Одержимость - Рамона Стюарт

Устав до полного изнеможения во время долгих поисков ночлега, мистер Гамильтон не стал тратить много времени на приготовление ко сну. Но прежде чем нырнуть в столь желанную постель, он тщательно закрыл дверь: в те времена Портсмут был довольно-таки опасным местом. Наконец мистер Гамильтон улегся в кровать и моментально заснул.

Он проспал около часа, когда в переулке раздался какой-то шум. Мистер Гамильтон открыл глаза, прислушался и уже собрался было повернуться на другой бок, как вдруг в призрачном свете луны увидел, что на соседней кровати кто-то лежит. Мистер Гамильтон приподнялся на локте, чтобы рассмотреть незнакомца получше. Тот, обнаженный до пояса, с повязанным вокруг головы платком, распластался поперек кровати, свесив ноги на пол. Мистер Гамильтон подумал, что человек, должно быть, очень устал, если умудрился заснуть в таком неудобном положении.

Рассердившись на хозяйку, так вероломно нарушившую договор, мистер Гамильтон хотел было растолкать непрошенного соседа и выставить его вон, но присмотревшись повнимательнее, он подумал, что такие действия могут привести к неприятным последствиям. Крепкий, довольно грубой наружности парень очень походил на матроса, и затевать с ним скандал среди ночи было бы неразумно. Кроме того, сосед вел себя довольно спокойно и не причинял никаких неприятностей. Еще немного понаблюдав за матросом, мистер Гамильтон повернулся на другой бок и крепко заснул.

Он проснулся рано утром. Солнце заливало комнату ярким светом. Мистер Гамильтон посмотрел на другую кровать. Сосед все еще спал, причем в той же самой неудобной позе. Но теперь, при ярком солнечном свете, соседа можно было рассмотреть получше.

Загорелое и довольно приятное лицо несколько портили необычайно густые и очень длинные черные бакенбарды. А то, что при свете луны показалось красным платком, на самом деле было окровавленной повязкой.

Мистер Гамильтон не на шутку испугался и впервые задал себе очевидный вопрос: «А как вообще незнакомец попал в комнату?». Мистер Гамильтон совершенно отчетливо помнил, что перед сном тщательно запер единственную дверь, расположенную как раз между кроватями, спинки которых упирались в ту же стенку. Мистер Гамильтон встал и подошел к двери. Дверь была заперта. Более того, из замочной скважины торчал ключ, и похоже, после того как мистер Гамильтон вечером запер дверь, к ключу никто не притрагивался. Другими словами, ни один человек не мог попасть в комнату, не разбудив мистера Гамильтона или не выломав дверь.

Наконец мистер Гамильтон решился разбудить моряка, понимая, что не сможет без его помощи решить эту загадку. Мистер Гамильтон повернулся и не поверил своим глазам: незнакомец исчез. Это было невероятно! Мистер Гамильтон ничего не слышал, да и отвернулся он всего на несколько секунд, когда осматривал дверь и замок. Как парень умудрился без единого звука встать с кровати? Куда он подевался? К тому же, вспомнил мистер Гамильтон, матрос был ранен и, по-видимому, тяжело! Нет, произошло нечто невообразимое: для исчезновения не было ни времени, ни более-менее доступного способа.

Мистер Гамильтон обыскал комнату, пытаясь найти хотя бы намек на объяснение случившемуся. Он заглянул под кровать, тщательно простучал все стены в поисках потайной двери, посмотрел за шторами, внимательно изучил задвижки на окнах. Ничего. Объяснить быстрое и бесшумное исчезновение из комнаты раненого моряка было невозможно.

Озадаченный мистер Гамильтон быстро оделся и спустился вниз, чтобы обсудить все происшедшее с хозяйкой. Было еще слишком рано, и ему пришлось ждать.

Наконец хозяйка вышла, и мистер Гамильтон попросил рассчитать его. Он объяснил, что не может оставаться в гостинице, поскольку хозяйка, несмотря на все обещания, пустила к нему в комнату еще одного постояльца.

— О чем это вы? — возмутилась хозяйка. — Вам одному предоставили целую комнату. Удобную и хорошую — другой такой нет во всем Портсмуте. Прошлой ночью я пять или шесть раз могла бы сдать вторую кровать, но отказалась. И вы еще имеете право обвинять меня? Вы — не джентльмен!

Женщина была близка к истерике, надвигалась довольно безобразная сцена. Пытаясь прекратить грядущий скандал, мистер Гамильтон раскрыл бумажник и вручил хозяйке двойную плату.

— У меня нет причин жаловаться на человека, ночевавшего в моей комнате. Он не доставил мне беспокойства. Меня расстроило то, что вы нарушили наше соглашение, — сказал мистер Гамильтон и, пытаясь предотвратить новую вспышку ярости, быстро добавил, — хотя, возможно, вы и не виноваты. Вероятно, кто-нибудь из прислуги без вашего ведома пустил ко мне в комнату постороннего.

— Какого такого «постороннего»?! — не унималась хозяйка. — В вашу комнату никто не мог войти, если только вы бы сами не впустили кого-нибудь. Я дала вам ключ от комнаты и слышала, как ночью вы заперли дверь. Если, как вы утверждаете, в комнате ночевал кто-то еще, значит вы сами его и впустили. Никакого другого объяснения нет и не может быть!

— Да, это истинная правда, я действительно закрыл дверь на ключ, — согласился мистер Гамильтон, упаковывая багаж, — но тем не менее, на второй кровати ночью оказался еще один человек, моряк, и я готов присягнуть, что видел его своими собственными глазами. Да, я понятия не имею, как он попал в комнату, и тем более не знаю, как он из нее вышел, но уверен, что видел этого моряка с разбитой головой и огромными бакенбардами.

Выпалив все это, мистер Гамильтон решительным шагом направился к выходу из гостиницы, не желая продолжать затянувшийся бесполезный спор. Но не успел мистер Гамильтон сделать несколько шагов, как хозяйка остановила его. С женщиной произошла разительная перемена: она неожиданно утихомирилась, а ее лицо приобрело мертвенно-серый оттенок.

— Бакенбарды? — прошептала хозяйка.

— Да, — ответил мистер Гамильтон, озадаченный таким поворотом событий. — Я в жизни не встречал таких удивительных бакенбард.

— И разбитая голова!… — пролепетала хозяйка. — Бога ради, сэр, задержитесь на минутку, умоляю вас — опишите мне подробно, что вы видели прошлой ночью в комнате. Все, до последней мелочи.

Мистер Гамильтон удостоверился, что их никто не подслушивает, и постарался в сжатой форме изложить суть происшедшего.

— Я не видел ничего особенного, мадам, только матроса, о котором и рассказал вам, — повторил мистер Гамильтон, несколько смущенный переменой, происшедшей с хозяйкой. — Мне кажется, он попал в комнату после