Страна чудес - Зои Стейдж

Встав следующим утром рано из-за беспорядка внизу, который не давал покоя, Орла складывала стеклянную посуду и кружки в верхний шкаф, наслаждаясь придуманным себе заданием – шуметь мало или не шуметь вообще. Она улыбнулась, убирая свою любимую кружку с кривыми сердечками. Элеанор Куин разрисовала ее, когда ей было шесть лет, и подарила Орле на День матери. Кружка пробудила и другие воспоминания: Шоу тогда организовывал тайные вылазки в магазин с росписью керамики, повсюду таская с собой малыша Тайко в переноске кенгуру. Некоторые из ее «воспоминаний» на самом деле были рассказаны Шоу – моменты, которые Орла пропустила, когда дети были маленькими. Но больше она ни одного не пропустит.

На кухне, хоть и полностью функциональной, с большими столешницами, вся техника была тридцатилетней давности. Но линолеум недавно заменили плиткой, а шкафы орехового цвета были выполнены в сельском стиле, со старинными ручками, которые ей нравились. Агент по недвижимости сказал, что изначально, лет 50 назад, кухня была вполовину меньше и с гораздо более низким потолком, как будто это делало ее лучше.

Но Орла знала: как только они купят подходящие стол и стулья, кухня станет уютным местом для готовки и обедов. Хотя сначала им нужно как-то остановить сквозняк из-под задней двери. Холодный воздух дул по лодыжкам, отчего казалось, что ее щекочет какой-то озорной дух.

Наверху скрипнула дверь, а следом раздался крик:

– Папа! Мама! Выпало десять футов снега!

Орла хихикнула. Еще одна дверь завизжала на петлях – видимо, Тайко ожидал найти маму в комнате Шоу. Она представила себе, как муж лежит с подушкой на голове – в своей любимой позе во сне.

– Десять футов, папа! Десять футов!

Последовало ворчание, но Орла не смогла расшифровать ответ Шоу.

Через минуту Тайко спустился по лестнице.

– Мама!

– Я здесь, любимый.

Он забежал на кухню:

– Выпало десять футов снега!

Орла схватила своего маленького сына на руки и пошла к окну гостиной, где масштаб завала был понятнее. Снег засыпал первые две из четырех ступенек, ведущих к крыльцу.

– Скорее, где-то десять-двенадцать дюймов. Может, чуть глубже там, где он сошел с крыши, – сказала Орла.

Шоу сонно топал по лестнице, натягивая на себя изношенный халат в шотландскую клеточку.

– Пожалуйста, скажи, что выпало не десять футов. Этого не было в прогнозе.

– Дюймов, а не футов, – заверила его Орла.

Следующей спустилась Элеанор Куин, ловкая, как эльфийка. Она встала на носочки и дотянулась до окна.

– Ух ты, – прошептала она.

– Красиво, да? – спросил Шоу, распутывая гнездо всклокоченных волос на голове сонной дочки.

Вчерашние роковые тучи, избавившись от своего тяжкого бремени, рассеялись. Орла не мог этого объяснить, но дом казался крепче при солнце и голубом небе над головой. Снег, лежащий на земле, а не разрезающий воздух, уже не казался угрозой. Ей пришло в голову, что это место приветствовало их, разложив чудесное белое покрывало и окутав своим очарованием.

– Что скажете, если я приготовлю нам добротный завтрак, – предложила она, – а потом мы пойдем играть в снежки?

Дети обрадовались. Шоу улыбнулся во все зубы.

Конечно, они и раньше играли в снежки на затоптанных площадках в городских парках. Но никогда не делали это в собственном дворе. У них никогда не было возможности построить что-нибудь, что продержалось бы до тех пор, пока они не пойдут играть снова.

– Мы можем сделать снеговика, – сказал Тайко.

– Снежную бабу, – поправила его Элеанор Куин.

– Снежного дракона! – зарычал Шоу. Тайко спрыгнул с рук Орлы и побежал к сестре, пока папа носился за ними по комнате и рычал.

Орла снова вспомнила мгновение из прошлого. Дом своей семьи. Как папа смешил ее младшего брата. Хотя никто никогда не бегал за чувствительным Отто, чтобы он не споткнулся и ничего не сломал.