать мать, да и то лишь по дешевой цепочке с образком, которая болталась у ребенка на шее. Сначала подумали, что это какой-нибудь оголодавший хищник, выбравший в качестве жертвы человеческого детеныша. Такое, к сожалению, бывало и раньше. Раненое или очень старое животное, которое не в состоянии охотиться на привычную добычу, порой решается полакомиться человечиной. Единственное, что насторожило следопытов, – это следы зубов, оставленные на костях. Они были странной формы и имели гораздо более крупные размеры, чем у любого из обитающих в местных лесах хищников. Дальнейшие события посеяли среди жителей деревни настоящую панику, – удрученно покачал головой падре Мигель. – Стали пропадать люди, в основном дети и подростки, хотя пару раз жертвами неизвестного зверя становились молодые девушки. Мы организовали специальный отряд, но, несмотря на то что в него вошли самые опытные охотники и следопыты, поймать монстра не удалось. Не помогли ни капканы, ни отравленная приманка. А люди продолжали пропадать. В деревне стали поговаривать о том, что это не простое животное. Людей обуял суеверный ужас. Они боялись отпускать от себя детей, боялись ложиться спать по ночам.

– Но почему же вы не сообщили властям? – удивился Грин.

– Разумеется, мы сообщили, – обиженно поджал губы падре. – Но власти вместо того, чтобы прислать нам вооруженный отряд, который помог бы изловить проклятое животное, прислали нам специалиста по генетике! Какого-то зоолога, который, по их мнению, мог установить причины отклонений у чудовища-людоеда.

– Ну и как? Удалось ему это установить?

– Куда там! – махнул рукой падре. – Хотя он был настолько уверен в своих возможностях и собственной безопасности, что прибыл вместе со своей семьей – женой и семилетним сынишкой...

– Где же они теперь?

– Никто не знает, – падре развел жирные ручки в стороны. – Однажды зоолог в сопровождении жены и ребенка вышел вечером из дома – и все, больше их никто не видел.

– Их загрызло чудовище? – спросила Минни, глядя на падре расширенными от страха глазами.

– Я не могу ответить на этот вопрос, милая леди. Никаких останков ученого, равно как и останков его близких, мы не обнаружили. Они как будто исчезли.

– Подозреваю, что ученый муж попросту сбежал, почуяв, что ему не справиться с чудовищным зверем, – саркастически ухмыльнулся Янси. – Я бы тоже так поступил на его месте. Кому охота отправиться в желудок хищника, который даже неизвестно как называется.

– Можно подумать, что быть проглоченным известным хищником намного приятнее, – скривила губки Минни.

– Как бы то ни было, – вмешался Грин в их перепалку, – зверь до сих пор на свободе?

– Увы. Наши мужчины каждый день с утра до вечера прочесывают лес, но их поиски не приносят результатов. Люди боятся заходить глубоко в джунгли и поэтому отказываются сопровождать вас.

– Глупости, – отрезал Грин. – Вашему зверю совершенно не нужны непроходимые заросли, чтобы нападать на людей. До сих пор он успешно охотился вблизи деревни. А это означает, что здесь ничуть не безопаснее, чем в сельве. Кроме того, мы хорошо вооружены и будем соблюдать осторожность. Впрочем, если у ваших людей есть сомнения, я сам поговорю с ними и, уверен, сумею их убедить.

Анна не стала слушать, чем закончится разговор. Она и так была уверена, что Грин получит в конце концов все, что ему нужно. Такой уж он человек. Поэтому она осторожно выскользнула из-за стола и вышла во двор. Ей хотелось побыть одной, чтобы подумать. С каждым днем ситуация, в которую она угодила, становилась все опаснее. Теперь еще этот неизвестный хищник, который охотится на людей, как на перепелок... И надо же ему было появиться именно сейчас, когда ее занесло в эти края! Ну что же, ей некого винить, кроме себя. Следовало быть умнее и не соваться сломя голову в первую попавшуюся авантюру.