Идеальное преступление - Иван Сербин

— Что еще он рассказал?

— Что он сделал это ради того, чтобы отомстить Светлане за ее измены. Вы с ним встретились два или три раза, после чего он отказался от дальнейших встреч, а вы не могли ему этого простить.

— Скотина, — зло выдохнула Татьяна. — Все было наоборот. Поначалу Виталий произвел на меня очень приятное впечатление. Галантный, неглупый, начитанный, терпеливый. Мы с ним встречались пару месяцев, прежде чем стали… спать. Но потом появился Андрей… Одним словом, я сказала Виталию, что мы больше не можем продолжать прежние отношения. Мой шеф — человек очень амбициозный. Его злит любой отказ. Но неудачи личного плана он переживает особенно болезненно и не успокаивается, пока не добьется своего. — Татьяна вздохнула. — Уже после того, как мы с Андреем стали жить вместе, он несколько раз приезжал ко мне, требовал продолжить отношения, обещал деньги и продвижение Андрея по службе. Я отказалась. Тогда Чернозерский стал угрожать. Говорил, что, если я не буду спать с ним, он пустит под откос карьеру Андрея, а заодно и мою жизнь. В общем, неприятная вышла история.

— Этим все и закончилось?

— Если бы. — Татьяна замолчала на несколько минут. Волин не торопил ее, понимая, что подобные вещи рассказывать очень непросто. Когда Татьяна заговорила снова, голос ее звучал преувеличенно ровно, с тем равнодушием, за которым обычно скрывается настоящая буря эмоций. — Месяц назад Андрей уехал в командировку. В тот же день Виталий заявился ко мне домой и попытался меня изнасиловать. Он был пьян до поросячьего визга, и попытка не удалась, но… Одним словом, я пообещала Виталию рассказать о случившемся его жене.

— И рассказали? — с интересом спросил Волин.

— Нет, — покачала головой Татьяна. — Не хватило решимости.

— Но Чернозерский этого не знал?

— Нет.

— Так. Еще один щекотливый вопрос. После вашей свадьбы с Андреем… Чернозерский не оставался с вами на ночь? Я не имею в виду…

Татьяна вспыхнула:

— Нет, не оставался. Никогда.

— Ваша соседка показала, что кто-то ночевал у вас в дни, когда Андрей уезжал в командировки. Как вы можете это объяснить?

Татьяна недоуменно пожала плечами:

— Понятия не имею. Может быть, Анна Михайловна что-то перепутала? Хотя… Знаете, — она вдруг улыбнулась, — однажды я заболела, а Андрею как раз нужно было отправляться в командировку. Так вот он каждую ночь прилетал в Москву. Представляете? На три часа! Андрей договорился с каким-то таксистом, чтобы тот каждый вечер встречал его в аэропорту, а потом отвозил обратно.

Волин тоже улыбнулся. Он вдруг почувствовал симпатию к Скобцову.

— Скажите, а как Андрей объяснял свои ночевки вне дома?

— По-разному. То был у каких-то знакомых, то машина сломалась, — с явной неохотой ответила Татьяна. — Я не приставала с расспросами. Знаете, если хочешь получить отговорку, обязательно ее получишь. Но… честно говоря, его исчезновения меня раздражали.

— Вы видели, как Андрей уходил из дома?

— Нет. Он уходил, когда я уже спала.

— И часто с ним это происходило?

— За последние полтора месяца пять раз.

— Пять раз, — повторил Волин. — Вы верили его объяснениям?

— Да. Он говорил, что у него нет другой женщины. Мне было достаточно.

— Понятно. Скажите, Андрей не увлекался религией? Может быть, книги по эзотерике покупал? Сейчас это модно.

— Нет. — Татьяна удивленно покачала головой. — Никогда за ним подобного не замечала. Во-первых, Андрей — махровый атеист. Во-вторых, он не гнался за модой.

— А хобби у него было?

— Наша работа сама по себе — лучшее хобби. Если войти во вкус.

