Сплошные проблемы и неприятности - Ли Чайлд

Ричер ожидал, что Дин будет все отрицать. Ламейсон предупреждал Беренсон, что она должна молчать, и не вызывало сомнений, что с Дином он поступил так же. Однако Дин казался искренним. Он не производил впечатления человека, который что-то скрывает, — скорее, он недоумевал.

— Давайте с самого начала, — предложил Ричер. — Мы знаем, что́ вы делали с электронными устройствами, и нам известно, почему вы так поступали.

Неожиданно на лице Дина появилось выражение, которое Ричер видел у Маргарет Беренсон.

— Нам известно, что Ламейсон угрожал вашей дочери, — сказал Ричер.

— О чем вы говорите? — спросил Дин.

— Где сейчас ваша дочь?

— Уехала. Ее мать тоже.

— Учебный год еще не закончился.

— Возникло срочное семейное дело.

Ричер кивнул.

— Вы ее отослали. Разумный поступок.

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Ламейсон мертв, — сообщил Ричер.

В глазах Дина промелькнула надежда. И тут же исчезла.

— Я выбросил его из вертолета, — сказал Ричер.

Дин молчал.

— Вы любите наблюдать за птицами? Подождите денек, а потом отправляйтесь на пару миль на юг и заберитесь на крышу своей машины. Если увидите, как кружат два канюка, значит, койота укусила змея. Если больше двух — Ламейсон. Или Паркер, или Леннокс. Они там все трое.

— Я вам не верю.

— Покажи ему, Карла.

Диксон достала из сумочки бумажник, который она вытащила из кармана Ламейсона. Дин взял его и повернул к свету, горевшему в коридоре. Потом высыпал содержимое на ладонь, внимательно изучил водительское удостоверение Ламейсона, кредитные карточки, пропуск «Новой эры» с фотографией, карточку социального страхования.

— Ламейсон мертв, — повторил Ричер.

Дин положил документы в бумажник и вернул Диксон.

— У вас его бумажник. Но это не доказывает, что он мертв.

— Я могу показать вам его пилота, — предложил Ричер. — Он тоже мертв.

— Он только что приземлился.

— Я только что его убил.

— Вы сумасшедший.

— А вы больше не на крючке у Ламейсона.

Дин ничего не ответил.

— Не торопитесь, — сказал Ричер. — К этой мысли следует привыкнуть. Но мы должны знать, кто к вам приедет и когда.

— Никто не приедет.

— Кто-то должен появиться.

— Об этом речь ни разу не заходила.

— В самом деле?

— Скажите мне еще раз, — попросил Дин, — Ламейсон мертв?

— Он убил четверых моих друзей, — ответил Ричер. — И если бы он до сих пор был жив, можете не сомневаться, я не стал бы терять время на разговоры с вами.

Дин задумчиво кивнул. Он привыкал к этой мысли.

— Но я все равно не знаю, о чем вы говорите, — сказал он. — Да, я подписывал фальшивые бумаги, готов это признать, шестьсот пятьдесят раз, что уже само по себе ужасно, но я это сделал. Однако до сих пор ни разу не шла речь о том, что я должен производить сборку или показывать кому-то, как это делается.

— А кто еще знает, как это делается?

— Да ведь это совсем не трудно. Нужно вставить устройство на место и нажать на кнопку. Нет ничего проще. Иначе и быть не может. Собирать ракету будут солдаты. Не обижайтесь. Я хочу сказать, в боевых условиях, возможно ночью, в спешке.

— Это просто для вас.

— И сравнительно просто для любого другого человека.

— Солдаты ничего не делают до тех пор, пока им не покажут.

— Они, конечно, пройдут обучение.

— С кем?

— Мы подготовили курс в Форт-Ирвине. Наверное, первый класс буду учить я.

— Ламейсон об этом знал?

— Обычная процедура.

— И он заставил вас все ему показать?

Дин покачал головой.

— Вовсе нет. Он ничего мне не говорил о каком-то обучении. А мог бы заставить меня показать ему, как собираются ракеты. Я был не в том положении, чтобы ему отказывать.

— Девять часов, — сказала Нигли.

— Еще сто тридцать тысяч квадратных миль, — добавила Диксон.

«Сто тридцать три тысячи тридцать пять», — автоматически подсчитал Ричер. Сюда попадала почти вся Калифорния и большая часть Техаса. Площадь круга равна произведению числа «пи» на квадрат радиуса — именно поэтому площадь так быстро увеличивалась.

— Они приедут сюда, — сказал Ричер. — У них нет выбора.