Повелитель игры - Лоренсо Сильва

Там стояла, разглядывая их, незнакомая женщина. На ней были светло-коричневые брюки, чуть более темная блузка, дорогое с виду ожерелье, часы, браслет и несколько колец на пальцах. Лет тридцати с лишним, немного выше ростом, чем Аманда. Худоба позволяла угадать в ней поклонницу диет. Темно-рыжие волосы зачесаны назад. Черты загорелого лица были не столько правильными, сколько впечатляющими, а его выражение — суровым.

— Что это за место?

— Мы не знаем. — Аманда растерянно развела руками.

— Как я здесь оказалась? Кто вы такие?

— Рей Морган.

— Аманда Эверт.

— Кто подсунул нам наркотик? Я была на коктейль-приеме по случаю регаты в Ньюпорт-Бич и вдруг оказалась в кровати здесь, наверху. — Женщина покачала головой. — Слышала эту запись. Капсулы времени!.. Не понимаю. Кто мог такое устроить?

— Я сначала выберусь отсюда, а потом буду разбираться, — сказал Рей, схватил стул и швырнул его в окно.

Аманда вскинула руки, ожидая, что от разбитого окна полетят осколки, но услышала лишь треск дерева. Потом еще раз и в третий. Когда грохот прекратился, Аманда отняла руки от лица и увидела валявшуюся на полу отломанную ножку стула, окно же оставалось неповрежденным.

— Небьющееся стекло, — констатировал Рей. — Как в фонаре истребителя.

— Истребителя? — Сравнение было совершенно неожиданным.

— Я был летчиком. Воевал в Ираке.

Судя по тону, этими словами он рассчитывал произвести на нее впечатление, но упоминание об Ираке вновь вызвало в Аманде приступ страха. За Франка. Оно напомнило ей о тех ужасах, которые он там пережил. Она не сомневалась, что его тоже отравили наркотиком. В иной ситуации, будь Франк в сознании, он не допустил бы, чтобы с нею случилось такое. Что с ним?

— Может быть, вы тоже представитесь? — сказал Рей.

— Бетани Лейн. — Женщина взглянула на браслет, на часы и еще сильнее помрачнела. — Как бы там ни было, это не ограбление.

— Меня это нисколько не радует, — отозвалась Аманда.

У входа в столовую, за ее спиной, показались еще две фигуры.

Рей подхватил сломанную ножку стула и стиснул в кулаке как дубинку.