— То есть, кроме работы, он ничем не интересовался?

— Почему? Футбол любил.

— И все?

Татьяна подумала.

— Еще в карты любил играть. В преферанс. В бридж.

— Часто играл?

— Нет. Только с друзьями. По маленькой.

— Понятно, — Волин поднялся. — Ну что ж, спасибо.

Татьяна кивнула:

— Скажите, эта информация поможет Андрею?

— Надеюсь. — Волин улыбнулся. — Не волнуйтесь. Все будет хорошо. — Он достал из кейса ежедневник, вырвал лист, написал на нем свой рабочий телефон. — Если вдруг я вам понадоблюсь, звоните.

Татьяна спрятала лист в карман.

— Хорошо. Когда я смогу увидеть Андрея?

— Думаю, через несколько дней.

— Ладно. Мне пора. А то Виталий начнет нервничать.

— Конечно.

— Последнее… Эти ребята, «слухачи», сказали вам, что в кабинете Андрея не оказалось подслушивающих устройств?

— Да, — насторожился Волин.

— Они врут.

— Почему вы так думаете?

— Я слышала, как они разговаривали с Чернозерским. Сказали, что нашли две миниатюрные видеокамеры и еще какую-то технику. Виталий приказал им молчать, под тем предлогом, что это может повредить репутации банка вообще и службы безопасности в частности. Мол, если информация о «жучках» дойдет до Вихрева, их всех в тот же день уволят. — Татьяна несколько секунд молчала. — Не знаю, насколько это важно для вас…

— Это очень важно, — заверил ее Волин. — Вы правильно сделали, что рассказали мне обо всем.

— Но, если Чернозерский или Вихрев узнают, что я проговорилась, меня уволят.

— Я понял. Даю слово не называть вашего имени без крайней необходимости.

— Спасибо. — Татьяна протянула руку, Волин осторожно пожал ее тонкую ладонь. — Пойду. — Она улыбнулась невесело. — Не хочу давать шефу повода для криков. Он в последние дни и так сам не свой, по любому пустяку бросается.

— Конечно, идите.

Татьяна пошла через сквер к банку. В ее фигуре, в напряженно прямой спине, в твердости шага сквозила решительность фанатика, поднимающегося на инквизиторский костер.

Волин проводил женщину взглядом, затем развернулся и зашагал к метро. Итак, что же он имеет на данный момент. Мотив убийства Светланы Вихревой? Вряд ли. Если для того, чтобы избежать неприятностей с женой, Чернозерский решился бы на преступление, ему было бы куда проще убить Татьяну, чем заваривать подобную кашу. Но тогда почему он скрывает информацию о «жучках» в кабинете Скобцова? Только ли о репутации банка печется Чернозерский?

ТриТэ? Если предположить, что он не имеет отношения к убийствам и пропаже денег, то его поведение выглядит вполне логичным и оправданным. Положим, Третьяков подозревал Скобцова, но при этом надеялся, что сумеет удержать ситуацию под контролем. И вдруг все разом сломалось. Скобцов целый день отсутствовал, а по возвращении в банк начал рассказывать какие-то небылицы. Третьяков разволновался, как бы у Андрея окончательно не «сорвало крышу», и принял решение задержать Скобцова и изолировать вплоть до возвращения Чернозерского. Однако он не мог этого сделать до окончания заседания кредитного комитета, поскольку вопрос с ростовчанами стоял крайне остро. Здесь затрагивались финансовые интересы самого Вихрева. Опять же, Третьяков не горел желанием, чтобы в банке узнали о ситуации со Скобцовым. Не распознали при приеме на работу сумасшедшего. Это бросает тень на него как на начальника службы безопасности. Во избежание неприятностей Третьяков решает лично поприсутствовать на собрании и взять Скобцова, когда все сотрудники среднего и старшего административного звена разойдутся по домам. Но Скобцов расценил ситуацию по-своему и сбежал через окно в туалете. Могло такое быть? Почему нет?