Реликварий - Дуглас Престон

– Это похоже на какой-то ритуал, – прошептала она.

– Именно, – ответил из темноты Пендергаст. – И это – совершенно точно – одна из причин того, почему ни одно убийство не совершалось в полнолуние. Ритуал в самом разгаре. Весь вопрос в том, кто или что руководит им, после того как погиб Кавакита.

– Не исключено, что в их среде произошло нечто вроде переворота, – сказала Марго. – В примитивных обществах шаманов часто убивают, чтобы освободить место для конкурента, который обычно является доминирующим в данной группе. – Несмотря на сильный страх, она не могла отвести взгляд, настолько заинтриговало её зрелище.

– Да, – согласился Пендергаст. – Если одно из этих существ прикончило Кавакиту и заняло его место, становится понятным, почему число убийств возросло, и они стали более зверскими.

– Посмотрите, как Морщинники передвигаются, – прошептала Марго. – Создается впечатление, что у них саблевидные ноги. Это может быть результатом нехватки витамина D в организме.

Внизу началось какое-то движение. Где-то, вне поля зрения Марго, раздался хор низких голосов. Морщинники расступились, образуя проход. Послышались предупреждающие крики, и Марго увидела ещё одну фигуру в темном балахоне с низко опущенным капюшоном. Фигура восседала на троне, сооруженном из костей и необработанной кожи. Трон медленно несли к хижине несколько Морщинников. В неровном, мерцающем свете вся картина являла собой ужасающую фантасмагорию. Кресло внесли в хижину, и пение сделалось громче.

– Похоже, прибыл верховный жрец, – еле слышно прошептала Марго. – Церемония вот-вот должна начаться.

– Может, нам все же лучше удалиться? – услышала она над ухом голос д’Агосты. – Простите, что помешал вам любоваться живой иллюстрацией к “Нэшнл джиографик”, но тридцать фунтов пластита только и ждут момента, чтобы взорваться.

– Винсент прав, – согласился Пендергаст. – Кроме того, мы должны установить ещё один заряд. Надо идти, доктор Грин! – Он положил руку ей на плечо.

– Еще минуту, – прошипела Марго. По рядам Морщинников прокатилось волнение, и в поле зрения появилась ещё дюжина фигур с капюшонами на головах. Вновь прибывшие направились прямо к хижине. Не доходя нескольких шагов до входа, они опустились на колени и разместили на полу полукругом несколько небольших черных предметов. Пение стало ещё громче, и из хижины выступила темная фигура с двумя пылающими факелами в руках.

Марго пристально вглядывалась в непонятные предметы, пытаясь определить, что же это такое. Шесть неправильной формы странных, похожих на каучуковые, шаров. Шары, без сомнения, играли в начинающейся церемонии весьма важную роль. Кажется, племя чудзи в Натале использовало круглые камни, выкрашенные в белые и красные цвета, призванные символизировать смену дня…

Одно из существ подняло темный объект, и, едва сдержав крик ужаса, Марго отпрянула от отверстия.

Пендергаст подскочил к щели и долго смотрел вниз. Наконец он поднялся и отошел в сторону.

– Мы потеряли всю команду подводников.

Мефисто прошел вперед и заглянул в щель. В красноватом зареве его борода приобрела совершенно зловещий вид, и он действительно стал походить на Мефистофеля.

– Говорил тебе, чудак, погружайся натощак, а сожрешь чего-нибудь – очень можешь утонуть… – пробормотал он, вновь отступая в темноту.

– Думаете, они успели установить заряды, прежде чем… – тихо спросил д’Агоста.

– Остается надеяться, что успели, – проворчал Пендергаст, устанавливая металлическую плиту на место. – Закладываем последнюю порцию и уходим, пока есть время. Винсент и я воспользуемся фонарями впереди и сзади, вы остаетесь между нами. Мы уже практически в самом гнезде. И прошу вас проявлять гипербдительность.

– Гипербдительность… – фыркнул Мефисто.

Агент ФБР с легким осуждением посмотрел на вождя бездомных и сказал, поворачиваясь к выходу:

– Мы обсудим ваше отношение ко мне и мое отношение к вашим кулинарным пристрастиям как-нибудь в другой раз.

Они выскользнули через дверь в дальней стене диспетчерской и продолжили путь по довольно широкому коридору. Пройдя ярдов сто, Пендергаст снова остановился. Из прохода вертикально вниз уходила пробитая в граните шахта. Из шахты доносился глухой бой барабанов.

– Странно, – заметил агент ФБР. – Этот тоннель на моей карте не обозначен. Впрочем, это не имеет значения. Последний заряд, так или иначе, запечатает все выходы.

Они снова двинулись вперед и через пару минут оказались в помещении, некогда служившем складом. У одной из стен лежали массивные ржавые колеса, там же хранилось сигнальное оборудование и запасные механизмы перевода стрелок. На полусгнившем столе валялась жестяная коробка для ленча, в которой ещё остался скелет цыпленка. Создавалось впечатление, что помещение оставляли в большой спешке.

– Ну и местечко, – заметил д’Агоста. – Поневоле начинаешь задумываться о том, что творилось в этих тоннелях.

– Вряд ли кто-нибудь знает это теперь, столетие спустя, – ответил Пендергаст. Он кивнул в сторону окованной металлом двери: – За дверью – служебная лестница, ведущая в Тоннели Астора. Здесь мы и установим последний заряд.

Он вынул из мешка брикет пластита и сразу вывалял его в грязи.

– Для чего? – поинтересовался д’Агоста. – Камуфляж?

– Именно, – прошептал Пендергаст, укладывая взрывчатку у основания бетонного пилона. – Это место, надо полагать, посещается довольно часто.

– Господи, – еле слышно выдохнула Марго. На полу коридора, по которому они только что пришли, виднелись бесчисленные следы босых ног. Она нащупала маску и вдохнула немного кислорода. Влажность в тоннеле приближалась к ста процентам. Марго сделала ещё один вдох и передала маску Смитбеку.

– Спасибо. – Он два раза медленно вдохнул. Марго увидела, как в его глазах появилось что-то похожее на блеск. Волосы у журналиста слиплись и упали на лоб; рубашка была порвана и покрыта пятнами крови. “Бедняга Билл, – подумала Марго. – Он похож на человека, только что выбравшегося из сточной канавы. Впрочем, это предположение, видимо, не слишком далеко от истины”.

– Что происходит там, наверху? – спросила Марго, чтобы отвлечь его от тяжелых мыслей.

– Все словно взбесились. Будто все силы ада вырвались на свободу. В самый разгар возглавляемой миссис Вишер демонстрации из-под земли вдруг начали выскакивать сотни кротов. Прямо на Бродвей. Я слышал, что копы использовали слезоточивый газ в тоннелях под Пятьдесят девятой улицей и под парком.

– Кроты, Скриблерус? Да, мы – кроты, но мы и люди. Мы скрываемся от солнечного света не из-за сияния или ласкового тепла. Нет, мы прячемся от того, что открывается в солнечном свете нашему взору. Продажность и взяточничество, миллионы никому не нужных тружеников, вечно бегущих на месте по бесконечной ленте конвейера. “О, горы, горы трупов предо мною. Кто ведать мог, что смерть жестокая поглотит стольких”.