Пророчество Луны - Фредерик Ленуар

— Подарок?

— Да, идите за мной к «Кетеру».

В молчании они зашагали тенистой узкой тропинкой, которая привела их вначале к фонтану «Хокма», затем и к «Кетеру». Джованни чувствовал, что Есфирь волнуется, но пытается скрыть это дружелюбной улыбкой и спокойным поведением. Когда они дошли до густой куртины, за которой прятался самый высокий в саду фонтан, Есфирь повернулась к юноше.

— Посмотрите на дом, вон там внизу, в конце центральной аллеи.

Джованни бросил взгляд на длинную тропу, обрамленную вековыми деревьями, и на строение вдалеке.

— А теперь скажите мне, Джованни, какое сейчас у вас самое сокровенное желание?

Джованни, удивившись вопросу, хотел было что-то сказать, но Есфирь помешала, приложив палец к его губам.

— Это игра, но в то же время не совсем. Скажите честно, чего бы вы хотели сейчас больше всего?

Джованни понял, что девушка не шутит. Он прислушался к своему сердцу. То чувство, которое он испытывал, глядя на Есфирь, неизъяснимая нежность ее прикосновения сразу же подсказали ответ. Юноша не хотел тратить время на размышления, иначе мужество покинуло бы его.

— Мое сокровенное желание в том, чтобы ваше сердце принадлежало мне точно так же, как мое давно стало вашим рабом…

Есфирь, казалось, поразил ответ юноши. Она посмотрела в его глаза, и Джованни понял, что ее переполняют эмоции. Лицо девушки зарделось.

— Вы говорите правду?

Джованни почувствовал, как его душа дрогнула.

— Как можете вы сомневаться? Мое сердце стало вашим с самой первой минуты, когда я вас увидел, и я все время думаю только о вас.

Есфирь, не отрываясь, смотрела на Джованни, стараясь отыскать правду в его глазах.

— А как же та женщина, которую вы так любили, ради которой все покинули?

— Я все еще люблю ее и буду любить всегда. Но знаю точно, что не буду пытаться увидеть снова. Судьба развела нас. Раз и навсегда. Она как будто бы живет в другом мире, и я больше не чувствую ни страсти, ни влечения.

Есфирь отвернулась.

— С тех пор как я встретил вас, Есфирь, к своему удивлению, я понял, что мое сердце снова может любить, и с каждым днем вы становитесь мне все ближе и ближе. Вы спрашиваете, какое у меня самое сокровенное желание, и я говорю без утайки: я хочу, чтобы ваше сердце было свободно и вы смогли бы ответить на мою любовь… Хочу взять вас за руку…

Есфирь снова посмотрела на него. В ее больших черных глазах стояли слезы. Она ласково погладила щеку юноши.

— О, Джованни! Я не ожидала, что вы расскажете мне о своих чувствах. Я никогда не любила мужчину — мое сердце осталось сердцем девочки, не знающей жизни.

Они посмотрели друг на друга, и юноша положил ладонь на ее руку.

— Мое сердце свободно, Джованни… и ничего не доставит мне большей радости, чем отдать его тебе.

При этих словах Джованни почувствовал, что его захлестывает волна счастья. Он обнял Есфирь. Затем еще раз заглянул в ее глаза и нежно поцеловал. Их губы соприкоснулись легко и целомудренно, но пальцы страстно переплелись.

— Я так счастлив! — прошептал Джованни.

— Я тоже! Если бы ты знал! А еще я удивлена. Только вчера мне казалось, что ты хочешь уехать отсюда.

— Зачем? С тех пор как я попал в ваш дом, я обрел покой.

Есфирь чуть отступила назад, чтобы лучше видеть юношу.

— Ты правда не хочешь вернуться на родину?

— Правда… только если с тобой.

Ее лицо стало серьезным.

— Знаешь, а я думала, что у тебя совсем другое желание.

Джованни вопросительно посмотрел на девушку.

— Я думала, что ты хочешь вернуться в Европу. Я пришла сказать тебе, что прошлой ночью, после того драматического происшествия, я убедила отца не только дать тебе денег, чтобы ты смог покинуть Аль-Джезаир, но и выкупить твоего друга-француза.

Джованни словно громом поразило.

— Ты это сделала?

Есфирь кивнула, а потом застенчиво добавила:

— Ты еще можешь передумать и уехать. Я пойму и не буду на тебя сердиться.

В ответ Джованни страстно ее поцеловал.

— Есфирь, я люблю тебя, понимаешь? Я люблю тебя, а то, что ты только что сказала, делает тебя еще ближе и дороже. Я был бы счастлив, если бы ты смогла освободить Жоржа, но я никогда не уеду отсюда без тебя.

— Но Жорж уже свободен.

— Что?

— Сегодня утром Малек пошел, чтобы выкупить его у дворецкого паши через одного из наших друзей-мусульман. Это и был мой подарок, Джованни. Я была уверена, что ты хочешь покинуть Аль-Джезаир вместе со своим товарищем.

— Значит, ты не только была готова расстаться со мной, но и дать денег на дорогу?

— Если бы это было твоим самым сокровенным желанием, как я полагала, разве смогла бы я быть настолько эгоистичной, чтобы удерживать тебя здесь, со мной?

Долгое время Джованни смотрел в глаза Есфирь. Эта женщина не только пробуждала любовь, не только могла говорить о любви возвышенно и красиво — она была воплощением любви. Всеми тремя ликами любви: Эросом желания, Филией дружбы и Агапе самопожертвования. В этот миг Джованни понял — он никогда не сможет полюбить другую женщину, что бы ни случилось.

— Где сейчас Жорж? — спросил он, и его голос дрогнул от избытка чувств.

— Здесь.

— Здесь?

— Давай вернемся по этой дорожке и отыщем его во внутреннем дворике для прислуги.