Безмолвие - Джон Харт

На крыльцо Вердины Джонни поднялся с большей, чем в последний раз, осторожностью. За ним чувствовались годы, его семья и ее, повешенные и Пустошь.

– Ну вот. Красивая картина, – заметила старуха.

– Долго оставаться не собираемся.

Она отступила, пропуская гостей. Леон задержался, но Кри и Джек последовали за Джонни.

– Креола, – окликнула девушку Вердина. – Твоя мать знает, что ты здесь?

– Не вмешивайте в это еще и ее, – сказала Кри.

– Мудрое решение для столь молодой особы. Проходите, садитесь. – Старуха показала на стулья на крыльце. – Леон, не стой там как пень. Нам нужен еще один стул. – Когда все устроились, она протянула руку к старому транзисторному приемнику, стоящему с вытянутой антенной на перилах. – Заняты небось были, а? – Местная радиостанция передавала новости о надвигающейся грозе. Дальше пошли слухи о мертвых полицейских и массовом погребении. Репортеров к пещере не допускали. Уже начались осторожные разговоры об устроенной на болоте облаве и вероятном привлечении к расследованию ФБР.

– Подождем, – сказала Вердина.

Через две минуты репортер упомянула имя Джонни Мерримона.

– Почему вы улыбаетесь? – спросил Джонни.

– Потому что знание – сила, а ты не знаешь того, что тебе необходимо. Потому что теперь тебе потребуется моя помощь, и я наконец-то смогу попросить у тебя кое-что взамен.

– Мне ничья помощь не требуется.

Старуха снова включила радио, и уже через тридцать секунд имя Джонни прозвучало еще дважды. По подозрению в причастности к убийствам разыскивается местный житель Джонни Мерримон…

Вердина протянула руку, повернула ручку и выключила приемник.

– Чего вы хотите? – спросил Джонни.

– Чтобы ты пошел со мной. – Она поднялась и, тяжело опираясь на палку, спустилась в сад. Джонни последовал за ней. – Расскажи мне свои последние сны.

Старуха негромко рассмеялась, но не остановилась.

– Сны и сновидцев я вижу сто лет. Не хитри со мной, сынок. Ты видел сон про Джона и Айну. Я это по твоему лицу вижу и по тому, как ты поглядываешь на Кри. Далеко ли увел тебя сон? К висельному дереву? К ребенку?

– Ребенок выжил? – спросил Джонни.

– Это твой прадед.

И так сильны и неожиданны были всколыхнувшиеся от этих слов эмоции, что Джонни пришлось отвести в сторону глаза.

– Откуда вы об этом знаете?

– Все наши знали эти истории наизусть. Видели их в снах или разговаривали с теми, кто видел. К некоторым сны приходили не раз и не два, и большинство этих несчастных бежали с болота или заплутали и сгинули во тьме. Для моего народа этот сон самый обычный – теснота и сырая черная земля.

– А как же Кри?

– Кри – последняя из ей подобных. У нее свои сны.

– Сны Айны.

– Она – прямая наследница по женской линии, от матери к дочери. Видишь, как они похожи?

Кри стояла возле перил и смотрела на них. Девушка действительно выглядела точь-в-точь как Айна – миниатюрная, с узкой талией. И стояла она так же, и голову держала так же.

– Она ненавидит меня, – сказал Джонни.

– Ты ее винишь?

– Она же хочет убить меня.

– Тебя или Джона Мерримона?

Джонни закрыл глаза.

– Что вы знаете о пещере?

– Я знаю, что есть правда, которую ты должен открыть сам.

– Вы про еще один сон. – Старуха поджала губы и отвернулась. – Я всего лишь хочу вернуть мою нормальную жизнь.

– В Пустоши нет ничего «нормального». Есть только история и магия.

– Там нет магии.

– Не играй со мной, мальчишка. Я знаю правду, которая никогда не откроется тебе во сне. Знаю истории о жертвах, любви и ужасах, от которых твои волосы станут белыми. Я знавала великих сновидцев и видела то, что пробуждается в ночи. Нет магии!.. Да от тебя воняет магией.

– Что вам нужно от меня?

– Твои сны. Разве я не ясно выразилась?

– А как же Кри? Она – ваша семья.

– Кри не может видеть этот сон. Только ты можешь. Только потомок Джона Мерримона.

* * *

Подушку ему положили на пол – ни на чем мягком, вроде перьевого матраса, Джонни никогда не спал. Джек был вне себя.

– Какого черта? Ты что это делаешь, а? Серьезно.

– Ты просто приглядывай тут, ладно?

– За чем приглядывать?

Джонни не ответил. Здесь, вдалеке от Пустоши, мысли и истинные причины просьбы Вердины были ему недоступны. Она сказала, что Кри может видеть только глазами Айны, а он – только глазами Джона. Вроде бы все логично.

Логика…

При этой мысли губы у Джонни дрогнули.

– Ты чего улыбаешься? – тут же набросился на него Джек.

– Только не уходи никуда.

– Готов, молодой Мерримон?

Джонни взглянул на старуху. За спиной у нее, прислонившись к стене, хмурился Леон. Кри все происходящее определенно не нравилось, но Вердину это нисколько не трогало. Как и Джонни. Окна зашторили, и комната погрузилась в полумрак. Все притихли.

– Что мне искать?

– Айну. Я хочу знать, где она похоронена.

– Как это сделать?

– Ты помнишь ее лицо?

– Да.

– Представь его в темноте. – Старуха раскурила сигарету и протянула Джонни. – Представь открытые глаза и как сыплется земля.

* * *

Сон не пришел ни легко, ни быстро, несмотря даже на особую сигарету Вердины. На него смотрели, и Джонни чувствовал чужие взгляды, как и любой нормальный человек.

– Так не получится.

– Получится. Просто дыши.

Джонни промучился целый час, потом представил вокруг себя занавес из черной материи, свисающий с потолка до пола.

Мягкая подушка.

Не слишком жесткий пол.

Еще час в домике стояла тишина, потом Джонни вдруг дернулся и с криком вскочил. Джек попытался удержать его, но не смог. На помощь пришел, добавив свой немалый вес, Леон, но Джонни продолжал сопротивляться, царапаться и даже пустил кому-то кровь. Сломленный, задыхаясь, он дрался, как умирающий.

Джонни был вне себя.

Он был сам не свой.

Он кричал, пока что-то не оборвалось, и наступила непроглядная тьма.