Мистерия убийства - Джон Кейз

— Вы думаете? — вмешался я. — Вы хотите сказать…

— Я ничего не думаю, мистер Каллахан, — взглянул на меня Шоффлер. — Нет-нет, я вполне серьёзно. Просто существуют определённые процедуры. Вы меня понимаете?

Я машинально кивнул, но казалось, разум покидает меня. Ордер.

— Записывай все имена, — снова обратился к Пребблу Шоффлер, — вне зависимости, побывал ты в помещении или нет. Поспрашивай о людях, которые на них работают и не обязательно находятся в списке сотрудников ярмарки. Если окажется, что мы имеем дело с похищением, необходимо идентифицировать всех потенциальных свидетелей.

Хотя я уже думал об этом, не мог не думать, я всё ещё цеплялся за мысль, что мальчики просто потерялись. Но слово похищение ударило меня, словно пуля.

* * *

Отправив поисковую команду, состоявшую из персонала службы охраны, Кристиансена и только что прибывшей группы «К-9» с немецкой овчаркой по кличке Герцогиня, детектив опустился рядом со мной на скамью у входа в штаб-квартиру.

— Ну а теперь расскажите мне, как всё произошло. Подробно опишите время, проведённое на ярмарке. Куда ходили с мальчиками, что видели. Одним словом, всё, что сможете вспомнить. — Шоффлер вынул из кармана небольшой магнитофон и добавил: — Вообще-то я приверженец рукописных записей, но, если вы не возражаете, зафиксирую ваши слова на плёнке.

— Почему я должен возражать?

Шоффлер пожал плечами, включил аппарат и произнёс в микрофон:

— Вечер субботы, тридцать первое мая две тысячи третьего года. — Он бросил взгляд на часы. — Время — семь тридцать две вечера. Я — детектив Рей Шоффлер, прибывший по срочному вызову мистера Гэри Преббла, главы службы безопасности «Праздника Ренессанса» в городе Кромвель, штат Мэриленд. Я беседую с мистером Александром Каллаханом, отцом пропавших мальчиков — Шона и Кевина Каллаханов, однояйцевых близнецов шести лет.

Детектив держал маленький серебряный диктофон. Индикатор записи горел ярким красным огнём.

— Да, кстати, мистер Каллахан, где ваша жена? Дома? Она уже знает?

Боже мой! Лиз!

— Она в штате Мэн. Мы временно расстались.

Детектив склонил голову набок и чуть нахмурился, словно услышал не совсем то, что хотел бы.

— Ясно, — сказал он.

— А мальчики приехали ко мне на лето.

— А где живёте вы? Штат, округ?

— Округ Колумбия.

— Адрес?

Я дал ему адрес.

— Итак, вы явились в администрацию ярмарки… хм… ну, скажем, в пять тридцать шесть. Так сколько к этому времени отсутствовали мальчики?

— А как насчёт программы «Эмбер тревоги»? Разве вы не должны её объявить?

Несколько месяцев назад кто-то из моих коллег готовил материал на эту тему. Я запамятовал детали, но помнил главное: при пропаже детей должна вводиться в действие программа «Эмбер», названная так по имени убитой девочки и призванная привлечь к исчезновению внимание самой широкой публики. В случае объявления тревоги радио и ТВ передавали специальные бюллетени, а на всех главных телевизионных каналах бегущая внизу экрана строка непрерывно извещала о пропаже. Информация появлялась даже на стоящих вдоль скоростных дорог электронных щитах, обычно предупреждающих о тумане или авариях.

Вспомнив о спорах, которые велись на студии в связи с программой «Эмбер», я устыдился. Я в принципе выступал против бегущей строки на экране, которая, по моему мнению, рассеивала внимание зрителя, будь то информация о погоде или сногсшибательная сенсация. Строка «Эмбер тревоги» подпадала под ту же категорию.

— Боюсь, мы не можем подключить «Эмбер», — сказал Шоффлер. — Во всяком случае, пока. «Эмбер» требует специфической информации — внешность похитителя, марка и тип транспортного средства, номерной знак и ещё бог знает что. «Эмбер» применяется лишь в случае похищения. А пока мы знаем только, что ваши мальчики потерялись.

— Верно.

— Мы не бездействуем, мистер Каллахан. Когда Гэри мне позвонил, я, поняв, что мальчики отсутствуют почти два часа, передал ТПВ во все местные правоохранительные органы.

— Что такое ТПВ?

— Требование повышенного внимания.

Я лишь молча кивнул.

— О'кей, — продолжил Шоффлер. — Итак, начнём с того, где вы находились, когда в последний раз видели мальчиков, а затем вернёмся к началу дня. Вы расскажете мне, что делали утром, как добрались, когда прибыли, и подробно опишете все свои действия на территории ярмарки. Давайте все запишем, пока события свежи в памяти.

— Мы были на турнире, — начал я. — Мальчики спустились вниз к арене, чтобы присоединиться к группе поддержки зелёного рыцаря…

Покончив с этой частью, я повёл рассказ с начала дня, пытаясь воссоздать все подробности. Красный огонёк индикатора горел. Я говорил. Шоффлер слушал.

* * *

Ярмарка к этому времени почти опустела. Киоски были закрыты, на дверях висели замки. Шоффлер и я шли к турнирной арене. Детектив по пути останавливал всех встречных и аккуратным почерком заносил в свою записную книжку их имена и род деятельности. При этом Шоффлер предупреждал, что, прежде чем покинуть территорию ярмарки, им следует зайти в здание администрации и поговорить там с Джеком. Он каждого спрашивал, не видел ли тот пары близнецов. Нет? А меня? Тоже нет.

После примерно десятой подобной встречи Шоффлер вдруг остановился, склонил голову набок и, взглянув на меня, хмыкнул. При этом у него было довольно странное выражение лица, расшифровать которое я не мог.

— Что?

— Я поражён, что никто их не запомнил, — покачал головой детектив. — Я имею в виду близнецов.

Это замечание я пропустил мимо ушей.

* * *

Мы дошли до арены, и я зашагал между охапок сена, а Шоффлер потянулся следом.

— Примерно здесь, — сказал я, остановившись. — Мы сидели где-то здесь.

— И последний раз вы видели их с этого места?

— Пожалуй, да.

— А где были они?

Я показал в сторону арены, где в то время находилась «зелёная машина». Затем, наверное, в четвёртый или пятый раз описал всё, что произошло далее. Шоффлер перевернул назад несколько страничек своей записной книжки и сверился с какими-то записями.

— Итак, последний раз вы их видели, когда они внизу приветствовали зелёного рыцаря?

Я закрыл глаза, сосредоточился и немного подумал.

— Нет. Не совсем так.

— Нет?

— Последний раз я видел их перед началом финальной схватки. Они вместе с другими детьми гладили собаку.

— Собаку? Какую собаку?

— Такую тощую… Как они называются?.. Похожа на грейхаунда, но поменьше.