Сказка о смерти - Андреас Грубер

Суббота, 3 октября

Выругавшись, Сабина опустила телефон.

– Связь оборвалась.

Снейдер побледнел. Он слушал ее разговор.

– Я тоже не предполагал такой реакции. Но врач скорой помощи должен был знать и спросить! Халтурщик! – Он заскрипел зубами.

Сабина подняла руку с мобильником Снейдера.

– Может, еще раз попытаться?

– Подождите. Они сейчас борются за жизнь Ханны. Будем надеяться на лучшее.

Сабина вернула ему телефон, Снейдер сунул его в карман, схватился за ручку чемодана и направился к выходу в зал прилетов. Там Снейдер огляделся.

– Хоровитц должен скоро появиться.

Сабина не могла спокойно стоять на месте.

– Я больше не выдержу. Мне…

– Я чувствую себя точно так же, – успокоил ее Снейдер. – Полагаю, нам позвонят из больницы, как только… – В тот же момент его телефон зазвонил.

Он немедленно ответил, сказал пару предложений, затем перешел на голландский. Спустя полминуты положил трубку.

По выражению лица Снейдера Сабина догадалась, что произошло.

– Она мертва?

Он лишь кивнул.

Сабина почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

– Это Пит ее убил.

Снейдер кивнул.

– Достаточно основательно. – Его рука сжалась в кулак так сильно, что хрустнули суставы. «И все лишь для того, чтобы я обратил на тебя внимание», – словно говорил его взгляд, в котором было столько ненависти, грусти, вины и осознания собственного провала.

Сабина заметила, что на лбу Снейдера выступила испарина. Его веки непроизвольно дергались.

– Извините меня, – выдавил он, оставил свой чемодан Сабине и направился к туалетам в другом конце зала. Наверное, ему нужно было немного побыть наедине с собой. Может, он воткнет себе в руки пару акупунктурных иголок, или его вырвет в унитаз. Главное, чтобы это помогло!

Сабина смотрела ему вслед, пока знакомый голос не вывел ее из задумчивости:

– Добрый день! Фрау Немез!

Она оглянулась – по залу к ней на инвалидном кресле катился Хоровитц. На спинке кресла висел узкий жесткий чемодан.

Хоровитц затормозил перед ней и протянул руку.

– Где Мартен?

– Не совсем здоров. – Она кивнула в сторону туалетов. Затем вкратце рассказала Хоровитцу, что они выяснили в Регенсбурге, Вене, на острове Остхеверзанд и в Роттердаме.

Хоровитц внимательно слушал и ни разу не перебил. Он тоже был немного удивлен, когда она упомянула о побеге Пита и убийстве матери Снейдера.

– Если он верен своему сценарию, то остались еще три убийства, – завершила она свой доклад. – А вас что сюда привело?

– Криминалисты изучили машину, которую убийца угнал в Берне на Центральном вокзале, чтобы похитить Николу Висс из ее квартиры и привезти к мосту у Нижних ворот.

– Какие-то следы?

– Да, мы обнаружили фрагмент отпечатка пальца на задней двери. Край идентичен с отпечатком указательного пальца Пита, сожженного кислотой.

– Он оставил отпечаток пальца? – удивилась Сабина. Не похоже на Пита, который планировал все до деталей.

– Вероятно, это произошло, когда он прислонился к машине. А может, случайно задел рукой, когда засовывал Висс в багажник. Во всяком случае, мы узнали о побеге Пита. В Швейцарии уже ведется его розыск.

– Он не в Швейцарии.

– Поэтому я здесь, – сказал Хоровитц. – В угнанной машине был навигатор. Архив и буферная память стерты, но техники сумели восстановить данные.

– Пит пользовался навигатором?

– Он рассчитывал на нем самые быстрые маршруты из Берна в Регенсбург, а оттуда в Вену.

– Дайте угадаю. От озера Хёльхорн до виллы графа Эриха фон Кесслера?

– Правильно. А затем от Вены до Будапешта.

– Венгрия? – удивилась Сабина. – И поэтому вы здесь? Мы могли обсудить это по телефону.

– Я знаю, но прокурор Бергер посчитал, что лучше прилететь сюда, и я согласился. К тому же в моих личных интересах поймать Пита. – Он вцепился в подлокотник кресла. – Я должен поддержать Мартена, потому что, боюсь, ему нужна сейчас помощь.

– Понимаю. – Сабина задумалась. – Значит, Пит хочет пересмотреть свой старый план и направиться на юг. На этот раз через Регенсбург, Вену и Будапешт. Он следует по течению Дуная.

– Похоже на то… – Хоровитц уставился куда-то вдаль. Она обернулась и увидела, как Снейдер, спотыкаясь, вышел из туалета.

– Выглядит не очень, – заметил Хоровитц.

– Очень он еще никогда не выглядел, – сухо заметила Сабина.

– Я имею в виду, по-настоящему хреново. Но кто бы выглядел иначе в его ситуации?

– В Роттердаме, на месте преступления, он получил сильный удар током. После этого у него началась мерцательная аритмия. Вообще-то он должен еще лежать в больнице, но вы его знаете.

– Да, достаточно хорошо, – вздохнул Хоровитц. – Он ненавидит врачей так же, как… – Он осекся.

У Сабины перехватило дыхание.

Снейдер неуверенно попятился к туалетной двери, попытался схватиться за ручку, но промахнулся и повалился вниз. Прямой, как доска, он упал лицом на пол, на глазах опешивших людей.

Пятью годами ранее – Берн

Сразу после событий в квартире Пита в Роттердаме Снейдер приземлился в Берне и на такси доехал до главного здания уголовной полиции. Там Хоровитц уже собрал специальную комиссию.

Молодая коллега проводила Снейдера в конференц-зал на четвертом этаже.

– Сюда пожалуйста, – сказала она и открыла дверь. Снейдер вошел внутрь.

В комнате были опущены жалюзи. Пахло кофе, и горело несколько настольных ламп. Пятеро мужчин и три женщины сидели вокруг длинного овального стола. Перед каждым жужжал ноутбук, а в центре стола находился аппарат для телефонных конференций. Проектор показывал на стене карту Швейцарии, а в верхнем углу – фотографию Пита.

Рудольф Хоровитц поднялся и подошел к Снейдеру.

– Давно не виделись, – сказал он с сильным швейцарским акцентом и пожал Снейдеру руку. – Мы ждали тебя раньше.