Ночные грехи - Тэми Хоуг

День 7-й

— 32 °C, коэффициент комфортности: — 50–56

Новость об аресте Оли Свэйна и его тайной жизни пронеслась через Оленье Озеро, как завывающий северо-западный ветер. Стараниями телеканалов, радиостанций и газет штата вряд ли остался хоть один человек в городе, который не смог бы за завтраком неодобрительно покачать головой и не пожаловаться на состояние дел. Была вытащена на свет статья из прошлого «Как становятся похитителем детей», а бегство Оли из Вашингтона и последующие годы, проведенные им в Оленьем Озере тайно, под другим именем, подавались как сенсация. Много говорили о его способностях хамелеона искусно скрывать истинную сущность и жить внешне спокойной жизнью. Население города подверглось шоку и ужасу, обнаружив, что монстр не просто жил у них в городе, но они сами позволяли ему иметь тесный контакт с их детьми.

Митч и окружной прокурор провели пресс-конференцию, пытались остановить поток диких сплетен и слухов, но тщетно. К полудню по городу поползли новые россказни, что Оли Свэйн приставал к мальчикам в котельной на хоккейном катке, демонстрировал себя детям в городских парках и подсматривал в окна домов глухой ночью. Болтали, что при обыске его дома и фургона обнаружили ужасные вещи. Пронесся слух, что Джош Кирквуд был найден живым, или полумертвым, или мертвым, обезглавленным, изуродованным, расчлененным. К вечеру большинство горожан было окончательно сбито с толку безумной смесью правды и вымысла. Единственно, что удерживало их от похода к городской тюрьме потребовать голову Лесли Олина Сьюика, это врожденное миннесотское отвращение к созданию зрелищ и коэффициент комфортности пятьдесят два градуса ниже нуля.

Зверский холод привел штат фактически в бездействие. Сам губернатор приказал всем школам и государственным учреждениям закрыться. В Оленьем Озере, как и в большинстве городов по всему штату, все мероприятия, встречи, занятия и собрания, которые можно было отменить, — отменили из-за ужасных погодных условий. И тем не менее группа примерно из ста человек добралась до центра волонтеров, где Пэйдж Прайс и команда новостного канала ТВ7 должны были снимать прямой репортаж об этом деле.

19.00

— 34 °C, коэффициент комфортности: — 52

— Сегодня вечером здесь не будет ни полиции, ни людей из департамента шерифа. — Потому что Митч Холт запретил своим людям говорить с нею, а Стайгер решил, что будет лучше, если он на день или два где-нибудь затаится. — Сегодня вечером мы говорим с гражданами Оленьего Озера, небольшого городка, который буквально бурлит в результате похищения восьмилетнего Джоша Кирквуда и выявления монстра в своей среде.

Прайс двигалась между компьютерами и длинным столом, заваленным ярко-желтыми ориентировками. Пришедшие жители города расселись за столом в центре волонтеров и внимательно поглядывали на Пэйдж. Для этой встречи она выбрала темные облегающие слаксы и кашемировый свитер приглушенного фиолетового оттенка, который очень удачно подчеркивал голубизну ее глаз. Вид достаточно нарядный, чтобы вызвать восхищение, но и достаточно повседневный, чтобы не очень выделяться из толпы, казаться одной из собравшихся. Ее светлые волосы были сознательно растрепаны, и этот беспорядок она в нужных местах закрепила лаком, довольно скромный макияж также играл роль «мы тут все свои».

— Сегодня вечером мы послушаем народ Оленьего Озера, добровольцев, которые отдали свое время, свои деньги, свои сердца, чтобы найти Джоша Кирквуда и отдать его похитителя во власть правосудия. Мы поговорим с психологом о сильном воздействии этого преступления на местное общество, о психике людей, которые охотятся на детей. И мы поговорим с отцом Джоша, Полом Кирквудом, и узнаем его реакцию на арест Лесли Олина Сьюика.

19.04

— 34 °C, коэффициент комфортности: — 52

— Не так уж и плохо, что она сорвала наблюдение, — брезгливо произнесла Меган, когда шоу Пэйдж было прервано рекламой лотереи с показом мультипликационного медведя на зимовке. — К тому времени, когда Пэйдж со своей когортой закончат шоу, ни одного беспристрастного присяжного заседателя в штате не останется.

Они смотрели трансляцию по маленькому цветному телевизору, который стоял на старой дубовой тумбочке в офисе помощника окружного прокурора Эллен Норт. Митч устроился спиной к телевизору, отказываясь смотреть на Пэйдж в час ее славы. Телевизор включили по просьбе Эллен. Ее босс, Руди Стович, возможно, уверял прессу, что он будет вести дело в соответствии с законом, но большая часть работы по решению этой задачи, похоже, ляжет на плечи Эллен.

Стович был больше политиком, чем прокурором. По мнению Митча, он был неуклюжим идиотом в зале суда, но его решения могли сходить с рук в сельском округе, где не совершали больших преступлений, о которых можно было бы говорить, и не было слишком много юристов, не из кого выбирать. Хорошие юристы утекали в Города, где рассматривалось больше дел, крутилось больше денег и было больше залов суда. Жителям Паркового округа чертовски повезло, что у них задержалась Эллен Норт.

Она сидела за своим столом и жевала бутерброд с индейкой. Ее светлые волосы были зачесаны назад и аккуратно схвачены черепаховой заколкой. Ей было тридцать пять лет, она уволилась из судебной системы округа Хеннепин — или, как Эллен иногда упоминала, — из Великолепного Миннеаполисского Лабиринта Правосудия, где у нее была репутация жесткого обвинителя. Устав от большой нагрузки, бюрократии, интриг и возрастающего чувства бессилия победить взлетевший уровень преступности в Городах, она стремилась к относительному покою и здравомыслию Оленьего Озера.