Кости - Джонатан Келлерман

— Сказать по правде, лейтенант, я отнюдь не Шерлок Холмс.

— Давно вы на этой работе?

— Я пришел в полицейский департамент после колледжа и стал детективом два года назад — сначала в Центральном отделе расследования краж. В отдел убийств меня перевели только в прошлом феврале.

— Поздравляю.

Рид нахмурился.

— С тех пор я вел два дела. Не считая этого, конечно. Одно было закрыто через неделю, но с этим мог справиться кто угодно, убийцей был полный идиот. Второе — исчезновение человека, полный «глухарь»; не думаю, что его когда-нибудь раскроют.

— Тихоокеанское отделение передает случаи с пропажей людей в убойный отдел?

— В целом — нет, — ответил Рид. — Когда вовлечены люди с большими связями, которым хотят угодить, но…

— У преступлений — свой собственный ритм, — заметил Майло. — Требуется время, чтобы войти в него.

Я видел, как он терял сон, набирал вес и испытывал перепады артериального давления из-за неразгаданных дел.

Рид изучал мягкую бурую болотную почву. Сверху спикировал коричневый пеликан, целясь массивным клювом куда-то вниз, потом передумал и повернул обратно к океану.

— Поговорим о Селене Басс, — предложил Майло.

Рид вытащил свой планшет.

— Женщина-европеоид, двадцать шесть лет, рост пять футов пять дюймов, вес сто десять фунтов, волосы каштановые, глаза карие. На нее зарегистрирована одна машина, «Ниссан Сентра» две тысячи третьего года; она стояла возле дома Селены, и, похоже, машину никто не трогал, так что об угоне речи нет. Никаких следов взлома. Возможно, жертва отправилась сюда с кем-то знакомым, но случилось что-то нехорошее.

— Где именно в Венисе находится ее дом?

Рид зачитал адрес: на Индиана-стрит, к югу от Роуз-стрит и к западу от бульвара Линкольна.

— Там орудуют банды, верно? — уточнил Майло.

— Пара-тройка. Если ее прикончили возле дома, ехать оттуда сюда было недалеко. Так что, конечно, можно было бы решить, что это обычная попытка избавиться от трупа. Но другие тела…

— Это тоже могут быть жертвы, жившие неподалеку.

— Дело об убийствах, совершаемых бандами?

— Или дело о маньяке, — дополнил Майло. — Выслеживает, преследует, убивает.

— Тогда связь проследить будет трудно. — Рид нахмурился.

Громкой «эй!» заставило нас обернуться.

К нам, размахивая руками, направлялся тощий кривоногий бородатый старик в белой футболке, коротких зеленых шортах с карманами и резиновых шлепанцах. Тот же тип, который три месяца назад обронил мрачное замечание по поводу того, что люди — враги.

— Эй! — повторил он.

Никто не ответил.

— Что происходит?

— Вы… — начал Мо Рид.

— Силфорд Дабофф, Организация спасения Болота. Это моя территория. Я должен присматривать за всем, что здесь творится.

— Ваша территория? — переспросил Рид.

— Всем остальным на нее плевать.

Рид протянул руку, и Дабофф неохотно пожал ее, словно боясь испачкаться.

— Что происходит?

— Происходит то, сэр, что сегодня утром отсюда вывезли труп молодой женщины, которую кто-то убил и оставил лежать на берегу болота. При обследовании местности мы нашли по меньшей мере еще три тела.

Силфорд Дабофф помрачнел.

— При обследовании? Вы копаете тут?

— Не очень интенсивно.

— Без разницы. — Дабофф заметил белый флаг, отмечавший место обнаружения трупа Селены. — Что это такое?

— Там мы нашли первую жертву, сэр. И, как я уже сказал, трупы трех других женщин. Убиты и утоплены в болоте.

Дабофф почесал бороду.

— Это катастрофа.

Рид снял солнечные очки. Его светло-голубые глаза были прищурены.

— Я бы тоже сказал, что четыре трупа — это катастрофа.

— Вы сказали «по меньшей мере, три». Вы предполагаете, что их может быть больше?

— Три — это то, что мы обнаружили на данный момент, мистер Дабофф.

— О, черт… а где остальные? Мне нужно это увидеть.

Дабофф направился было к флагу, но сильная рука Майло удержала его на месте.

— В чем дело? — осведомился старик.

— Доступ запрещен, сэр.

— Это совершенно неприемлемо.

— Это в высшей степени приемлемо. — Майло осклабился.

— И почему же? — спросил Дабофф.

— На месте обнаружения трупов работают сотрудники полиции.

— В каком смысле — работают?

— Изучают подробности.

Дабофф подергал себя за бороду.

— Это природоохранная зона; нельзя допустить, чтобы копы парковали свои грязные…

— Судебные антропологи, сэр.

— Антро… они тут копают? Я непременно должен поговорить с ними, сейчас же!

— Мы понимаем ваше беспокойство, мистер Дабофф. Но эти люди — ученые, и относятся к месту расследования с должным уважением.

— Это не просто место, это…

— Красивое место, — закончил за него Майло. — Уверяю, они не потревожат ничего, кроме улик.

— Это возмутительно!

— Как и любое убийство, сэр.

— Это намного хуже, — возразил Дабофф.

— Хуже, чем четыре трупа? — переспросил Рид.

— Я не… я понимаю, что здесь погибли люди. Но люди только и делают, что нарушают равновесие — копают, уничтожают; и эти убийства — идеальное тому доказательство.

— Доказательство чего?

— Мы постоянно убиваем природу, а потом гадаем, почему жизнь так жестока.

— Судя по всему, вы считаете, будто от людей один вред, — заметил я.

Дабофф уставился на меня, не выказав ни малейших признаков узнавания.

— По сути, я закоренелый мизантроп, но покамест не убил ни одно создание, дышащее кислородом. — Он указал на свои шлепанцы. — Органическая резина. — Потом снова взглянул на белый флаг. — Я хочу сказать, что нужно обеспечить сохранность этому мирному уголку природы, которые сейчас встречаются так редко.

— Похоже, покой этого уголка и так уже нарушен, — сказал Рид.

— Тогда давайте не усугублять это. Мне нужно поговорить с этими копальщиками.

Рид посмотрел на Майло. Тот заявил:

— Только после того, как вы ответите на несколько вопросов.

* * *

Он навис над Дабоффом и начал забрасывать его вопросами, которые, казалось, были никак не связаны между собой. Тот постепенно начинал злиться. И наконец Майло спросил о том, где Дабофф находился в последние двадцать четыре часа.