Золотой дождь - Джон Гришэм

Пока он неутомимо прочесывает Мемфис, я занятдругими делами. Большой Мемфис разбит на пять небольших районов, имеющих статуссамоуправления. Каждый из них может похвастать собственным муниципальным судом,и в каждом разработана своя система назначения начинающих адвокатов для защитымалоимущих нарушителей, совершивших мелкое преступление или какой-либопроцессуально наказуемый проступок. И судьи и обвинители молоды, частоменяются, большинство из них — выпускники юридического колледжа Мемфисскогогосударственного университета и почти все получают за свои труды менее пятисотдолларов в месяц. Практикуют они, в основном, в предместьях, и каждую неделюпроводят несколько часов в судах, участвуя в свершении правосудия. Не раз янаведывался к этим парням, улыбался, пожимал руки, выпрашивал себе милостьпоупражняться в их судах, но добивался своего далеко не всегда. Сейчас, скажем,я веду дела одновременно шести безденежных ответчиков, уличенных вовсевозможных грехах — от владения наркотиками и мелких краж до сквернословия вобщественных местах. Больше сотни долларов мне ни за одно из этих дел несветит, но и тянутся они не свыше двух месяцев. Обычно на знакомство с таким клиентом,выяснение степени его виновности, обсуждение дела с обвинителем и поездку вместный суд для участия в процессе у меня уходит часа четыре. Таким образом, накруг выходит двадцать пять долларов в час, не считая накладных расходов иналогов.

Однако эти дела позволяют мне поддерживатьформу, да и кое-чего подрабатывать. Я общаюсь с людьми, раздаю визитки, прошуновоиспеченных клиентов рассказывать друзьям, что именно мне, Руди Бейлору, поплечу разрешить все их юридические проблемы. Представляя при этом, какие именнопроблемы могут возникнуть у их друзей, я содрогаюсь. Сплошные невзгоды инапасти. Разводы, банкротства, уголовные преступления. Такова уж наша,адвокатская участь.

Дека так и подмывает при первой же возможностиразвернуть рекламную компанию. Он считает, что мы должны провозгласить себязащитниками всех покалеченных и давать рекламу на кабельном канале по утрам,чтобы застать работяг дома до того, как они отправятся получать увечья наработу. И ещё он постоянно слушает радиостанцию, которая крутит негритянский«рэп». Не потому, что любит такую музыку, но потому, что рейтинг у этойрадиостанции весьма высокий и, что удивительно, никто из адвокатской братии досих пор к ней не присосался. Нашел все-таки Дек свободную нишу. «Рэпные»адвокаты!

Да поможет нам Бог!

* * *

Мне нравится шататься в конторе окружногосуда, перекидываться шутками с тамошними служащими, держа ушки на макушки.Материалы дел, рассмотренных в ходе судебных заседаний, становятся достояниемобщественности, а стенограммы их заносятся в компьютер. Разобравшись с системойкомпьютерного поиска, я отыскал несколько старых дел, которые вел Лео Ф.Драммонд. Последнему из них полтора года, а самому старому — восемь. Упоминанияо «Прекрасном даре жизни», правда, ни в одном из них нет, но зато во всехслучаях дело касалось защиты какой-либо другой страховой компании. Все делабыли доведены до суда, и в каждом Драммонд добился оправдательного вердикта.

За последние три недели я вдоволь покорпел надэтими делами, делая многочисленные пометки, снимая бесчисленные копии. С ихпомощью мне удалось составить объемные вопросники — списки вопросов, которыеодна сторона отсылала другой для письменных ответов под присягой. Способамоблечения подобного рода вопросов в слова несть числа, но я заметил, что мояманера составления вопросников весьма схожа с драммондовской. Покопавшись вфайлах, я составил длиннющий список документов, которые собирался затребовать у«Прекрасного дара». В некоторых случаях оппоненты Драммонда в зале судадержались вполне достойно, в других же не вызывали ничего, кроме сочувствия.Как бы то ни было, Драммонд неизменно одерживал верх.

Я зачитываюсь стенограммами его выступлений,заявлений и ходатайств, записями представленных суду документов и егокомментариями по поводу документов, представленных противной стороной. Лежа впостели, я изучаю на сон грядущий показания, взятые им под присягой усвидетелей. Я заучиваю наизусть его инструкции на стадии предварительногорассмотрения дел. Я даже читаю его записки, адресованные суду.

* * *

По прошествии месяца, в течение которого янамекал, задабривал и умасливал Дека, мне наконец удалось уговорить егосмотаться на машине в Атланту. В течение двух дней он без устали собираетсведения. Проводит две ночи в самых дешевых гостиницах. В этой командировке не доразвлечений.

И вот сегодня Дек вернулся с новостями,которых я ожидал. Все совокупное состояние мисс Берди тянет на сорок две схвостиком тысячи долларов. Ее второй муж и в самом деле унаследовал приличнуюсумму от брата во Флориде, с которым почти не поддерживал отношений, однако егодоля наследства не дотягивала до миллиона долларов. До того, как заключить бракс мисс Берди, Энтони Мердайн был женат дважды и имел шестерых детей. Дети,адвокаты и налоговая служба оттяпали львиную долю полученного от усопшего братанаследства. Мисс Берди досталось всего сорок тысяч, которые она по какой-тоневедомой причине поместила под трастовое управление одного из крупных банков вДжорджии. После пяти лет отчаянно рискованных операций её капитал возрос на дветысячи.

К части юридических документов доступа небыло, однако Деку удалось найти людей, согласившихся за небольшую мздупредоставить ему нужную информацию.

— Ты уж извини, — сказал он, закончив свойрассказ и вручив мне копии некоторых судебных постановлений.

Я, конечно, разочарован, хотя и не удивлен.

* * *

Поначалу мы планировали взять показания уДонни Рэя Блейка в нашей новой конторе, что, признаться, стоило мне изрядныхтреволнений. Пусть мы с Деком трудимся и не в грязных трущобах, однакокомнатенки у нас крохотные и практически не обставленные. Даже шторы на окна мыдо сих пор не приобрели. Да и унитаз в тесном туалете то и дело течет.

Я вовсе не стыжусь этого помещения, напротив,есть тут даже нечто оригинальное. Вполне подходящее скромное гнездышко для едваоперившегося орленка-юриста. Однако господам из «Трень-Брень» будет над чемпоехидничать. Они привыкли к роскоши, и мне заранее противно представлять, какони будут морщиться и брезгливо поводить носами, угодив в столь убогуюобстановку. У нас и стульев-то не хватает, чтобы рассадить всех за узким столом«конференц-зала».