Дольмен - Николь Жамэ

Лучи солнца подползли к подушке, на которой безмятежно спала Мари. Золотистая полоса света коснулась ее лица, веки дрогнули, и она медленно выплыла из сна. Рука двинулась в поисках возлюбленного, и его отсутствие сразу пробудило ее до конца. Мари почувствовала легкую досаду, что его рядом не оказалось. Потом в мрачной пляске закружились ее самые черные мысли…

Ее поредевшая семья. Кристиан. Риан. Пьеррик. Следствие. Она отбросила в сторону одеяло и соскочила с кровати.

Увлекаемая неведомой силой, Мари побрела в сторону Ти Керна. Пелена тумана еще покрывала посверкивавшую от росы траву. Прибавив шагу, она подошла к двум уставшим после бессонной ночи жандармам:

– Ничего?

– И следов не осталось от этого Риана! Готов поставить на кон свое удостоверение, что он давным-давно покинул остров.

Они сделали прощальный знак рукой и двинулись дальше. Мари продолжила путь одна. В отличие от этих двоих она не сомневалась, что Риан по-прежнему в Ландах. Интуиция редко ее обманывала.

Сердце у Мари забилось. Будто ее материализовавшаяся мысль, вдали, метрах в пятидесяти от нее, показалась одинокая человеческая фигура. Она остановилась. Риан? Интуиция говорила «да», но разум заставлял ее пристально вглядываться в этот зыбкий силуэт, слишком далекий, чтобы она могла с достоверностью опознать в нем того или ту, кто, стоя на берегу, смотрел вниз, на море, бившееся о скалы Разбойничьей бухты. Повинуясь инстинкту, Мари побежала со всех ног к серой неподвижной тени. Кровь застучала у нее в висках. Человек, стоявший лицом к свету, двинулся по направлению к ней. Она постаралась увеличить скорость бега, чтобы не потерять его из виду. Человек прошел между менгирами, потом скрылся за дольменом.

И больше уже не появился.

Мари помчалась еще быстрее и наконец, запыхавшись, достигла монолитов. Единственным человеком на острове, кто мог таким способом скрыться под дольменом, был Риан. Она собиралась последовать его примеру, но в этот момент ее окликнули:

– Что ты здесь делаешь?

Удивленная, она посмотрела вверх: перед ней стоял Люка.

– Как ты догадался, что я пошла именно сюда?

По двум вертикальным черточкам между бровей она догадалась о его дурном настроении.

– Экраны мониторов снова погасли. Кто-то уничтожил камеры, все до одной…

Она нетерпеливо его перебила:

– Риан только что исчез под дольменом! Нельзя терять ни минуты!

Не отвечая на саркастическое замечание Ферсена, она нажала на солнечный знак, плита сдвинулась, открыв прорубленные в скале ступеньки, ведущие в склеп.

Круглый зал был пуст.

– Я видела, он точно исчез в склепе! – защищалась Мари. Люка не нападал, но его молчание выражало сомнение.

– Не уйду из этого зала, пока…

Слова замерли на ее губах. Луч фонарика высветил деталь, которая ее заинтересовала. Она отошла назад и присела на корточки, обратив все внимание на маленькую веточку вереска, которая осталась зажатой между двумя гранитными глыбами, которые были плотно пригнаны друг к другу. Люка встал на колени рядом с ней. Он согнул кончик торчавшей ветки.

– Гибкая, полная соков – значит, сорвана недавно. Между глыбами есть зазор.

– Я была в этом уверена! Через проход и ушел Риан. Нужно найти механизм, который его открывает.

– Теперь Риан уже далеко отсюда, – проговорил Люка.

– Лучше помоги, чем ворчать!

Она попыталась сдвинуть глыбу, естественно, безуспешно. Люка стоял позади, изучая расположение каменных блоков.

– Разрешишь? Дай возможность мужчине показать свое преимущество!

Отодвинув Мари в сторону, он надавил на глыбы в нескольких местах. После третьей попытки узкий блок, составлявший часть стены, открыл узкий лаз.

– Вот так. Что, удивлена?

– Ну… Конечно, совсем неплохо, – сказала она с раздражением. – Иди первый, а я за тобой.

Он пролез в щель, Мари тоже. Вскоре проход расширился, он стал достаточно высоким, чтобы идти, слегка наклонив голову.

По виду туннеля можно было предположить, что он проделан давно и гранитные стены выдержали проверку временем. Воздух оказался затхлым, но вполне пригодным для дыхания. Они двигались по нему всего несколько минут, которые показались им вечностью. Люка считал шаги, делая какие-то вычисления.

– Восемьсот метров. Мы двигаемся все время зигзагами, интересно, куда все-таки выйдем?

– Если вообще куда-нибудь выйдем, – добавила Мари, скорее с досадой, чем обеспокоенно, ибо следы шли в обоих направлениях.

Наконец они остановились у подножия лестницы, которая упиралась в стену, по виду абсолютно глухую.

Армель де Керсен с трудом удавалось хотя бы отчасти вернуть самообладание, зловещая обстановка опустевшего замка только увеличивала ее тревогу. Малейший скрип заставлял ее вздрагивать, у нее было двойственное чувство: с одной стороны, она ощущала зловещее одиночество, с другой – чье-то незримое и угрожающее присутствие.

Когда вдруг большой гобелен, висевший в коридоре, приподнялся в нескольких метрах от нее, она вскрикнула и забилась в угол.

На свет божий явились два привидения – Мари и Люка, словно возникшие из-под земли. Им пришлось перенести дрожащую Армель в гостиную и влить в нее двойную порцию коньяка, прежде чем она оправилась от ужаса. Пока Люка вызывал жандармов для проведения тщательного обыска в замке, он едва ли не с сожалением наблюдал, как к ней возвращается жизнь вместе со словоохотливостью.

– Кошмар! Значит, любой может зайти и выйти по своему желанию!

– Риан, безусловно, этим воспользовался. Ваш супруг, впрочем, тоже…

Люка не успел закончить, поскольку ему показалось, что во дворе раздался чей-то крик. Все трое повернулись в сторону выхода и услышали быстрые шаги. Дверь открылась. На пороге стоял молоденький садовник.

Когда они вышли во двор, юноша поднял затравленный взгляд на верхнюю часть фасада, показывая на герб Керсенов над дверью.

С эмблемы стекала кровь.

Армель покачнулась, и Мари пришлось подставить руки, чтобы та не упала. С помощью садовника ее переправили внутрь замка и вновь стали реанимировать, в то время как Люка, встав на лестницу, изучал кровоточивший фронтон.

– Уверена, с мужем что-то случилось, – произнесла Армель, когда пришла в себя.

Люка вышел как раз вовремя, чтобы ее разубедить.

– Артюс… – сказал он, держа мобильник возле уха.

Он быстро увел с собой Мари.

Положенное в черный полиэтиленовый мешок, тело Артюса де Керсена, которое выловили рыбаки, пока оставалось на набережной. Чудовищный улов. Зловещая деталь: старик был зарезан, страшная рана зияла от уха до уха.